Глава 2

Первое, что я ощутила – щетинистая поверхность под щекой. Будто ковролин. Через минуту осознала, что лежу на боку в странной, скрюченной позе. Услышала шорох и гомон голосов вокруг себя. Еще через несколько секунд различила в гомоне возмущенные выкрики. Потихоньку приоткрыла глаза.

Я полу-лежала, полу-сидела скособочившись, на чем-то вроде ступеньки или выступа у стены. Сидела на полу, а головой прикорнула на этом самом выступе, покрытом ковролином. Ну или что тут вместо него. И я была не одна.

Не поворачивая головы, увидела несколько человек слева от себя. Некоторые скрючились, как я, лежали неподвижно с закрытыми глазами. Но пара-другая уже пришли в себя, сели ровно, изумленно оглядывались по сторонам. Один окончательно оклемался, и сел на выступ как на скамейку, прислонившись спиной к стене.

Я приподняла голову. Выпрямилась, огляделась по сторонам. Я находилась в большом квадратном помещении, со стенами длиной метров по пятьдесят. Пол выстлан этим самым ковролином. А вдоль стен плотными рядками набились люди.

Кто-то лежал без сознания, кто-то ошарашенно озирался вокруг. И те, чьи лица я могла рассмотреть, были подростками. Ровесниками Ка'Рин, лет четырнадцать-семнадцать. Всего человек сто, наверно. С такими же осоловелыми глазами, как у меня.

Я чувствовала дикую слабость, как при гриппе. Голова налилась свинцом, я еле соображала. И совершенно не могла анализировать окружающее в привычном для себя темпе. Просто молча смотрела, как парни и девушки вокруг приподнимают головы, оглядываются, издают возгласы изумления, садятся с ошеломленным, недоумевающим видом.

А потом я вдруг увидела в этой толпе единственное знакомое лицо. То самое, которое вручил мне на картонке отец перед отъездом. В тот же миг он тоже повернулся в мою сторону. Смазливый темноглазый шатен с такой гримасой, будто ему должен весь мир. Наши взгляды встретились.

Кемрах Ситтрени с ненавистью оскалился. Вскочил, стискивая кулаки, шагнул в мою сторону.

- Ты. Ты за это заплатишь!

Я заплачу?! Я?!

- Слушай, урод… - процедила сквозь зубы.

И не успела ничего сказать. Один из углов комнаты вдруг вспыхнул белым сиянием. Мы с Кемрахом тут же уставились в тот угол, как и вся орава наших сверстников. Несколько секунд – и сияние потухло. А в углу стояла… кикимора!

Та самая наемница, которая убивала меня оранжевым лучом и передала привет от Кемраха Ситтрени. Который сейчас стоял напротив меня и кажется, жаждал убить собственноручно.

Она была одета в то же серое трико. Но сейчас оно выглядело как с иголочки, без налипшего мха и пятен болотной грязи. А сама кикимора – начисто умытой, не чумазой. Вот только копна светлых волос по-прежнему взъерошена, словно не дружит с расческой. И длиннющий нос – привет Буратино! Молодая, но постарше собравшихся тут подростков. Скорее, моя ровесница – моего настоящего, земного тела. Не старше двадцати пяти.

Все, кто уже пришел в себя, смотрели на нее с разными, но очень сильными эмоциями. С ужасом, злостью, досадой, раздражением. Радости не источал ни один. Кикимора расцвела в хорошо знакомой мне ухмылке.

- Как вы все меня обожаете! Я почти забыла это ощущение. Так и слышу ваши кровожадные мыслишки, что вам хочется сделать со мной. Поверьте – это взаимно! Вот только с вашей стороны лишь десяток человек имеют основания желать моей смерти. У остальных они появятся чуть позже. Итак, я назову несколько имен. Эти неудачники подходят сюда, - она ткнула через плечо в угол у себя за спиной. – Кто особо зол, или кого все еще ноги не держат, может остаться на месте. Его вынесет из Башни Испытаний прямо там, где он сидит. Или лежит. Но в этом случае выход пройдет куда с меньшим комфортом, это я вам гарантирую. Здесь вы в любом случае не останетесь. Итак…

Кикимора щелкнула пальцами, и в ее руке материализовался из воздуха бумажный свиток. Она принялась зачитывать имена. Пару фамилий я узнала с уроков истории, прочие никогда не слышала. Кто-то из подростков всхлипывал, кто-то издавал протестующий вопль, когда слышал одно из имен.

Закончив, кикимора опустила руку. Свиток исчез в воздухе так же мгновенно, как появился. Ни моего имени, ни Кемраха Ситтрени не прозвучало. Кикимора отступила к стене, театральным жестом взмахнула, указывая на угол.

