Глава 35. Закрой глаза

Остров оказался идеальным пристанищем для тайных влюбленных. Он находился в отдалении, в тихой бухте, окруженной диким лесом.

Ключ от дома, бревенчатого, просторного, находился под соломенным ковриком. Саша отпер дверь и пропустил меня вовнутрь.

Сквозь широкие окна в гостиную проникал последний закатный свет. Дощатый пол тихонько поскрипывал под ногами. Было зябко. Терпко пахло сосной.

— Здесь красиво и тихо, — сказала я шепотом, словно нам по-прежнему надо было скрываться.

Саша улыбнулся и поджег лучину в камине. Затем подошел к столу, приподнял расшитое полотенце.

— Здесь какой-то пирог, сыры, мясо. Ты голодная?

— Нет…

Я подошла к нему, обвила его шею руками и, встав на цыпочки, потянулась за поцелуем. Целовала его жарко, страстно, попутно стянув с него футболку.

Саша какое-то время отвечал мне, потом прервался и за плечи отодвинул от себя.

— Куда ты торопишься? — спросил он, заглядывая мне в глаза.

— Хочу, как в кино. Чтобы одежда рвалась, и бились чашки… — Я снова потянулась к нему, но он только сильнее сжал мои плечи.

— Как в кино будет во второй раз. — Он подхватил меня на руки, отнес в спальню и поставил возле кровати. — Стой здесь.

— Что, просто стоять?..

— Да, просто стоять. Можешь глаза закрыть.

Я честно закрыла глаза, стояла и слушала, как он отходит от меня к окну, как чиркает спичкой.

Мягкий свет едва коснулся моих век. Через какое-то время снова чиркнула спичка. Едва ощутимо запахло серой и воском. Потом раздался шорох снимаемой одежды.

Саша вернулся ко мне.

— Не открывай глаза, — приглушенно сказал он мне на ухо, и у меня от звука его голоса легонько полоснуло в солнечном сплетении. Сердце в ожидании забилось быстрее.

Я стояла, замерев, и каждой клеточкой тела чувствовала, как его теплые пальцы собирают подол платья на моих бедрах и медленно тянут его вверх: по животу, по груди. Платье заскользило по приподнятым рукам, и я услышала короткий выдох, похожий на стон.

Как я сейчас выгляжу в его глазах?.. С распущенными волосами, без лифчика — специально его не надела. Соски сжались камешками, все тело горит.

— Теперь ложись, — надтреснутым шепотом сказал он.