День 4. Объяснительный
До полшестого Саша спала. Точнее, делала вид, что спала, на самом деле голова ее не переставая прокручивала события последних суток. Саша старательно отгоняла от себя эти призрачные видения, но напрасно. Ей виделся Миша, с его грустным благодарным взглядом, Андрей, то серьезный, то нежный, то смеющийся… Она уже не сомневалась, что влюбилась в него, как кошка, что пойдет за ним на край света, и даже пешком… Останавливала ее природная сдержанность и… странные послания с того света… Чем больше Саша думала о сообщениях и смс якобы от Сережи, тем больше ей казалось, что это не глупая шутка скучающего хакера. Во всем происходящем был смысл, скрытый, но был. Разобраться бы еще что к чему… Рассказать бы кому… Но Саша не решалась. Кому рассказать? Маме? Андрею? Подружкам? Исключено!
Саша устала, наконец, бороться с мыслями и встала, пошла собираться. Ее ждал Мистик Бар и его супер-обычные-мирные граждане…
Мама выглянула из комнаты:
— Ты сегодня ночевать придешь?
Саша кивнула, рассеянно думая, что вот уже три дня ее жизнь не поддается никакому планированию. Кто знает, что случится сегодня? А ведь рутина — это то, что Саша любила больше всего на свете… Вставать каждый день в одно и то же время, идти на работу, готовить, убирать, стирать и строить нормальные планы на будущее типа покупки квартиры или машины, нового холодильника или стиралки… Теперь же жизнь ее была одним сплошным сюрпризом…
До какой степени, она оценила, только войдя в бар в сопровождении Андрея и Баунти. Оба держались серьезно и как-то строго. В глубине бара, за столиком, а не за стойкой, она углядела всю честнУю компанию, полный, так сказать, комплект. Даже Мишаня сидел нахохлившись чуть поодаль от всех, а Лаврентий играл с ушами нежащейся в его руках Ярославны.
— У вас что, производственное совещание? — пошутила Саша, и Васильич отозвался из за стойки:
— В точку попала, Александра! Помоги-ка мне…
Она взяла в руки четыре бокала с пивом, отнесла к столу, пока Васильич наполнял радостным напитком три остальных бокала. Когда всем было раздано по бокалу, Васильич сел на свой стул и кивнул Саше:
— Попробуй, сколько у тебя получится с одного раза…
— Как это?
— Ну, с одного воспоминания, если хочешь… Без отдыха и передышки.
Саша пожала плечами. Она пока еще не до конца поняла механизм этого священнодейства, поэтому не представляла ни зачем ни почему странной просьбы хозяина. Прикрыв глаза, она глубоко вдохнула и представила солнце на нежно-голубом небе, зеленые кроны берёз, плеск ручья и переливающуюся светлыми бликами воду… Но не удовлетворилась этим воспоминанием, логически полагая, что данное ей задание должно быть трудным, а значит и воспоминание — очень мощным по части радости. Саша почувствовала на себе тяжелый взгляд и улыбнулась сама себе. Миша, извлеченный из глубин смерти, вот оно, то что надо!
Она открыла глаза и начала по очереди дуть на оседающую в бокалах пену. С каждым дуновением напиток зажигался миллионами радужных пузырьков, и Саше удалось легко зарядить все семь бокалов.
Васильич кивнул сам себе, а Андрей уважительно присвистнул. Феля хмыкнул, поднимая свой бокал:
— Какой у нас там уже был рекорд?
— Три, — мрачно ответил Лаврентий, отхлебывая глоток. — Светочка сделала три…
Все помолчали, наслаждаясь радостью, потом Марьяна осторожно спросила:
— Ну, и? Ты нас собрал для чего?
Васильич кашлянул, глянул на Мишу, сидящего в углу со своим бокалом, потом тихо начал:
— Все уже в курсе, что случилось этим утром?… Думаю, что все… Для информации, я поговорил с Мишаней, очень серьезно, мы с ним поняли друг друга, и больше таких страстей не случится.
Миша кивнул, глядя в блестящий напиток в бокале. Васильич повернулся к Саше:
— Теперь Александра… После того, что произошло, я немножко подумал, поискал ответы на естественно возникшие вопросы и, как ни странно, нашел их…
Саша нахмурилась, не понимая, и Васильич успокаивающе похлопал ее по руке:
— Спокойствие, только спокойствие! Что ты знаешь о своем отце?