- Неудачники, прошу на выход! У вас две минуты.

Понурые дети поплелись в угол. Он снова озарился свечением, на этот раз не таким ослепительным. Один за другим подростки проходили через него и исчезали. Кикимора уставилась на одного из оставшихся парней.

- Тебе, дружок, отдельное приглашение нужно? Или пинок под задницу?

- Я требую обоснований! – выкрикнул тот, к кому она обращалась. – Кто ты такая? По какому праву решаешь, прошел я Ритуал или нет?! Пусть Совет Академии объявит итог испытаний! Магистры, которых знает вся Дакрия, а не какая-то безвестная девка!

Кикимора сложила губы в трубочку, промычала «Уууу!» - словно говоря: послал же бог идиота. Затем махнула рукой. Протестующего парня швырнуло прямо в стену за его спиной. Он пролетел сквозь нее – и пропал, словно и не было его тут.

- Кто-то у нас слишком дерзкий, - обронила непринужденно. – Пусть вам послужит уроком, голубчики. Ваше происхождение, статус вашей семьи, Род, клан – все это осталось за стенами Академии. Здесь имеет значение только ваш талант и трудолюбие. Кому не нравится – выход еще открыт!

Она снова ткнула в угол себе за плечо.

- Теперь насчет Совета Академии. Совет вам ничего не должен. Первый год вы его и не увидите. У магистров есть дела поважнее, чем тютюшкаться с зелеными юнцами, у которых молоко на губах не обсохло. Которые не могут создать ни одного стоящего заклятья, зато спеси и гонору хватит на дюжину Великих Магистров. К вашему, а главное, моему несчастью, эта доля выпала мне. Так что закатайте свои высокородные губешки, голубчики. Вам придется иметь дело с безвестной девкой. Все ваши вопросы будете решать со мной. Считайте, что Совет Академии подарил вас мне. Как чужеземных рабов.

Недобрая усмешка зловеще исказила и без того не слишком миловидную носатую физиономию кикиморы. А следом она наконец соизволила представиться:

- Мое имя Ветария А'Джарх, но вы будете обращаться ко мне – моса. Моса – отныне ваша матушка и ваш батюшка. Для аристократов – тарро или тарх. На все семь лет обучения. Для кого-то меньше. Сильно меньше, если бог смилостивится надо мной. Я не выношу наглых кичливых зазнаек, кто считает себя пупом земли благодаря Пращуру или кого вы там называете божком. У вас теперь лишь два божка, кроме Всевышнего. И это не тарро и Пращур, а учеба и дисциплина. За первым следят магистры. За вторым я. Вылететь отсюда вы можете как из-за первого, так из-за второго. Потому подумайте как следует еще раз – пока выход открыт.

Никто не шевельнулся. Никто больше не пытался кричать и возмущаться. В холле царила тишина, десятки пар глаз устремились на кикимору… Ветарию А'Джарх. Она хмыкнула.

- Все считают себя умными и послушными. Пусть будет так. Учеба покажет. В таком случае отрывайте зады от пола и выходите. Можете прямо там где стоите. Совет уже перенастроил портал. Шагнув через стену, вы окажетесь в главном холле Академии. Шевелитесь, чтобы ткань пространства не получила больше повреждений, пока вы наматываете сопли на кулак.

Первым, как ни странно, среагировал мой кровник Кемрах. Решительно развернулся вокруг себя, при этом мазнул по мне неприязненным взглядом. Будто еще не понял, что все его глюки – дело рук кикиморы-моськи, а я вообще не при делах. Ну и придурок.

Уверенно занес ногу, шагнул прямо в стену. Его тело прошло сквозь нее, как нож сквозь масло. И через секунду полностью исчезло. Его примеру последовали еще несколько подростков. Я все еще подтормаживала, лихорадочное состояние и головная боль так и не прошли.

- Моса, а как быть с нашим багажом?.. – робко пролепетал чей-то девичий голос.

Кикимора резко повернулась на голос, словно рысь на пробежавшего зайца. Хищно оскалилась:

- Деточка, уж поверь, багаж – последнее, о чем тебе сейчас стоит беспокоиться! Если ты ни о чем другом думать не в силах – прошу в этот угол! Он по-прежнему настроен на выход перед Башней Испытаний. Там тебя и тебе подобных ждут любящие родичи, орава слуг, удобства и почести для знатных лоботрясов. Боитесь – шагом марш в привычную жизнь!

Мне надоело слушать ее понукания, я повернулась и шагнула в стену. Легкий разряд тока пробежал по телу. На секунду зажмурилась, а когда открыла глаза…