Глава 13
Антон
Резко возвращаю руку назад, чтобы убедиться, что мне не померещился весь этот бред и не успеваю на сотую долю секунды.
Женя выхватывает это долбаное послание прямо у меня из-под пальцев.
Пытаюсь её перехватить, но она молниеносно отпрыгивает от стола, задевая вазу… а меня накрывает…
Как тогда… в шестнадцать, когда мы с братом попали под настоящую лавину. Ощущения один в один — сдавленное со всех сторон тело, полная дезориентация и невозможность сделать полноценный вдох…
Это… ревность… причем такой силы, которую я не испытывал никогда в жизни.
В двойном размере… Потому что не только за себя, но и за… Вову…
Взгляд концентрируется на ненавистном клочке бумаги в Жениных пальцах, словно на причине всего произошедшего.
Поднимаюсь.
С каким-то ненормальным удовлетворением наступаю на кусок разбитой вазы, пытаясь растереть его в крошку.
Приближаюсь, к неподвижно стоящей у окна Жене.
Обе её руки спрятаны за спиной.
Придвигаюсь вплотную, накрывая их своими ладонями и нащупывая уголок зажатой в кулаке улики.
— От кого? — меня всё же хватает на то, чтобы сохранить нейтральный тон, но мышцы просто выворачивает от еле сдерживаемого желания прижать её к себе так, чтобы точно дать понять, что… нет — ни к кому, никуда, никогда!
И с каждой дополнительной секундой молчания Жени напряжение возрастает до такого уровня, что ещё миг и…
— А ты не хочешь спросить, какого хрена, Антон?!! — с неожиданным вызовом заявляет она, чересчур шустро освобождаясь из моих рук.
Ну уж нет, перехватываю, быстро оттесняя в угол и зажимая у стены.
— Какого?.. — повторяю предложенный вопрос я, касаясь губами её лба и до одури не желая услышать, что она… просто устала…
Устала и решила сделать тот самый отложенный на год выбор, но так, чтобы не сталкивать нас лбами.
Третий…
Сука!
Третий!
И никаких мук совести! Сам бы не придумал лучше!
За борт обоих, и всё!
Но, детка, я чертовски хорошо умею плавать!
Вова?
Да он, бл*ть, если нужно, пойдет по воде!
— Вот и мне интересно, какого ты позволил Лане так нагло себя лапать? И вообще!.. — предпринимает Женя ещё одну попытку вывернуться из моего захвата.
— Что?!! — охреневаю я от подобного перевода стрелок. — Ты танцуешь для…
— Да ни для кого я не танцую, Антон! — обрывает она меня, повышая голос. — Дурацкое совпадение! Алка! Чертов "Глобал Класс"! Лана! И… ты…
И то, как звучит последнее слово…
Щуп касается моего тела, команда спасателей расчищает поверхность, извлекая меня из-под пласта снежной массы. Растирание, плед, горячий чай, возвращение к жизни…
— Женька, я не знаю, как ты умудряешься это делать! Но, бл*ть, не надо так больше! Хватит!
Прикусываю её нижнюю губу, контролируя затылок, чтобы не дернулась и не поранилась, с удвоенной силой сдавливаю плечи.
Протестующий стон мне в рот, сопротивление, возмущение переплетающиеся на выдохе, а потом она уже сама вонзает свои ноготки мне в бока и ловит мой язык, втягивая в себя, ощутимо зажимая зубами.
Чёрт! Детка!
Приподнимаю её вверх, подсаживая на подоконник, задирая юбку, проталкиваясь между бёдер, стискивая их пальцами, до одури мечтая сорвать с неё всю одежду и не оставить ни одной гребной мысли, о ком-то другом!
Вибрация.
— Бл*ть!
— Ответь, — сглатывает конец слова Женя, пытаясь справиться с частым, затрудненным дыханием.
Достаю девайс, не сдвигаясь с места, словно это может в одно мгновение разрушить только что восстановленное равновесие.
Рабочий номер.
Принимаю вызов, получаю информацию и понимаю, что у меня есть на больше пяти минут.
— Пора? — тает лед её голубых глаз.
— Кто?
Резкий удар в моё плечо и крайне недовольное фырканье.
Да! Уже понятно, что всё не так, как нарисовало мне моё сраное воображение, но если отложить это до вечера, я просто не доживу!
Та-а-ак…
Выслушиваю я беглое, но вполне логичное объяснение Жени по поводу этого хмыря из "Глобал Класс".
— А с чего повело Лану? Ещё даже и сделки-то не состоялось, — не могу до конца разобраться в столь бурной активизации поведения Жениной помощницы.
— Кажется, с утра она видела, как я прощалась с Вовой. Я сегодня без машины.
— А-а-а… Вот вы, Евгения Викторовна, и попались на горяченьком, — всё сразу же становится на свои места. — Же-е-ень, еще раз закусишь так губу, и я похерю весь свой рабочий график! — прижимаю нос к её шее, с шумом втягивая сводящий с ума аромат.
— Я её уволю! Сегодня же! — решительно заявляет наша бизнес вумен.
— Зачем?
— Никитин, помнишь госпожу? Хочешь, чтобы она вернулась? — с вызовом бросает мне Женя и, резко притянув меня к себе… кусает за ухо!
— А-а-ау!
— Так-то! Уволю!