Глава 36. Михаил

После встречи с Оксаной я отправляюсь в офис. По дороге размышляю о том, что пожар произошел не только по вине Евсеева. Ситуация гораздо хуже, чем кажется. Слишком много совпадений, удивительно продуманный и точный удар. Не просто так были выбраны именно эти объекты с наименьшей страховкой. Обстоятельства указывают на то, что в нашем коллективе завелась крыса.

Мысли о том, что кто-то из моей команды мог сотрудничать с Евсеевым, заполняют омерзением. Неужели среди нас есть человек, готовый выплясывать перед чиновником, быть инструментом в руках Петра, и подрывать дело изнутри?

Вот же слизняк, идет по головам, желая сломить и подчинить. Ведь и причина-то смешна, но Петя совершает преступные шаги только потому, что чувствует отпор.

Мне придется устроить охоту на крысеныша. Я обязан раскопать, кто танцует под музыку, за которую платит чиновник.

Приехав в офис, я встречаю Григорьева и несколько других ключевых сотрудников, ожидающих меня у кабинета. Они выглядят такими же напряженными и встревоженными, как и я.

Кто еще знал о том, что эти объекты были застрахованы на минимальную сумму? - спрашиваю себя, разглядывая каждого из них.

Я вхожу в кабинет, приглашая с собой Григорьева. Устроившись в кресле, внимательно изучаю его лицо.

- Есть пара вещей, которые меня беспокоят, - начинаю, продолжая буравить напарника взглядом.

Григорьев кивает, демонстрируя готовность к серьезному разговору.

- Игорь, объекты, которые сгорели, были под твоим присмотром. Ты один из немногих был осведомлен, что они застрахованы на минимальную сумму, и был первым, кто сообщил мне о поджоге.

- Ты на что намекаешь? - глаза моего собеседника расширяются в удивлении.

- Почему-то именно в ту ночь, когда полыхали дома, камеры безопасности вышли из строя. Слишком уж интересное совпадение, не находишь? - продолжаю давить. Возможно, я не прав, но проверить на вшивость Игоря и взять на понт не помешает. - А что ты утром делала на объекте? Странно даже, ни свет, ни заря ехать туда, где завершены работы.

Григорьев молчит. Его лицо белее мела.

Наши глаза встречаются, и в этот момент я вижу в его зрачках только одно - панический страх.

Игорь встаёт из-за стола, сжимая кулаки. Замечаю, что он злится.

- Ты сам в это вляпался, Миша! - взрывается. - Это твои личные разборки с Евсеевым! Ты не должен был отказываться от должности в "Росстрое"! Тебе нужно было просто быть вместе с Оксаной, как предлагал её отец! Выполнить условия Пети, получить охуенное кресло руководителя и радоваться жизни. Обещал же, что подтянешь меня за собой, но решение об отказе принял единолично! - кричит на весь кабинет.

- Опа! - понимаю, что он попался. - Игорек, а откуда ты знаешь о моих проблемах с Оксаной и об условиях, которые мне предлагал ее папаша? Я не рассказывал тебе об этом, - ехидно улыбаюсь. - Не пытайся перекладывать вину, чмошник, это твои руки в грязи, а не мои.

Григорьев, похоже, теряет способность говорить. Он молча хватает губами воздух и пытается придумать очередную отмазку.

Мы никогда не были настолько близки, чтобы я делился о личной жизни слишком глубоко, а вот его жадный интерес и вопросы, в которых топил, становятся понятными.

Григорьев рыл яму.

Изначально, возможно, и пытался быть на моей стороне, но по итогу переметнулся туда, где обещали перспективы и рост.

- Нет, Миша, я... - начинает рассказывать сказки Мадридского леса, но я поднимаю руку, призывая его замолчать.

- Довольно! Ты предал меня. И ради чего? Денег? Власти? Хотел заставить попасть в лапы Евсеева? В чем расчет? Ну же, говори!

- Миша, я хотел нас спасти! - кричит, как будто его ор может в чем-то переубедить. - Я ценю тебя, уважаю! Вместе мы могли бы добиться большего, разбогатеть, расширить перспективы! На дно тянет тебя Кристина, предательница она, а не я, - продолжает эмоционально. - Оксана дала бы шанс на крутой взлет в карьере, грандиозное будущее, но ты цепляешься за никчемность, отрезая пути к успеху.

- Что?! - подрываюсь из кресла. - Ах ты, продажная проститутка!

Налетаю на Григорьева и наношу удар кулаком в лицо. Во мне кипит нешуточный гнев. Он падает на пол, пытается собраться, но я наседаю сверху, продолжая хаотично удар за ударом вымещать ярость. Лицо Игоря искажается от боли, и он нервно выкрикивает:

- Евсеев убьет тебя, Миша! — кричит, предпринимая попытки отбиться и оттолкнуть меня. — Ты не понимаешь, он прихлопнет тебя, как муху на стекле, если продолжишь сопротивляться! Петя уже отдал приказ своим головорезам! Твоя дерзость, твоя несговорчивость - не будет им прощена.

- Завали свое ебало и пошел отсюда вон! Никогда, слышишь, придурок, не смей говорить о моей жене, о моей жизни. Ты никто, чтобы нас судить! Вперед, продавайся, как мартышка, развлекай его доченек, может быть, перепадет долгожданная должность, ублюдок, - оставляю его в покое и поднимаюсь.

Мое сердце колотится от злости и отвращения, а руки еще дрожат от ненависти, с которой я не в силах совладать.

- Ни Костя, ни Петя - не остановятся. У них общий интерес, и ты подчинишься, - вытирая кровь с губы, выдает Игорь.

- Посмотрим еще, кто кого, - парирую. - Собирай манатки и проваливай из офиса. Твоя карьера здесь завершена. После того как я разберусь, мало не покажется, советую закупиться сухарями и дешевой лапшой, говорят, на нарах плохо кормят, поджигатель.

Григорьев ничего не отвечает, и уходит из моего кабинета.

На столе вибрирует телефон, и я поднимаю трубку, пытаясь привести дыхание в норму.

- Слушаю!

- Добрый день, вас беспокоит адвокат Кристины Юрьевны, она попросила заняться документами о разводе.

Сердце сжимается, а в ушах возникает гул.

Не в силах слушать его невнятное бормотание, отключаюсь, и с диким бешенством разбиваю телефон об стол.

Блядь, это полный крах!

Причем по всем фронтам.