Саша немеренно удивилась этому вопросу, но послушно ответила, краснея от всеобщего внимания к ее личной жизни:
— Ну… Он ушел от нас, когда я была совсем маленькая… Я его никогда не видела, даже на фотках.
— Потому что на всех фотографиях у него либо светлое пятно на лице, либо он отвернулся в самый момент съемки, — кивнул Васильич, и Саша снова нахмурилась:
— Откуда… Ну да… Так и есть…
— Твой любимый уже рассказал тебе, что мы наблюдали за тобой в течении нескольких лет. Но наблюдали без вторжения в твою жизнь…
Саша поежилась от этой мысли, и Андрей обнял ее за плечи, словно желая защитить. Она прижалась затылком к его груди, вопросительно глядя на Васильича.
Тот продолжил:
— Мы ничего не знали о твоей семье, да и не старались узнать. Для нас была важна только ты, Александра. Но сегодня мне пришлось выяснить кое-какие детали…
Никто в баре уже практически не дышал, ожидая развязки, и Саша не выдержала:
— Да что же в конце концов… — она сердито сдвинула брови, и Васильич поднял руки, сдаваясь:
— Извини, пожалуйста! Я был вынужден!
Она кивнула, внимательно глядя на него. Васильич продолжил:
— Я нашел твоего отца. Проследил за его жизнью. С помощью Димыча…
Буратино скромно кивнул. Саша молчала, ожидая продолжения.
— Он умер пять лет назад, Александра… Извини… Не женился, но у него родился ребенок, сын… Через год после того как он ушел из твоей семьи. Мать ребенка не пережила роды… Мальчик попал в Дом Малютки, потом в детский дом, в интернат… Его никто не усыновил, он получил профессию, комнату в общежитии, не служил в армии по причине слабого здоровья…
Все молчали, переваривая информацию, переглядываясь друг с другом, и Феля кашлянул в ладонь:
— Ну, а мы то тут с какого края?
— Феликс, включи логику! — нахмурился Васильич. — Как только дело не касается железа, ты прекращаешь думать!
— У Саши есть брат, и что нам это дает? С какого бока он тут?
— С правого, Феля, с правого. От тебя.
Феликс машинально повернулся вправо и встретился взглядом с пустыми глазами Миши. Саша непонимающе проследила за его движением и вдруг прозрела:
— Миша? Мой брат — Миша?
— Аплодисменты в зале, — скромно кивнул Васильич.
— Все сходится! — восхитился Андрей. — Абсолютно все! Васильич, ты гений!
— Буратино у нас гений, а я так, просто большой умный мозг, — отмахнулся от него Васильич. — Вот как я узнал, кто был Мишкиным родителем, мне стало ясно, почему Александра так отреагировала на его касание. Потому что пока еще никто не выжил после этого.
Саша молча смотрела на хмурого сгорбившегося парня в углу и не могла поверить услышанному. Миша? Её брат? Её отец умер? И она ничего не знала, даже не подозревала… Мама никогда не говорила на эту тему, Саша давно смирилась с её молчанием, да и не интересно ей было после стольких лет… Но теперь, услышав рассказ Васильича, она словно проснулась, как Спящая красавица от поцелуя, только в Сашином случае это больше напоминало обух по голове.
Миша поднял голову, взглянул на неё, и Саша снова поразилась, сколько теплоты и человечности в его глазах, и только она могла видеть это. Вот оно, объяснение той ниточке, что связала их в первый момент их встречи! Брат… Родная кровь… Гены пальцем не размажешь…
Андрей легонько потряс её плечо, и Саша словно очнулась, разжала пальцы. Андрей оглядел свою руку, в белых следах от ее ногтей:
— Зай, не убивай меня, я тебе еще пригожусь…
Марьяна нервно хихикнула, и Саша почему-то устыдилась. Сглотнула напряженно и спросила тонким голосом:
— Значит, мы с Мишей одинаковые?
— Одинаково разные, — кивнул Васильич. — Два полюса одной планеты… Если бы я знал раньше… Все бы было гораздо проще.
— Если бы я знала раньше… — Саша с сожалением приласкала взглядом новообретенного брата. А что бы тогда изменилось? Ну, когда она стала жить самостоятельно, наверное, позвала бы его к себе… Сережа бы согласился, однозначно… И Миша не был бы так одинок, многое в его жизни изменилось бы, да и в её жизни тоже… Бы, бы, бы, одни бы…
— К чему загадывать? — Васильич коснулся ее руки, и Саша вздрогнула, почувствовав на собственном опыте его проницательность. Он что, мысли её прочитал?
