35

Несколько дней спустя.

Въезжая на такси на территорию семьи Станеску, я все ждала, что меня не только остановят, но еще и развернув, отправят назад. Но нет. Поволноваться пришлось лишь один раз, да и то, уже на въезде в само селение. Но как только медведь увидел меня на заднем сидении автомобиля, то тут же, печально улыбнувшись, отступил в сторону. В сердце кольнуло от нехорошего предчувствия. Неужели все так плохо? Провожая оборотня хмурым взглядом, я поняла что, да, плохи дела, раз люди Ионела так на меня реагируют.

Подъезжала я к дому, из которого еще не так давно горела желанием вырваться, уже в сумерках. Что странно, ни в одном окне не горел свет. Возможно, Иванка и ее сын вышли на прогулку или уже легли спать. Думать о других возможных вариантах развития событий, я себе запретила. Так что мне только и оставалось, что надеяться на временное отсутствие хозяев.

В нерешительности стоя перед дверью и переминаясь с ноги на ногу, я смотрела по сторонам, не зная как мне поступить. Набравшись храбрости, я все же постучалась, один раз, потом второй, но в доме было тихо. Никто не спешил приглашать меня зайти. Неужели ошиблась, и Ионел уехал не домой, а в какую-нибудь больницу? Вполне может быть. Ругая себя за глупость и за то, что все же не сказала Фролову куда еду и зачем, а заодно не поинтересовалась у него точным местопребыванием Станеску, в наглую, открыла дверь. Иванка же говорила, что будет рада моему возращению. В любое время. Вот я и вернулась. А то, что хозяев дома нет, еще не повод ночевать на улице. Оборотни, вот в таких закрытых от чужаков селениях, никогда не закрывают на замок дома. Поэтому и дом матери Ионела оказался открытым.

— Ива! Ионел! Это я Тася! Есть кто-то дома? Света!

На мой призыв так никто и не отозвался. Ни парализованного медведь, ни его мать, ни сиделка. И что прикажете делать мне? Вызывать такси и возвращаться в город, чтобы среди ночи искать гостиницу, в надежде там переночевать? А если мест не окажется. Городок-то маленький, поэтому, вполне может быть, что там, вообще, нет гостиниц.

Включив свет (скрывать свое пребывание в доме я не собиралась. Да и уверена, соседи об этом уже и так знают. Как и о том, кто именно эта незваная гостья. Вряд ли кто-то не заметил такси привезшее меня сюда) и оставив у входа свою сумку с вещами, я пошла на кухню. Во-первых, очень пить хотелось, во-вторых, есть. Ива радушная хозяйка, поэтому, уверенна, она не будет ничего иметь против, если я перекушу с дороги. Но, к моему немалому удивлению, холодильник оказался почти пуст. Да и на плите ничего не было. Нет, какие-то мясные полуфабрикаты в замороженном виде я нашла, но на этом и все. Удивленно смотря на полупустые полки, я несколько раз открыла и закрыла дверцу, и все в надежде… На что я надеялась, даже сказать не могу. Например, что произойдет чудо или у меня прояснится в глазах, и за секунду полки заполнятся вкусной домашней едой. Но, холодильник — это не скатерть-самобранка, так что, сколько ни закрывала и открывала дверцу, а чудо так и не произошло.

Сев за кухонный стол и разочарованно опустив с глухим стуком на него голову, я стала делать выводы. То что Иванки дома нет, скорее всего уже в течение нескольких дней, мне было понятно как и то, что днем светит солнце, а ночью луна. Вот только я все еще не разобралась, как обстоят дела с Ионелом. Но, скорее всего и его здесь нет. Тогда зачем меня впустили на территорию? Почему остановивший такси охранник ничего не сказал? Уверенна, он отлично знал, к кому я еду.

