Глава 17. Миша
Хорошо. Дыши, Миха. Глубже дыши.
Нужно сохранять спокойствие и не реагировать на идиотские выпады Оксаны. Очевидно, что просто так стрипуха не успокоится, но и агрессия мало чем поможет, она только распаляет ее влажные фантазии и побуждает к дальнейшим действиям.
Такие как Окс, когда получают отказ, думают, что ты ломаешься. В их голове не укладывается простая мысль, что ты не набиваешь себе цену, а честно озвучиваешь желания.
Дочурке Пети я всегда прямо и честно говорил, что связывает нас только трах, ничего более. Да и тот прискучил.
- Миша, почему ты так непреклонен? Что со мной не так? Стриптиз? Его я легко пошлю к черту. В грязных делах и куче коек не была замечена, у меня нет плохой истории, я нормальная девушка со своими тараканами в голове. Нравишься ты мне, это плохо? Почему я не могу бороться за наше общее будущее, которое может сделать нас обоих счастливыми? – снова давит.
Навязчивость Оксаны вызывает дикое раздражение. Я четко и ясно выразил свою позицию, но она продолжает наседать, не уважая моего личного пространства и решений. Это поведение только усиливает неприятие и отталкивает еще больше.
- Потому что я люблю другую женщину. Неужели нужно повторять это сотый раз? У меня никогда не было и нет чувств к тебе. Прекращай бесконечный цирк с оголением и навязыванием. Мужчина - охотник, и ему неинтересно вот такое, - морщусь.
- Еще недавно ты кончал от всего происходящего.
- Ты говоришь о сексе, а я о взаимоотношениях. Для них я тебя никогда не рассматривал. Реально, Оксан, дай мне работать. Хватит тягаться по выдуманным поводам, - злюсь.
В кабинет раздается стук.
Рановато для Петра, но у них с дочкой, по-видимому, свои расписание и желания.
Не ошибаюсь, Евсеев.
Оксана поправляет волосы и слегка краснеет. Представляю, какую картину мог застать папаша, сними я сейчас штаны на горячие призывы его дочери повеселиться.
- Добрый день, Михаил Александрович, - мужчина улыбается и направляется в мою сторону.
- Здравствуйте, - встаю, чтобы пожать ему руку.
- Извините, я приехал немного раньше, чем договаривались. После нашей встречи спешу на важное совещание и боюсь опоздать.
- Ничего страшного, я сейчас не занят, - указываю на кресло.
- Оксана, нам нужно побеседовать с Михаилом с глазу на глаз, - обращается к своему чаду.
- Может быть, я все-таки останусь? – хлопает глазами.
- Нет, это мужской разговор, и он должен произойти без посторонних, - реагирует нервно.
- Ла-а-адно, - фыркает. – Вот прямо посторонних, - добавляет с ехидством. – Если не забыл, я твоя дочь.
Петр ничего не отвечает на ее колкую фразу, а Окс хватает сумочку и направляется к выходу.
- Я заеду позже, нам еще нужно обсудить вопросы по дому, - бросает на прощание.
- Обязательно, - небрежно киваю.
- Миш, ну что за дела? – слышу от Евсеева, как только исчезает стрипуха.
- Вы о чем?
- Влюбил в себя девку, мается, места себе не находит. Нужно что-то с этим делать, - начинает без долгих прелюдий.
Ох, Оксанка! Уже и тут успела подстелить себе соломки.
- Вы же не о работе приехали говорить, верно?
- Ты умен и достаточно дерзок, придумывать лишнее не стану. По части труда меня все устраивает, и твои способности угождать моим клиентам, и качество услуг, которые предоставляете. Но… беспокоят нервы Оксаны, жаль ее. Хочу помочь найти вам общий язык, авось что-нибудь да получится. Она умная, красивая, толковая девушка, почему бы и нет? Тебя ждет безбедное будущее и стремительная карьера, если придете к общему знаменателю.
- Вы меня купить что ли хотите? – не выдерживаю и смеюсь.
- Уважаемый, не нужно оскорбляться. Все в этом мире продается и покупается. «Росстрой» нуждается в новом квалифицированном руководителе, и ты знаешь, что это тёплое и сладкое место. Кандидатов предостаточно, но у меня на примете ты и Константин Светлов. Осведомлен, что вы соревнуетесь годами, и это отличная возможность утереть сопернику нос.