— Теперь все изменится, — тихо ответила она, даже не зная кому. Себе, наверное, ну и Мише, что все ещё смотрел на неё. А что изменится? Она должна будет рассказать маме, это неизбежно, как восход солнца, а потом? Они будут ездить на пикник по выходным? Приглашать друг друга на обед, в четные дни Саша к Мише, а в нечетные наоборот?
— Все будет хорошо, — тихо сказал Андрей, и Саша улыбнулась своим мыслям. Правда, что она заморачивается? Все будет как будет, жизнь продолжается, у нее есть любимый, есть мама, брат, есть Баунти, есть работа, друзья…
— Эх, хорошо сидим! — воскликнул Феля, хлопая ладонью по Марьяниному колену. — Сашечка, давай нам еще по одной что ли, праздновать будем!
— Наркоман! — ласково отозвалась Марьяна. — Могу посоветовать хорошего врача!
— Алкоголичка, — не остался в долгу Феликс. — Сама проконсультируйся!
Марьяна шлепнула его по затылку, одновременно пихая в бок, и Буратино возбуждённо потер руками:
— Ох и напьемся мы на вашей свадьбе! — за что получил незамедлительно по лбу от притворно сердитой Марьяны.
— Чур, я свидетелем буду! — отозвался с улыбкой Андрей, толкая Васильича в грудь. — А ты тамадой!
— Немного вы со мной выпьете, — тот покрутил головой, собрал бороду в кулак и залихватски перебросил ее через плечо.
Саша собрала бокалы, не вникая в их дружескую перепалку, и пошла за стойку. Наполняя бокалы, она то и дело бросала взгляд на Мишу, который в веселушках не участвовал. И ловила ответный взгляд, ставший отчего-то озабоченным. Что происходит? О чем он думает?
Оказалось, о той вещи, что ее не интересовала. Потому что, когда Саша принесла бокалы на стол и принялась расставлять их, Миша спросил бесцветным тоном:
— Васильич, а наш отец был такой же?
Васильич понял смысл вопроса, но ответил не сразу. Саша поймала себя на мысли, что ждет ответа с нервным волнением. Отец никогда не занимал ее мыслей, может быть, потому что в ее жизни было несколько «исполняющих обязанности», из которых она до сих пор поддерживала связь с двумя. У Миши все, наверное, было по-другому.
Васильич ответил, наконец:
— Все равно ведь узнаете… Да, у него тоже был дар. Очень редкий и оттого часто ломающий психику. Он был телепатом.
— Настоящий телепат? — воскликнул Буратино. — И мы о нем не знали?! Как же так?
Васильич снова помялся:
— Да в том то и дело, что знали… Я знал. Но не знал о его родственных связях… К тому же… Ну да ладно, скажу! Он пользовался своим даром в некрасивых целях…
Саша покачала головой. Лучше бы Васильич промолчал… Ей то ничего, а вот Мише… Что, если ему захочется быть похожим на этого мифического отца, которого он никогда не знал и теперь уже так и не узнает? Васильич заметил ее движение и успокаивающе похлопал по плечу:
— Без паники, все будет хорошо, сказал же Андрюша! Ваш отец заработал кучу денег, не совсем легально, и все потерял. Поэтому я так и не наладил с ним контакт. Не тот тип мышления, много берет и мало отдает…
Миша кивнул и ответил безразлично:
— Все понятно.
И только Саша уловила в его голосе разочарование. Почему?
«Потому что так хотелось услышать что-то хорошее о нем… — подумалось ей. — Потому что это папа… Пусть даже он нас бросил…»
Саша тряхнула головой. Что за идиотские мысли? С чего это ей такое в голову пришло?
«Это не твои мысли!»
Она замерла от неожиданности и против воли взглянула на Мишу. В его глазах мелькнул смех, и он опустил голову.
«Никому не надо говорить. Пусть это останется тайной.»
Саша поколебалась. С какой легкостью его мысли дошли до ее мозга! У нее так точно не получится…
«Мы уже так говорили… Я понял…»
Саша почувствовала, как краснеет, и бросила взгляд на Васильича. Тот удивленно спросил:
— Не заряжаешь? Что-то не так?