Обреченно застонав, я еще несколько раз постучалась лбом об стол, вот только ума мне это не прибавило. Ну что же, останусь в доме на ночь (очень надеюсь, хозяева не будут на меня за это сердиться), а утром придется уехать. Но перед этим перезвоню Фролову и поинтересуюсь, куда именно Станеску уехал восстанавливаться. От осознания необходимости последнего пункта, болезненно застонала. Территорию волков я покидала, так сказать, по-английски. Короче, кроме как с сыном, я больше ни с кем не попрощалась. Ольге и Дмитрию разве что записки оставила. И все это потому, что уверенна, никто бы меня не отпустил, пока поднятая парнями шумиха не улеглась бы. Но, так как медведю нужна помощь, иначе поступить я просто не могла. Вот только, где мне его теперь искать?

Неожиданный звук открывшейся двери заставил меня вздрогнуть. Кто это приперся среди ночи? Еще один незваный гость? Или соседи решили проверить, что я тут делаю?

— Мама, ты зачем вернулась?

В дверном проеме появилась коляска с пристегнутым к ней мужчиной. Позади него стояла Светлана. Медленно поднимаясь из-за стола, я не могла оторвать взгляда от, удивленно взирающего на меня, Ионела. Ну что могу сказать? Выглядеть медведь стал гораздо лучше. Бледность ушла. На щеках появился румянец. Глаза больше не впалые, да и синяков вокруг них нет. Значит, все же сиделка за ним хорошо присматривает. Мой взгляд тут же метнулся на застывшую женщину. Моя медведица недовольно заворчала. Несмотря на то, что на улице уже была ночь, мне резко захотелось выставить Светлану за дверь, громко хлопнув дверью. И что это такое? Неужели ревность? Нахмурившись, я отвела раздраженный взгляд от женщины и переместила его на чем-то недовольного Ионела.

— Таисия, что ты здесь делаешь? Почему Дмитрий тебя, вообще, выпустил со своей территории?

Вот так и приветствие. Ни здрасьте тебе, ни до свидания. Мне стало немного обидно, но я решила этого не показывать. Все что себе позволила, это удивленно приподняв бровь, поинтересоваться.

— А не должен был?

Не найдясь с ответом, медведь несколько мгновений прожигал меня взбешенным взглядом. Сиделка, тем временем, завезла коляску в гостиную, а сама, закрыв дверь, направилась на кухню, бросая на меня косые взгляды и стараясь не подходить близко.

— Я сейчас свяжусь с Фроловым и завтра, первым же утренним рейсом ты отправишься назад, под охрану своего деверя.

Несмотря на свое состояние этот упрямый баран с диктаторскими наклонностями, остался, по-прежнему, не прошибаемым. Неужели, за время нашего с ним знакомства, он так еще и не понял, что отдавать мне приказы бессмысленно? Ничего, я ему предоставлю возможность разобраться в моем характере. Спорить или что-то там сейчас доказывать медведю я не собиралась. Ну, разве что, решила сообщить ему свою точку зрения на происходящее.

— Нет.

— Что нет?

В отличие от моего голоса, голос Станеску звенел от злости и раздражения. Ну и ладненько. Не удержавшись, я улыбнулась во все свои тридцать два зуба, подзадоривая и еще больше зля Ионела.

— Я никуда отсюда не уеду. Разве что, если ты встанешь с коляски и самолично выпроводишь меня за дверь. Как тебе такой стимул, для быстрейшего выздоровления?

— Ты не понимаешь…

Вот вроде бы мне только что было весело, но уже спустя секунду, эта веселость сменилась раздражением.

— Конечно, не понимаю. Ты же не удосужился со мной поговорить или что-то мне объяснить. То ты устал, то занят. У тебя находится миллион отмазок и все только для того, чтобы держаться от меня подальше. А еще кто-то не столь давно смел утверждать, что я его пара. Или это было секундное помешательство, а теперь ты уже не хочешь меня даже видеть? Или у тебя парность работает по желанию, как выключатель, сегодня захотел — включил, завтра — выключил? Или ты не хочешь меня видеть потому, что считаешь виновной в произошедшем с тобой? Ну, так скажи это мне в лицо. Зачем убегать?

