Глава 22

Делари

Минувшая ночь удалась. Отчасти. Оралим провел ее не с той, кого желал. Всего лишь с женой. Но с зачатием наследника усердствовал на славу. Надо приказать служанке высчитать цикл Идоры. Обидно, если столько стараний пропадет зря.

Он позволил Ло’Ар уйти после ужина, вернуться в гостевые покои. Хотя хотел распластать ее прямо на столе трапезной и повторить все, что делал с ней семнадцать лет назад. Вместо этого он просто наблюдал.

Она подавала блюда неумело, неуклюже. Оралим видел, как дрожали тонкие кисти рук. Ждал, что она вот-вот уронит и разобьет что-нибудь. С каким удовольствием он наказал бы ее не сходя с места! Но она удержала все блюда на местах.

Ее неловкость забавляла Оралима. Он желал поймать ее взгляд… но понимал, что невозможно. Слуги не смеют смотреть в лицо тарро. И вышколенные, и такие неумехи. Все возбуждение он выплеснул в Идору… а утром проснулся в отменном настроении.

Все шло по плану. Представитель рода Делари поступил в Академию Радайн. Ситтрени на днях получили еще одну знатную взбучку. Дела в самом поместье шли неплохо. Оралим принял несколько докладов от управляющего.

После завтрака наведался в пару цехов на окраине Делари. Заслушал еще отчеты от разных подчиненных, раздал необходимые поручения. Дела понемногу пошли на лад. Словно с появлением дочери удача наконец развернулась к Роду лицом. Дай Бог…

А потом начальник гвардии огорошил его внезапным известием.

- Тарро, прошу простить, если побеспокою ради пустяка. На прогулке ткачихи Ло’Ар с дочерью с ней пытался заговорить Димар Сиули. Мой человек воспрепятствовал ему и заставил уйти…

Оралим не дослушал. Прежде чем успел осознать, что происходит, он мчался в гостевые покои. Опомнился, когда дверь под его рукой с размаху грохнула об стену… А перед ним очутилось бледное лицо Ло’Ар. Мгновенно исполнившееся смертным ужасом.

- Что он тебе говорил?! – прорычал Оралим.

Она не вымолвила ни слова. Стояла ни жива ни мертва, словно окаменела.

- Я с тобой разговариваю! Что тебе говорил Сиули?!

И вновь ни слова. Как она смеет молчать, когда он приказывает говорить?! Оралим шагнул к ней. Девчонка отшатнулась, вскинула руку… закрываясь от него. Ярость подступила к горлу ледяным комом. Он чуть не бросился к ней, встряхнув за плечи…

Как вдруг между ним и Ло’Ар выскочила девчонка. Мелкая, чернявая. Сделала неуклюжий реверанс. И пропищала детским голоском:

- Тарро, мы с матушкой благодарны вам за кров и пищу! И за доброе обращение. А тот тар… Сиули… сказал, что хочет поблагодарить матушку за то, что воспитала Кари… тарини Карину. Мэтр стражник не позволил ему подойти. Мама не говорила с ним, тарро. Мы очень признательны за вашу доброту…

Она так и продолжала лопотать, напуганно и в то же время – с немыслимой дерзостью. Так похоже на сестру. Оралим больше не слушал ее. Он вперился взглядом в Ло’Ар. Оцепеневшую, неподвижную. А затем развернулся и вышел. Не забыв захлопнуть и запереть распахнутую настежь дверь.

Какого ляда на него нашло?! Что это только что было?! Какого демона он сорвался в комнату служанке с нелепыми вопросами?! Что он хотел от нее услышать? Он что, боится, будто клятый нахал Сиули использует какую-то ткачиху в своих интригах? Как он может использовать ее, охраняемую денно и нощно? А главное, зачем спрашивать о том ее саму? Невежественную деревенскую знахарку?

Оралим тряхнул головой, смахивая наваждение. Он не хотел пускать в сознание мысль, что его страх был иным. Не к интригану Сиули, подбиравшемуся к матери его бастарда… а к молодому мужчине, посмевшему вступить в контакт с женщиной, которую вожделел сам Оралим. Слово «ревность» даже не промелькнуло в голове. Слишком чуждым оно было для тарро Высокого Рода. Он всю жизнь просто брал то, что желал. И тех, кого желал. Ревновать было незачем, некого и не к кому. Что изменилось сейчас?

Он вернулся в свои рабочие апартаменты. Несколько раз прошелся из угла в угол кабинета, приходя в себя. Лицо девчонки стояло перед его глазами. Не мелкой чернявой. Взрослой. В которой он по-прежнему видел ту девчонку семнадцать лет назад.

Ужас в ее глазах. Тогда он лишь сильнее распалял Оралима. Вселял похоть после кровопролития. Но сейчас… спустя все эти годы она смотрит на него как… никак не смотрит. Пялится в пол и дрожит от ужаса.

Оралима вдруг покоробило это ощущение. Как будто… как будто стало не все равно, как он выглядит в ее глазах. Совершенно незнакомое ему чувство. Но ничего этого он не осознавал, испытывая лишь смутное, невнятное и неопределенное раздражение.

Так он и мерял шагами кабинет, напряженно думая. Затем вызвал секретаря. Тот явился незамедлительно, низко склонившись.

- Завтра желаю отужинать с Вигаримом и Димаром Сиули. Направишь приглашения.

- Будет исполнено, тарро, - еще ниже поклонился слуга.

- И передай домоправителю. Сегодня отменяю приказ насчет ткачихи Ло’Ар. За ужином пусть прислуживает стандартный персонал.