— Нет, все нормально, — она опустила глаза на бокал Андрея, и тут Марьяна предложила:
— Повторишь рекорд, Сашулька?
— Ага, один раз случайность! — со смешком поддержал ее Феля. Андрей махнул на сладкую парочку:
— Да ну вас, только про глупости и думаете!
Саша с улыбкой пожала плечами:
— Могу попробовать, что мне жалко?
Она даже не выбирала из воспоминаний самое лучшее, просто позволила сердцу замереть от мысли, что у нее есть брат и что они могут обмениваться мыслями. Семь бокалов поочередно наполнились искристыми блестками от ее дыхания, и все за столом зааплодировали:
— Молодец!
— Я же говорил, а вы…
— Сашулькин умничка!
— Да, сомнений нет…
Только Лаврентий не радовался радости. Даже не посмотрев на свой бокал, он стукнул кулаком по столу:
— Да здравствует Сашенька! А Светочку все, забыли! Нафига Светочка, когда есть новый рекорд…
Андрей оставил ничего не понявшую Сашу и подсел к нему, что-то заговорил тихо на ухо. Лаврентий пытался еще побунтовать, но быстро сдался уговорам и залпом выпил свой бокал. Потом махнул рукой и быстро вышел из бара.
Саша глянула на Васильича с немым вопросом. То покачал головой:
— Очень неприятная история… Света была нашей Дающей радость, почти два года… Лаврентий был влюблен в нее, до потери сознания, и вроде все у них складывалось… Но Света пропала, исчезла с радара и вообще отовсюду. Искали, искали и не нашли…
— Даже следа не осталось, — вмешался Буратино, пошевелив носом. — До сих пор понять не могу…
— Вот, даже Димыч не нашёл… Ни живой, ни мертвой…
— Оказывается, опасное занятие — работать в этом баре, — неловко пошутила Саша и смутилась.
Андрей обнял ее за плечи:
— Не беспокойся, с тобой ничего не случится!
«Не бойся…» — эхом отозвалось у нее в голове. Саша улыбнулась. Как, все-таки, хороша жизнь…
Ближе к полночи народ принялся расползаться. Первым ушел Миша, бросив всем краткое «пока», а Саше, в голове «До завтра, сестренка», и это умилило ее до слёз. Потом, как всегда вместе, удалились веселые Феля и Марьяна, и Андрей усмехнулся им вслед:
— Господи, да когда ж они нам маленьких наделают?
Васильич, протирая столик, пробормотал:
— У кого что болит…
— Да ну тебя в самом деле! — возмутился Андрей, беря Сашу под руку. — Уж ты то знаешь, что у меня все серьезно!
Саша прижалась к нему, лицом к жаркому плечу в пахнущей дорогим и таким мужским одеколоном футболке, и с улыбкой взглянула на Васильича. Тот бросил мокрую тряпку за стойку и оглядел их с головы до ног:
— Не спорю, смотритесь шикарно! Сашенька даже тебя облагораживает, оболтуса…
Он шутливо перекрестил их:
— Благословляю вас, дети мои, на вечную любовь, чтоб у вас было полно детей и собак!
Саша смущённо засмеялась, а Андрей отмахнулся с досадой:
— Смотри, получишь приглашение на свадьбу — не вздумай без подарка явиться!
— Я на вас бар отпишу и на пенсию пойду, куплю домик в деревне и буду рыбачить целыми днями, — Васильич говорил шутливым тоном, но в его голосе явно слышалась усталость. Сколько ему, интересно, лет? Не больше пятидесяти… Какая там пенсия…
Саша почувствовала легкое движение руки на талии — Андрей крепче обнял ее — и внезапно поняла, что тут что-то гораздо серьёзнее пенсии…
— Он болен, — сказал ей Андрей уже в машине, внимательно глядя на дорогу. — Неизлечимо… Никто не знает, сколько ему осталось…
Саша грустно вздохнула. Васильич, такой добрый, умный, славный… Уйдет, оставит их, не взглянет больше своими проницательными цепкими глазами…
— Он хочет укрепить команду, всех всему научить до того как…
Андрей замолчал. Саша положила руку на его плечо, сжала тихонько, массируя. Ей то проще, она не знает Васильича так давно, как остальные, но даже за эти четыре дня она успела привязаться к нему…
— Все будет хорошо, — с неожиданным упрямством в голосе сказал Андрей, потершись щекой об ее руку. — Ты со мной, Мишка тебя нашел, Фелька с Марьяной скоро поженятся… надеюсь… Все будет хорошо!