Задавая свои вопросы, на которые мне очень уж хотелось получить ответы, я все больше заводилась, и все ближе и ближе подходила к сидящему в коляске оборотню. Но из всего мной сказанного, мне показалось, он услышал только одно.

— Ты признаешь меня своей парой?

- Вообще-то, мы говорим сейчас о тебе, а не обо мне. Так что, я услышу ответ, хотя бы на один из своих вопросов. Ты действительно считаешь меня виноватой во всем и поэтому избегаешь?

Печально мне улыбнувшись, Ионел отвел взгляд в сторону и только после этого ответил.

— Нет. Я не считаю тебя виноватой в произошедшем.

— А я себя считаю. И постоянно корю за случившееся с тобой. А ты, вместо того, чтобы дать мне тебе помочь и хоть немного облегчить состояние, своим отношением, только усугубляешь мое чувство вины.

От ссоры нас отвлек резкий звук упавшей на пол сковороды. Именно он напомнил нам, что мы не одни в доме, и у наших разборок есть свидетель, который пытается, вроде как, что-то приготовить на ужин. Но это у нее, явно, не получается. Неужели ей так нравиться греть уши на чужом разговоре, что не может удержать в руках несчастную кухонную утварь? Так я ей эти уши могу быстро укоротить. У меня как раз сейчас подходящее настроение, чтобы на ком-то сорваться. При этом на Ионелла рука не поднимется. Не в том он состоянии.

- Свет, иди, пожалуйста, к себе. Нам с Таисией поговорить надо.

Опустив глаза в пол, сиделка быстро проскользнула мимо нас и скрылась в одной из комнат на втором этаже.

— Тася, послушай меня, я тебя ни в чем не виню, а избегал потому, что не хочу, чтобы ты видела меня в таком состоянии. Прошу тебя, езжай к Фролову, побудь пока с сыном. Как только я встану на ноги, сразу же приеду к тебе и мы все обсудим. Надеюсь, ты дашь мне шанс все исправить. Да, мы начали не очень хорошо, и я признаю, в этом только моя вина. Но сейчас тебе надо уехать.

— Почему? Я не понимаю. Почему я должна уезжать? Неужели ты думаешь я буду за тобой хуже ухаживать, чем эта сиделка?

— Тася, Светлана хорошо справляется со своими обязанностями. Кроме того, оно высококвалифицированная массажистка и реабилитолог. Именно ее услуги мне сейчас нужны. Посмотри, я даже маму отправил путешествовать, чтобы она меня таким не видела.

Прожигая мужчину недовольным взглядом, я заметалась по комнате. С одной стороны, его доводы обоснованы, а вот со второй, я их не могла принять и, тем более, выполнить только что услышанную просьбу и все потому, что меня терзало еще одно, неожиданно всколыхнувшее душу чувство. Еще сама бы я с ним справилась. Но вот моя медведица, уступать не хотела. Именно из-за последнего я не удержалась от ехидного высказывания.

— Возможно, специалист она хороший, вот только как хозяйка — никакая. Видела я, что у нее в холодильнике. Чем она тебя здесь, вообще, кормит? Больному в твоем состоянии нужно хорошее, полноценное питание, а там одни замороженные полуфабрикаты. Если бы Ива это увидела, ее бы инфаркт хватил. Да и, вообще, почему было не нанять мужчину? Неужели Дмитрий не нашел другого нормального массажиста и реабилитолога? Или твоя Светлана не только указанные выше функции выполняет? Что-то я никого другого в доме не заметила. А это значит, что она тебя и переодевает и моет, ну и все остальное, как я понимаю, тоже делает. Не много ли у Светочки обязанностей? Как бы ни надорвалась.

Меня несло и явно несло не в ту степь. Но остановиться смогла только тогда, когда услышала хлопки оваций. Замерев, я медленно подняла взгляд на еще одного нежданного зрителя. Точнее, даже на двух.

— Что такое? Еще не начавшаяся семейная жизнь, уже трещит по всем швам? Или милые бранятся — только тешатся?