10

Очнулась я резко. Вот вроде бы только что ругалась на улице с оборотнем стиснутая в его объятиях, а сейчас уже лежу на знакомой кровати в ставшей почти родной комнате. Еще несколько дней и буду себя чувствовать здесь совсем как дома.

Оценивая свое физическое состояние, понимаю, прошло не пять минут и даже не один час. Уж очень хорошо я себя чувствую. Мои ощущения подтверждали, и солнечные лучи с трудом пробивающиеся сквозь щели между плотных штор закрывающих широкое окно и несколькими тонкими полосами ложащиеся на паркет, и щебет птиц, и жужжание надоедливой мухи. Последнее довольно сильно раздражало. Но, чувствуя, что в комнате не одна, я не стала торопиться прогонять надоедливую гостью, а продолжала лежать неподвижно, при этом ровно и глубоко дыша.

Судя по запаху, в комнате, где-то совсем рядом, находилась женщина — оборотень. Даже не почувствовал от нее агрессии, я все равно (так сказать, на всякий случай), постаралась не производить ненужного шума. Мало ли. Последнее время я уже ни в чем не уверенна. Осторожно повернув голову набок, я все же приоткрыла глаза. И все это в надежде рассмотреть медведицу, раньше, чем она заметит мое пробуждение. Вот только ничего у меня не вышло. За мной с интересом наблюдали любопытные карие глаза.

— Bună dimineața. Cum te simți?*

— Что?

Вчерашние крики плохо сказались на моих неокрепших голосовых связках. Поэтому вопрос я скорее тихо прохрипела, чем произнесла. Но думаю, даже если бы я не издала ни единого звука, мое удивленное и растерянное лицо, довольно красноречиво, сообщило незнакомке, что я ее не поняла.

Улыбнувшись мне теплой ободряющей улыбкой, женщина поднялась и медленно подошла ко мне, демонстрируя пустые руки.

— Nu-ți fie frică. Totul e bine. Eu doar măsoresc pulsul meu.**

— Извините, но я вас не понимаю.

Вместо ответа, теплые, мягкие пальцы аккуратно обхватили кисть моей левой руки и, если я правильно поняла, незнакомка стала отсчитывать пульс, а после, внимательно осмотрела мои глаза и ощупала мою многострадальную шею в поисках воспаления. Хриплю я действительно нехорошо, но никак не от простуды. Но женщина-то не в курсе этого. Поэтому я немного удивилась, что меня не попросили высунуть язык и сказать протяжное а-а-а. Хотя, черт его знает, возможно и попросили, но я из всей той тарабарщине, что мягким голосом вещала оборотница, не поняла ни слова.

Во время всех манипуляций проделываемых со мной, я продолжала, правда, уже молча, внимательно следить за незнакомкой, не знаю чего ожидать как от нее дальше. Очень хотелось поговорить. Точнее, задать ту прорву вопросов, что у меня накопилась за последние дни. Вот только смысла их задавать нет. Меня просто не поймут. Так же как и я ничего не понимаю. Но ведь мне ничего не мешает показать на пальцах, чего именно я хочу.

— Извините, а у вас нет телефона?

Задавая вопрос, я приложила руку к уху.

— Алло, алло. Телефон. У вас есть телефон? Мне позвонить надо.

- Îmi pare rău. Nu înțeleg.***

В ответ на мои действия, женщина качала отрицательно головой, разводя руки в сторону. Вроде как у нее или нет того о чем я спрашиваю, или она не понимает о чем идет речь. Вот только я ей не поверила. Нет в современном мире людей, которые не знают что такое алло или телефон. Да и без телефона сейчас никто не ходит. Нет, возможно в каком-нибудь задрыпанске и можно отыскать старушку которая не пользуется сотовой связью, вот только тонкая дорогая плазма которую я вчера видела на первом этаже, намекала на то, что это никак не задрыпанск и народ тут пользуется всеми благами цивилизации.

Поджав недовольно губы, я попыталась встать, чтобы самой отправиться на поиски телефона или любого другого чуда техники, которое мне поможет связаться с Драгожем. Насколько бы ни был гостеприимен этот дом, пора уже и честь знать. Погостила и хватит. Вот только оборотница, продолжая мягко и по-доброму улыбаться и что-то мне внушать на своем языке, надавив на мои плечи, уложила меня назад в кровать. Несмотря на то, что женщина была гораздо старше меня, и волосы ее были убелены сединой, силенок у нее оказалось по более моих.

