Глава 21

Оралим пристально смотрел на довольную улыбку магички. И молча ждал объяснений.

- Он пытался произвести на меня впечатление дешевыми трюками. Но даже не смог перенестись в пространство псевдореальности. Для Старшего Магистра Ранду это раз плюнуть! Но Лурий проигнорировал мои намеки, причем дважды. А значит, он слабак!

Оралим свел брови на переносице.

- Я не магик и не знаю твоего птичьего языка. Объясняй по-человечески. Что еще за псевдореальность, почему северянин должен был туда перенестись? Какие намеки ты делала, какие дешевые трюки он тебе показывал? Я хочу знать детали вашей встречи от и до, а не твои пустые домыслы.

Магичка стушевалась.

- Да простит меня тарро… Я… я использовала на Лурии женское обаяние. Он использовал трюки, когда угощал меня вином. Бокалы из воздуха, летающие с места на место… Но если бы он действительно хотел произвести впечатление, он перенес бы меня из деревенского трактира в… дворцовую залу, например. Которую создал бы силой магии в пространстве псевдореальности. Так мы называем несуществующее магическое пространство, которое формируется магией. Любой Старший Магистр в силах создать магический предмет – как он создал бокалы для вина. А сильнейший может создать целое пространство: комнату, целый дворец, кто-то даже лес или остров! И перенести туда себя и другого. Ранду – один из могучих Орденов. Их Старшим Магистрам под силу создание пространств. В слабых Орденах такое могут лишь Великие Магистры, и может, несколько их ближников. Первый раз я намеком предложила Лурию отправиться в созданную им псевдореальность. Он сделал вид, будто не услышал. Второй раз провоцировала оскорблением – он все равно проигнорировал. Значит, он лгал.

Оралим прищурился.

- Ты думаешь, он должен был перенести тебя в эту… недореальность, потому что ты явилась соблазнять его? В этом?

Он кивнул на ворот ее плаща, который словно невзначай распахнулся, приоткрывая глубокое декольте и полупрозрачную ткань.

- Может, он просто посчитал тебя шлюхой, ради которой не стоит тратить усилия? Которая сама заявилась в откровенном наряде предлагать себя, а значит, ею можно попользоваться без расхода магии?

Магичка вспыхнула.

- Все было совсем не так, тарро…

- Мне плевать, как у тебя было. Я жду от тебя фактов, а не домыслов бестолковой шлюхи о том, почему мужчина не посчитал нужным потратить силы, чтобы поиметь ее.

Она прикусила губу, в глазах сверкнула обида. Но Оралиму было плевать. Тех, кто на него обижался, неизменно ждала плеть. А кто пытался за обиду отплатить – веревка палача.

- Дело в том, что… каждый послушник при вступлении в Орден получает метку. Она ставится в укромном месте, которое можно увидеть лишь в бане или… постели. Так вот, у Лурия не было метки Ордена! Подделать чужую метку невозможно – каждый Орден защищает свою эмблему магически. Но ее можно скрыть при желании. Лурий в самом деле Старший Магистр – я видела достаточно проявлений его магии, чтобы не сомневаться в том. Но зачем ему скрывать метку Ордена, да еще такого сильного, как Ранду? Очевидно же – у него ее нет! А ту, что есть, он скрывает.

Оралим хмыкнул.

- Значит, он все же поимел тебя.

- Я использовала все средства, чтобы выполнить поручение тарро! – воскликнула магичка. – Ну и я окончательно убедилась, что он не с восточного побережья. Его акцент отчетливо принадлежит северомерканским прериям. И вероятнее всего, Биртаго. Дорамон.

Произнеся это, она дерзко вскинула взгляд. И несколько секунд смотрела прямо в глаза Оралиму. Не иначе, ждала похвалы. А у него вдруг промелькнула мысль… До чего удобный момент. Грех не воспользоваться. Он планировал использовать кого-то из подчиненных, возможно даже алька. Но отчего бы не сделать это самому?

Он медленно проговорил:

- Значит, ты использовала приманку у себя промеж ног, и этот магик попался, как сопливый юнец…

- Не сказала бы, тарро. Он догадался, что меня могли прислать вы, и долго допытывался. Я едва сумела его разубедить…

- И как же? Еще раз ублажив его? Как истинная шлюха?

- Тарро, я не…

Он резко поднялся с кресла и сделал короткий знак альку. Тот шагнул к магичке, схватил за плечо и толкнул. Она едва не ткнулась носом в нагрудник на доспехе Оралима. А он расстегнул набедренную часть доспеха, раздвинул пластины, защищавшие пах… Сорвал с девки плащ, оставив ее в полупрозрачном наряде потаскухи. И надавил на плечо, заставляя рухнуть перед ним на колени.

- Теперь показывай свое… женское обаяние. Посмотрю, чего ты стоишь как шлюха.

Она что-то заверещала, и Оралим схватил ее за волосы и прижал к себе. При этом магичка оцарапала щеку об острые края пластин доспеха. Оралим усмехнулся. На этом можно и закончить. Но почему бы не развлечься? Эта шлюха не станет сопротивляться. Она прошла не меньше мужчин, чем у него было девок за всю жизнь. Ее не сравнить с недотрогой Ло’Ар…

Стоило ее вспомнить, как Оралим ощутил прилив без всяких усилий девки перед ним на коленях. Он вынудил ее открыть рот и попользовал грубо, несколько раз оцарапав доспехом нежное ухоженное личико. А затем отшвырнул, опрокидывая навзничь. Аккуратно застегнулся, стараясь не смахнуть капли крови.

А девка быстро вскочила на ноги. Испуганно посмотрела Оралиму ниже пояса. Туда, где только что было ее лицо… а сейчас алели капли крови. Она метнулась к нему, вытаскивая из выреза носовой платок.

- Тарро, я испачкала вас… позвольте…

Он отшвырнул ее еще раз, с такой силой, что она чуть не разбила голову. И вошел в грот Пращура. С поклоном размазал кровь магички по кристаллам статуи, обратил молитву.

- Пращур, запомни кровь. Показывай ее всегда, охрани от вреда Роду.

Статуя неярко полыхнула, показывая, что просьба услышана. Оралим еще раз поклонился, пятясь, сошел с пьедестала, и вернулся в альков. Магичка нацелилась на выход, но альк загораживал проход, не получив от хозяина дозволения выпустить ее.

- Тарро, я… - начала она, но Оралим грубо оборвал ее, опускаясь обратно в кресло.

- Заткнись и открывай рот, лишь когда я тебе приказываю. Что у тебя выпытывал северянин?

- Он выспрашивал о тарини, тарро…

Оралим заставил девку пересказать свой разговор с пришлым магиком во всех подробностях, что тот хотел знать о его дочери. Выжав ее досуха, наконец разрешил альку увести. А сам гневно сжал кулаки.

Почему эти мерзавцы один за другим посягают на его дочь?! Приблуда Тейвин успел передать ее тайну своим собратьям? Или Лурий пришел сам в поисках товарища, и теперь просто заинтересовался внезапной наследницей Делари? Тогда почему он скрывается? Не заявляет прямо, что хочет узнать о смерти собрата? Что за игру ведут эти клятые магики?! И что будет, когда дочь окажется в их логове?