Глава 43. Кристина

Мои пальцы хаотично стучат по столу. Нервы после развода ни к черту, и мне с трудом удается взять себя в руки, чтобы прекратить рыдания и сосредоточиться на предстоящем полете.

Ночь прошла без сна, я постоянно ворочалась и просыпалась в холодном поту, в надежде, что случившееся - всего лишь кошмар. Но... увы.

Точка поставлена, хотя в глубине души я хочу, чтобы она стала многоточием.

Не могу я отпустить Мишу, не желаю.

На тумбочке лежит билет в Барселону, который купил Михаил, но я все еще не уверена, что должна покинуть город. Мысль о том, что бывший супруг в беде, не дает покоя.

Возможно, я не воспринимала всерьез все, что происходит вокруг него, пока не встретила у подъезда Светлова. Впервые в жизни я действительно увидела его настоящее лицо, манеры, и услышала истинные намерения, которыми он руководствовался, когда устроил ту помойку, в которой мы с Мишей погрязли.

Невыносимо осознавать, что мы два человека, которые потеряли связь. Бесконечно любящие, несмотря ни на что - родные, но такие далекие друг от друга.

Телефон беспрерывно светится от уведомлений.

Аня до сих пор пытается достучаться до меня, и пишет фальшиво-беспокойные сообщения. Думаю, что Костя уже сообщил заклятой подруге о расторжении брака, и она радуется, что их мерзкий план сработал.

Ни на минуту не верю, что она сожалеет.

Вранье!

Предательница методично таскала в мой дом лживые доказательства неверности мужу, писала с моего телефона сообщения, слала фривольные фотографии Косте, подставляла раз за разом, чтобы разрушить мою семейную жизнь.

И пусть Миша поверил в их грязь, но в этом я его не виню.

Возможно, звучит глупо, но как я могу это делать? Обвинять в том, что не поговорил, не озвучил сомнения, когда сама, первая, точно так же поступила с нашими отношениями и доверием, скрыв беременность и аборт.

Можно бесконечно себя оправдывать, и это делает даже Михаил, но совесть и ощущения внутри не проведешь. Я тоже виновата. Приложила не меньше усилий к разрушению брака, чем бывший супруг.

Бывший. Новое слово обжигает, жалит прямо в сердце, причиняя дикую боль.

Откровенно говоря, доказательства для Миши собрали существенные. Кто бы на такое не повелся? Не знаю.

Измена - это подло и гадко. Понимаю. Но собственный поступок не менее омерзителен, и я четко осознаю, что поступила ничуть не лучше.

Принимать решения на горячую голову, гнев или обиду — всегда путь к ошибкам. Моя реакция на беременность стала крестом, который теперь предстоит нести. И вместо того, чтобы выстроить мосты понимания с мужем, когда-то я выбрала дорогу разрушения. Позволила себе быть подверженной моментальным эмоциям, дала им управлять действиями.

Мама и Миша утверждают, что я поступила так, как велело сердце, что любая женщина может ошибаться, в принятии подобного решения. Но глубоко в душе я знаю, что они говорят это только чтобы поддержать меня, не добивать. Настоящая правда заключается в том, что я позволила страху, самостоятельности и гордости взять верх над разумом.

"Подними трубку! Сколько можно!" - продолжает атаковать Аня, заставляя меня нервничать.

Один из ее контактов я уже внесла в черный список, но она неугомонная, и "бомбит" меня писаниной с каких-то незнакомых номеров.

Что ей нужно?

Общения? Дружбы? Посмеяться над моей болью?

Завистливая гадкая тварь, - мысли становятся черными.

Всеми фибрами души я презираю Аню. Желаю ей всего того, во что она меня втянула.

Я не пыталась мстить, не собиралась опускаться на уровень врушки, просто хотела вычеркнуть ее из жизни, как советовал Миша, но...

Почему она должна остаться безнаказанной?

Эта мысль гонит кровь к моим щекам, и я чувствую, как горячая ярость заполняет нутро.

Нет, я не позволю ей уйти от ответственности.

Открываю переписки трехлетней давности с Аней, и перечитываю ее откровения о том, как развлекалась с водителем экспедиторской компании, в которой тогда трудилась. Я никогда не осуждала ее за эту измену, как истинная подруга, встала на защиту ее поступка и пообещала, что никому об этом не расскажу.

И держала слово все эти годы.

Я листаю переписку, каждое сообщение напоминает о нашей долгой дружбе, которая теперь рухнула. Сдохла от предательства близкого человека, которому доверяла, как себе.

Остановившись на интимных подробностях, где Аня рассказывает о сексе с водителем, я делаю скрины. Дрожащими руками открываю мессенджер, в котором сохранен контакт ее мужа. Никогда прежде я не писала ему напрямую, но сейчас не время для сомнений.

Прикрепляю изображения к сообщению и пытаюсь придумать текст. Наверное, нужно что-то сказать, объяснить, не знаю. А, может быть, просто отправить фото без слов?

На мгновение я задумываюсь, в итоге решая преподнести информацию без комментариев. Он сам все увидит и поймет. Задумается, чем занимается жена, пока трудится и пропадает в вечных командировках.

Тяжелое чувство на душе сменяется облегчением. Я нажимаю "отправить" и мгновенно ощущаю, как внутри меня что-то меняется. Я сделала шаг. Теперь дело за реакцией супруга Ани.

Только это уже их вопросы. Отныне меня не касаются проблемы той, кто растоптала веру в настоящую дружбу и искренность.

Подло? Да.

А как поступила она?

Око за око, зуб за зуб. Шах и мат, чудовище.

Больше я не буду наивной милой дурой, которая ничего не видела ближе своего носа. Хватит!

***

В полдень я приезжаю в аэропорт и замечаю на табло информацию о том, что рейс задерживается. Отправляюсь в кафе, решая выпить кофе, чтобы немного переключиться и расслабиться.

Официант приносит обжигающий напиток и десерт, пока я сквозь пелену смотрю на экран телевизора.

Вдруг, в коротком новостном блоке, я замечаю Мишу, и по коже пробегает озноб. Я слышу его слова, обвинения в сторону Евсеева, и дыхание спирает. 152e1bc

Господи! Он пошел на такой серьезный шаг.

В этом весь Михаил. Гордый, смелый и храбрый. Муж всегда был человеком действия, и сейчас не изменяет себе. Знаю, что он лучше умрет, чем прогнется под условия Пети, и это одновременно пугает и заставляет им восхищаться.

Как я могу думать о предстоящем путешествии, когда над ним нависла такая опасность?

Ощущаю себя бессильной. Мне бы хотелось защитить Мишу, стать поддержкой, но я понимаю, что в этой ситуации могу быть лишь дополнительной целью для Пети.

Как мне быть?

Улететь, покинуть родного человека?

Это равносильно предательству, оставить Михаила одного среди волков.

Да, мы развелись, ранили друг друга, но он все равно тот, кем я дышу...