Да что же это такое делается? Что здесь происходит? То претензии мне странные предъявляют. То парой объявляют. А ведь у меня была пара, но он умер, давно. Вот зачем меня так мучить? Зачем душу бередит? Зачем напоминать о потере любимого? Что я им плохого сделала? Я же их даже не знаю. А они, то кричат на меня, то вон, даже с кровати встать не дают. А если я в туалет, например, хочу, мне что, в кровать делать, прямо под себя? Странный дом, странные люди, и ведут они себя странно и хотят они от меня непонятно чего. Выбираться отсюда надо. И чем быстрее, тем лучше. А значит, придется, пока, перестать дергаться и сделать вид, что я тихая, мирная и послушная. А там, как выпадет удачный момент, так и дам деру. Я вон от Фролова умудрилась один раз сбежать. А там, о-го-го сколько охраны было. Здесь же никого. Это я поняла еще вчера, когда дом обследовала. Так что вряд ли будет очень уж сложно уйти отсюда. Тем более, что теперь я еще и оборачиваться могу. Неужели не выберусь и из этой неприятности? Конечно выберусь!

Как только незнакомка увидела, что я перестала дергаться и пытаться встать, она тут же отпустила меня и что-то ласково бубня себе под нос, успокаивающе погладила по волосам, прямо как маленькую. Я с трудом удержалась, чтобы раздраженно не скривиться и не отклонить голову.

Сказав еще несколько фраз на непонятном языке, оборотница вышла из комнаты, закрыв за собой дверь, на ключ. А это что-то новое. До этого меня не запирали.

Тихо поднявшись с кровати, я на носочках подошла к окну, выглянув в щель между штор на улицу. Потолки в доме были высокие. До них было никак не меньше четырех метров. Получается, от окна до земли немногим больше пяти метров. Не так и много для оборотня в нормальной физической форме. Вот только я сейчас не в том состоянии чтобы прыгать вниз. В лучшем случае — ноги переломаю, а в худшем — шею себе сверну. Но это сейчас. А вот через недельку-другую, этот путь будет для меня вполне доступен.

Прислушавшись к звукам за дверью и убедившись, что, пока, никто не спешит составить мне компанию и скрасить мое одиночество своим присутствием, принялась изучать то, что можно было рассмотреть, но так, чтобы не выдать себя. Мало ли кто наблюдает за окном. Вот только узкая щель между штор давала не самый лучший обзор, но уж лучше хотя бы так, чем не иметь возможности, вообще, что-либо увидеть.

Это явно было какое-то поселение в горах. Мне удалось рассмотреть несколько двухэтажных домов с красными черепичными крышами, сверху на которых были установлены модули из солнечных батарей. И мне еще кто-то тут смеет говорить, что не имеет телефона или не понимает, о чем я говорю?

Подавив захлестнувшее меня раздражение, я принялась дальше изучать окрестности. Домов которые удалось увидеть было не так уж и мало. В моем же случае и одного вполне бы хватило. Но, значит ли это, что я могу у кого-то из живущих в этих домах попросить помощи? Неуверенна. Вообще-то, насколько я знаю, медведи предпочитают жить семьями отдельно от всех, поближе к лесу и природе, подальше от других, как людей, так и оборотней. Хотя, краем уха мне приходилось слышать, что уже существуют небольшие поселения медвежьих общин. Но опять же, живут в них родственники. А это значит, что особо рассчитывать на помощь живущих по соседству, с домом в котором меня держат, не стоит.

Помимо небольшого кусочка поселка, на горизонте удалось рассмотреть пики гор. Значит, я все еще в Карпатах, что уже радовало. Понять бы только в какую страну меня занесло.