Он остановил машину у подъезда и повернулся к Саше:
— Сегодня был сумасшедший день… Я даже по-моему не поцеловал тебя…
— Поцеловал, — тихонько запротестовала Саша, и Андрей закрыл ей рот поцелуем, долгим, как вечность, и сладким, как малина. Она откинула голову на его плечо, отдаваясь целиком и полностью во власть его губ, и просунула руки по его талии вдоль ремня, желая ощутить спокойную силу его тела…
Андрей нежно зачесал ее волосы с лица:
— Пора домой, зай, у нас был очень тяжелый день… Особенно у тебя…
— Иду, — не двигаясь с места, ответила Саша. Он со смехом подтолкнул ее:
— Давай двигай! Неужели не устала? Вроде и радости не напилась…
— Не знаю, — Саша пожала плечами, — Вроде устала, а вроде и столько сил…
— Завтра будет новый день. Тебе надо отдохнуть да и мне тоже…
Он чмокнул ее в губы, и Саша притворно обиделась:
— Окей, прогоняешь — ухожу…
— Зай, я тебя люблю… — Андрей обнял ее, крепко и нежно, — но два дня без сна я не выдержу…
— Да ладно, — усмехнулась Саша, — знаю я… До завтра…
Она вышла из машины, вездесущий Баунти выскочил следом. Андрей опустил стекло со стороны пассажира и тихо сказал:
— До завтра, любимая моя…
Поднимаясь по лестнице, Саша почувствовала как болит голова. День событий не прошел даром. Виски словно сжало в железных тисках, и Саша поморщилась. Надо выпить таблетку и спать…
Мама ждала ее на кухне. Пила свой слабенький чай для похудения, курила и читала очередную Донцову. Увидев Сашу, она покачала головой:
— Саша, у тебя вид, как у похоронного бюро!
— Все в порядке, — ответила та.
Мама, натурально, не поверила:
— Доча, с тобой что-то случилось… Эта твоя новая работа… Новый парень…
— Мам, не приставай, — вяло отмахнулась Саша, наливая воды в новую блестящую миску для Баунти, и принялась копаться в ящичке, где хранились лекарства. Нашла таблетки от боли и выдавила одну на ладонь. Мама отреагировала:
— То дома не ночуешь, то приходишь и пьешь обезбаливающие…
Саша все еще молча выпила таблетку и включила чайник. Мама не сдавалась:
— Саш, что происходит? Я должна знать!
Саша не выдержала:
— Фиг что ты должна! Я тоже должна была знать…
— Ты о чем?
— Об отце…
Мама закатила глаза, качая головой. Саша понимала ее, где-то в глубине души, но не могла остановиться, она обязана была узнать правду…
— И что же ты хочешь узнать, что я тебе еще не сказала?
— Все. Начиная с правды.
Говоря эти жестокие слова, Саша надеялась, что встряска заставит маму сказать эту ожидаемую и уже известную правду, но мама была гораздо крепче, чем могло показаться:
— Какой такой правды? Вместо службы в Афгане хочешь, чтоб твой отец оказался пьянчугой из соседней забегаловки? А вот нет, не дождешься! Служил, погиб за честь родины. Все.
Саша кивнула сама себе. Вот так ее обманывали в течении двадцати лет… И еще не закончили…
— Отец вторично женился, ты об этом знала? — в лоб спросила она, и мама покрутила головой:
— Нет, честное слово! На ком?
— Это я не в курсе, хотела у тебя узнать…
— Я тоже не в курсе… — мама смущенно теребила ручку чайной кружки. — Где, в Афгане, что ли?
Саша аж задохнулась от такой непринуждённой наглости. Врать ей еще и еще, в то время, как она пытается уточнить детали, которые ей и так известны…
— И у него есть сын. Об этом знала?
— Нет, — мамино лицо стало красным, как помидор. — И знать не хочу! Зачем мне это?
— Затем. Он нас бросил, женился на другой, ребенок рос в детдоме… Зачем было выдумывать сказку про Афган? Он жил в одном городе с нами, но никогда не хотел меня видеть… Почему?