От одного имени этого мудака у меня сводит скулы. Куда же и тут без него?
Ошибочка только в одном, он мне не соперник, а просто надоедливое говно, которое барахтается под ногами.
- Вас не смущает, что я женат? Или для того, чтобы угодить дочке, вообще все средства хороши и не существует границ?
- Борзый, - смеется. – Тебя же не смутила окольцованность, спокойно спал с Оксаной. Думаешь, я ничего не знаю? Это только она верит, что отец дурачок, который ни сном ни духом.
- Извините, но я не считаю, что моя личная жизнь – достойный предмет разговора и вашего интереса. Моя карьера прекрасна и развивается по плану. Я не хочу быть ни у кого в долгу. Тем более при таких вводных.
- А кто тебя заставляет? Я всего лишь предлагаю возможность роста при адекватном отношении к своему ребенку. Женить насильно не смогу и это очевидно. Нужно успокоить ее, продемонстрировать расположенность. Оксана и сама сольется, как только получит свой трофей.
- Звучит прекрасно, но я не хочу быть игрушкой в руках стрип… вашей дочери, - прокашливаюсь, чуть не озвучив любимое хобби прилипалы. - У меня и так проблем по горло, закапывать себя глубже - самоубийство.
- Не торопись, Михаил Александрович, и не дури. Бабы приходят и уходят, а саморазвитие и должности остаются. Для кого ты пытаешься остаться хорошеньким, для жены, которой наставлял рога? Этого не будет. Чем ты руководствуешься, отказываясь от прекрасных перспектив? Просто хочу понять.
- Я не на приеме у психоаналитика. При всем уважении, обсуждать личные трудности не планирую. Меня устраивает моя работа. С Оксаной нам не по пути, - стараюсь сохранить уверенность в голосе, не желаю прогибаться.
- Сделаем вид, что ты решил взять паузу и подумать, а я не слышал этого отказа. Не руби ветку, на которой сидишь. Миша, я не последний человек и устроить проблемы, которые покажутся смешными на фоне семейных дрязг, пустячковое дело. Выдохни, обдумай все. Повторяю. Жениться на Оксане и любить ее до конца дней я не прошу. Просто успокоить и приземлить, подарить ощущение того, что она своего добилась. Хорошо станет и тебе, при новой должности, и мне – удовлетворив каприз дочери.
- Вы угрожаете? Это интересно, - уточняю, ощущая вызов с его стороны.
- Еще и не начинал, - хмыкает, - ты классный мужик, поэтому честно делюсь мыслями и соображениями по ситуации. Думай. Решай. А мне пора, - поднимается. – Собрание важное, если научишься делать то, что должен, правильно - скоро и сам будешь на таких заседать, - заканчивает и выходит из кабинета.
Нет, ну это, блядь, вообще прикол.
Средь бела дня торгует дочкой и считает это нормальным.
После встречи с Петром я собираюсь и отправляюсь домой. Голова ужасно раскалывается, мысли в кучу и мне просто необходимо побыть наедине с собой. Проанализировать ситуацию с женой и той жопой, которую предложил Евсеев.
Захожу в дом и понимаю, что Кристины нет. Обращаю внимание, что в прихожей пустые полки – сумки, обувь, верхняя одежда и прочие мелочи супруги отсутствуют. Нервно сглатываю.
Съехала. Непокорная и упрямая, она всегда была способна на радикальные решения.
Говорил ведь, что сделаю это сам. Зачем она ушла? Куда?
Прохожусь по пустым комнатам и ощущаю бессилие. Сука, как же все это неприятно. Противно. Больно. Словно эхо, я слышу звуки наших разговоров, смеха и ссор, которые когда-то наполняли это пространство. Тоска проникает в самые глубины моей души. Знаю, что больше ничего не будет таким же, как прежде, и это ранит.
Еще вчера у нас были планы, а сегодня мы с Крис, как посторонние люди. Вся та кажущаяся близость и понимание, которые когда-то между нами существовали, сменились безразличием, обидой и отчуждением.
Интересно, как она там?
Переживаю. Первая волна гнева утихает и мне становится жаль супругу. Наверняка плачет, варит в себе всякое дерьмо. Жесть.
И как мы до этого докатились?