Раздавшийся за дверью шум, погнал меня назад в кровать. Я как раз успела удобно устроиться в постели, укрывшись одеялом, когда в замке со щелчком провернулся ключ и дверь открылась. Все та же незнакомка зашла в комнату держа в руках полный поднос еды. Я радостно улыбнулась. То, что меня не собираются морить голодом, даже очень хорошо. Поставив свою ароматную ношу на стол, женщина помогла мне сесть поудобнее, обложив подушками и до груди завернув в одеяла, на которое, спустя несколько секунд, и был водружен поднос. Что — что, а уговаривать меня поесть не надо было. Во-первых, мой желудок и так почти прилип к позвоночнику, а во-вторых, для будущего побега мне нужны силы.

С подноса я все смела за считанные секунды, поблагодарив незнакомку и преданно посмотрев на нее взглядом бездомной собаки. По-хорошему, я не отказалась бы еще от одного такого же подноса полного еды и возможно даже не одного. Обороты — это очень энергетически затратная вещь. Вчера же у меня был частичный оборот. А если бы не потеряла сознание, то, возможно, не сидела бы я сейчас в мягкой кровати укутанная одеялом, а валялась бы опять в подвале на голых досках, мохнатая и толстопятая. Так что кушать хотелось очень сильно.

Чувство голода ушло, а вот удовлетворенной насыщенности я еще не ощущала. Но, отставив пустой поднос на стол, мне опять помогли улечься в кровать. Значит, добавки не будет. А жаль. Печально вздохнув, я стала ждать, когда моя нянька уйдет, оставив меня одну. Но не тут-то было. Она уселась назад в свое кресло и, взяв в руки спицы, принялась вязать. А дальше-то что? Спать мне не хотелось, вставать не разрешают, телевизора в комнате нет. И что прикажете делать? На луну выть или в потолок плевать? Так, первого еще нет. Утро не так давно началось. А на солнце не принято выть. Да и медведица я или волчица? До потолка же я не доплюну при всем желании и даже пробовать не буду.

Вот лучше бы я повыла, честное слово. И минуты не прошло, как в коридоре раздались шаги и дверь открылась. Увидев новоявленного посетителя, мне тут же захотелось укрыться с головой, притворившись, что я или сплю или, что меня тут, вообще, нет. Вот нет и все. Только ведь он не поверит.

Окинув меня тяжелым взглядом, мой кошмар всех последних дней, повернулся к оборотнице, почтительно произнеся.

— Mirena, lasă-ne, vă rog.****

Женщине, по-видимому, не понравилось то, что ей сказали, так как нахмурившись, она отрицательно качнула головой, протестующее затараторив что-то в ответ. Поведение женщины, судя по заигравшим на скулах желвакам, незнакомцу не понравилось. Нахмурившись, мужчина что-то рыкнул в приказном тоне, на все том же непонятном языке, после чего, моя нянька тут же выскочила из комнаты, напоследок погрозив пальцем оборотню и сказав ему еще пару теплых слов.

С тоской наблюдая как закрывается дверь, отрезая нас от остальных обитателей дома (если они, конечно же, есть), я на несколько мгновений прикрыла глаза, чтобы собраться с силами, и, в случае необходимости, суметь дать отпор этому неандертальцу. Так как манера его поведение мне напоминало именно этих доисторических людей. Так что в то, что мне все же придется давать отпор, ни секунды даже не сомневалась.

Обреченно вздохнув, я приготовилась выслушать очередную порцию криков и непонятных обвинений, но неожиданный вопрос заданный тихим, спокойным и я даже сказала бы уставшим голосом, меня сбил с настроя.

— Чаю не хочешь?

Удивленно открыв глаза, я непонимающе уставилась на мужчину. Он же, взъерошив свою короткую прическу, продолжил все в том же тоне.

— Нам надо поговорить, а это лучше делать за чашкой чая. Правда, я предпочел бы бокал чего-нибудь покрепче, но тебе еще нельзя. Так что? Чай будешь?

_____________________________________________________________________________________________

*Bună dimineața. Cum te simți? — Доброе утро. Как вы себя чувствуете?

**Nu-ți fie frică. Totul e bine. Eu doar măsoresc pulsul meu. — Не бойся. Все хорошо. Я только померяю пульс.

***Îmi pare rău. Nu înțeleg. — Извини. Я не понимаю.

**** Mirena, lasă-ne, vă rog.. — Мирела, оставь нас, пожалуйста.