Мама молчала, как партизан, потом ее прорвало:
— Потому что твой папаша был монстр, да-да, самый настоящий монстр! Обаятельный, Казанова, и МОНСТР! Он читал мои мысли! Можешь себе представить???? Представь, во что превратилась наша с ним жизнь!!!! Представь, каково жить с МОНСТРОМ???
Саша смотрела на маму со смесью изумления и отвращения… Монстр, ее отец, ее брат Мишка и… и она сама, тоже монстр… Потому что бог дал ей особый подарок при рождении? Потому что выделил ее из остальных людей? Приготовил для чего-то специального, как Васильича, Андрея, Марьяну и иже с ними, которые не жалея себя, помогают другим, дают не требуя ничего взамен, и таятся от толпы, которая назовет их монстрами…
Саша глубоко вздохнула, взяла сумку со стола и позвала:
— Баунти!
Пес вскочил, с готовностью помахивая хвостом. Мама нахмурилась:
— Куда ты собралась?
— Куда-нибудь… — подавляя рвущиеся из глаз слезы, покрутила головой Саша. — Наверное, к монстрам. Потому что я такая же, как мой отец и мой брат…
— Подожди… Как это?
Мама медленно встала, глядя на нее широко раскрытыми глазами, и Саша ощутила убегающую, скользкую как угорь, мысль «Ох нет, только не это!!!! И Сашка тоже… Как он… Кошмар!»
— Да, — с горечью ответила Саша. — Я как он… И такой останусь, на всю жизнь… Прощай!
Хлопнув для разрядки нервов дверью, Саша быстро спустилась по лестнице, вышла на воздух и вздохнула полной грудью, чтобы успокоиться. Давно она так не разговаривала с матерью… И теперь уже не скоро заговорит с ней… Ужас мамы от сделанного только что открытия, от сознания, что ее дочь такой же монстр, как и бывший муж, больно уколол Сашу в самое сердце.
Она медленно шла по улице, следя за стаффом, который бегал по тротуару и окрестным кустикам в поисках свежих собачьих новостей, и в голове не было ни одной мысли. Не только стоящей, но и вообще никакой. Странная пустота… Она попыталась сосредоточиться на чем-нибудь и даже зажмурилась от усилия, и мысли вернулись. Накинулись, можно сказать, всем кагалом… Что делать? Куда идти? За каким фигом она хлопнула дверью? Спать она где будет сегодня? Вообще, жить ей теперь где? С мамой точно больше не сможет… Ночевать в парке на скамейке? С Баунти, конечно, не страшно, но прохладно как-то…
Саша потрясла головой, наверное, чтобы кружащиеся хороводом мысли улеглись по местам, и покопавшись в сумке, вытащила сигарету. Закурила, с наслаждением выпустив дым, и прислонилась к декоративной ограде парка. Блин, ну что за день такой? Как начался по-сумасшедшему, так и закончился…
Она глянула на часы. Почти час ночи… Нет, ну что реально делать то?
Сигарета тлела в ее пальцах, Баунти улегся у ног, вылизывая свою и без того чистую шкуру, Саша же бездумно разглядывала крохотные звезды в чёрном бархатном небе, машинально следя за мерцающими огоньками самолета…
Черное такси со скрипом тормознуло напротив, и она вздрогнула от неожиданности. Но Баунти с веселым взвизгом бросился к машине, царапая стекло когтями передних лап. Саша недоверчиво улыбнулась. Как кстати это знакомое такси… Но как он…
Она распахнула дверцу, Баунти первым вскочил на сиденье, протиснулся между спинками, привычно плюхаясь назад, и Саша села в машину:
— Откуда ты здесь?
Андрей покачал головой, вытащил из за сидения ноутбук и открыл его. На темной карте города, как огоньки самолета в небе, мерцали белые, жёлтые и зеленые точки. И только одна тревожно мигала красным маячком. Саша усмехнулась. Ну конечно, она тоже его подопечная…
Андрей передал ей ноутбук, тронул машину. Саша спросила:
— Куда ты меня везешь?
— На кудыкину гору, зай, — рассеянно ответил он, сворачивая на перекрестке. — А что, домой хочешь?
— Я с мамой поругалась, — грустно сказала Саша, и Андрей кивнул:
— Ну я так и понял. Все наладится, не переживай! Поживешь пока у меня, а там видно будет…
Саша откинула голову на подголовник, со вздохом ответила:
— Спасибо…
— Не надо спасиба, зай… Я всегда рядом для тебя…
Ночной город озорно подмигивал Саше желтыми глазами светофоров, а в ее голове крутилась фраза «Как хорошо, что ничего не случилось… Я бы этого не пережил…» пойманная на лету неизвестно откуда… Саша счастливо улыбалась, зная, чьи мысли настырно лезли а ее мозг…
У Андрея был полумрак, только телевизор мерцал призрачным квадратом, то освещая комнату, то погружая ее во мрак, в зависимости от сцены, которую играли герои популярного сериала. На кухне свистел-надрывался чайник. Андрей ругнулся и бросился выкручивать газ:
— Вот, даже чайник забыл на плите, так торопился! — он взвесил пузатый обожженный чайник, прикидывая, сколько в нем осталось воды, и спросил: — Кофе будешь или спать ложимся?
Саша положила сумку на кресло и пожала плечами:
— Как хочешь…
Он обнял ее за плечи, баюкая и согревая, дунул на ухо:
— Все образуется, заинька, вот увидишь… Не думай ни о чем…
— Не могу не думать… Она меня монстром считает…
— Ну, а что ты хотела? Дай ей немного времени! — Андрей развернул ее лицом к себе и заставил взглянуть в глаза. — Чтобы принять что-то новое, всегда нужно время.
Саша кивнула. Андрей чмокнул ее в нос и пошел на кухню:
— По кофе и спать, некоторые завтра работают, между прочим…
Саша села на неразобранный диван, провела руками по обтрепанному велюру и вздохнула. Время… На все нужно время… Ей понадобилось много времени, чтобы принять смерть мужа, поменять привычный образ жизни… Влюбиться снова…
Телефон запищал в сумке. Саша вскочила — наверное, мама, извиниться хочет… Но сообщение было не от мамы. «Привет солнышко почему не отвечаешь?» Саша нахмурилась. Сейчас отвечу, погоди!
Но не посмела ругаться, просто написала в ответ «Вы кто?»
Андрей принес ей кофе и, глянув на телефон, спросил:
— Мама?
— Нет, — Саша отложила телефон и взяла дымящуюся кружку с изображением стаффа. — Дурацкие шутки…
— Расстрелять их надо! — решил он и плюхнулся рядом, принялся нажимать на кнопки пульта, меняя программы.
Саша не успела выпить половину кофе, как телефон снова запищал. Слава Богу, она сменила сигнал, а то бы наверняка подпрыгнула от кукареканья…
На экране высветилось «Шутница моя лю тя сильно сильно»
Саша покачала головой. Нет, ну это переходит всякие границы!!!! Она ответила: «Прекратите глупые шутки иначе заявлю в милицию!»
Андрей покосился на нее, но ничего не сказал, открыл ноутбук и принялся что-то искать в Яндексе. Саша толкнула его в бок:
— Кто-то, между прочим, спать собирался!
— Щас, еще немного… — рассеянно ответил он, проворачивая страницы. Саша улыбнулась с неожиданной нежностью, какой же он балбес все-таки… Но очередная СМСка вывела ее из себя. Да когда ж это закончится?!
«Солнышко почему ты так говоришь со мной?»
Саша покачала головой, отвечая «Это номер моего мужа и он умер»
Она решительно встала, прогоняя Андрея, разложила диван, расстелила постель и спросила:
— У тебя есть какая-нибудь майка для меня?
Андрей оторвался от компьютера, вставая:
— А зачем тебе майка, зай, спи так!
Саша улыбнулась его смеющимся глазам:
— А я тебя стесняюсь!
— Прям! — всполошился он. — Да ты че? Я тебя даже не трону! Я честный мужик, конкретно! До свадьбы ни ни!
— Балбес, — засмеялась она, — Дай что-нибудь надеть, а то замерзну!
— Я тебя согрею, — подавая ей белую футболку, нежно ответил Андрей, — вот тоже нашла отговорку!
— Фигушки, — Саша отвернулась, стаскивая джинсы и маечку, и он обнял ее сзади, поглаживая:
— Как хочешь… Мое дело предложить, твое дело согласиться…
— Отказаться! — поправила его Саша. — Не сегодня, ладно?
— Ладно, — нарочито грустно ответил Андрей. — Любовь прошла, завяли помидоры…
— Да ну тебя, — усмехнулась она, натягивая широкую футболку. — Прямо не доживешь до завтра!
— Шутю я, — Андрей щёлкнул ее по носу. — Спать, спать и спать! Не исключено, что я тебя изнасилую во сне, но ты спи, не волнуйся…
— Шутник, — проворчала она, ложась под одеяло. — Сам же жаловался, что не выспался… А потом кто виноват будет? Сашенька!
Андрей засмеялся:
— Не бухти, любимая! Спи, я сейчас…
Он ушел в ванную, и Саша уютно свернулась клубочком под тонким одеялом. Прошедшая было головная боль снова вернулась тупым шилом в виске. События развиваются слишком быстро, подумала Саша, морщась. Ей всегда надо было долго раскачаться прежде чем принять решение или сделать что-то важное. А теперь… Все бежит и скачет, как сумасшедшее, вокруг бедной растерявшейся Саши… И не осталось ничего привычного, никакого стержня, к которому привязаться, подобно ростку… Раньше у нее была мама, был Серёжа, было что-то привычное, знакомое с давнего времени…
Саша нахмурилась. Почему она все время вспоминает о Сереже? Ведь обещала же сама себе начать все сначала, оторваться от прежней жизни и жить дальше! И еще эти СМСки… Покоя не дают!
Словно услышав ее мысли, телефон слабо запищал из под подушки. Саша нервно достала его, с замиранием сердца включила и увидела: «Солнышко, я соскучился… Надо встретиться! Пожалуйста…»
Она закрыла глаза. Сережка, что же это такое? Неужели, и правда это он? Его слова, его сообщения, те милые сердцу весточки в самом начале романа, от которых на душе становится легко и светло… Нет, так не бывает! Никто не возвращается оттуда, куда ушел ее муж…
Она нерешительно взялась за телефон, повернула его в пальцах… Нет, это невозможно… Хотя… Мишка… Блин, все стало возможно с некоторого времени… И все-таки страшно. Саша покрутила головой и вошла в сообщение, нажала кнопку Ответить и набрала текст «Хорошо где и когда?»
Может, это ошибка, может, она поступает по-дурацки, но она должна, обязана выяснить, кто стоит за этими СМСками… Откинувшись на подушку, Саша принялась ждать ответа.
Серёжа был всегда пунктуален. Это качество любили его работодатели и его жена. Если он задерживался в больнице, Саша получала сообщение «Лю солнышко, буду через полчаса» или час или два… И был строго в назначенное время. Его любимой присказкой была французская поговорка «До срока еще не время, после срока уже не время».
Поэтому, когда он не появился дома в обычные 21.45 и на телефоне не оказалось сообщения о задержке, Саша тут же разволновалась. Позвонила в милицию. Там ее вежливо послали в парилку, велев не возвращаться раньше чем через три дня. Саша обзвонила всех знакомых без особой надежды, в больнице знали только то, что Серёжа ушел в обычное для него время, но дома не появился…
В конце концов, поднятый ею переполох заставил одного из Сережиных бывших одноклассников, участкового из соседнего района, провести внеслужебное расследование. Сережу нашли в областном морге, как неопознатого, убитого ударом тупого предмета по голове, как сказали, плохо закончившееся ограбление…
Саша пыталась выжить сама несколько месяцев после него смерти, работала, возвращалась в пустую квартиру, завтракала и ужинала одна, ложилась спать в холодную постель… И не выдержала… Сдалась, уехала к маме…
Телефон опять запищал. Саша схватила его, нажала на пришедшую СМСку. «Завтра в три в нашем кафе»
В нашем кафе… Она закрыла глаза, представив коричневые лакированные столики, шаткие стулья, плетеные корзинки для хлеба, мытый раз в неделю пол… И невыносимое счастье, охватывавшее их обоих от этих мимолетных свиданий в задрипанном кафе на углу…
Завтра… В три… Нет, не пойдет, она должна будет забрать свои вещи от мамы, а та начинает работу в полтретьего, надо будет идти в три часа, чтобы точно не встретиться с мамой… Значит не завтра.
Саша решительно отбила ответ «Послезавтра» и спрятала телефон под подушку, услышав, как Андрей закрутил кран душа. Незачем ему знать. Не надо пока.
Уже позже, когда Андрей улегся в постель, все с тем же ноутбуком, она подумала — а если Серёжа и вправду каким-то чудом воскрес, что ей делать с парнем, который лежит рядом с ней, прижимаясь ногой к ее ноге… Нельзя жить, любя двоих…