Глава 15 · Итоги встречи

Изолятор Особого отдела представлял собой небольшую комнату с минимумом удобств, призванную держать подальше от мира любого, кто мог стать жертвой неизвестного магического воздействия. Во избежание, так сказать. Существовали и программы-закладки, делавшие обывателей убийцами, и магические эпидемии, и вольные и невольные шпионы, и люди, ставшие чьими-то навигационными маяками…

К огромному сожалению Павла, ребята, шедшие на захват Семенова и англичанки в «Листе», вернулись с пустыми руками. Штурмовики действовали быстро, но все равно все интересные особистам участники встречи успели удрать, прихватив с собой неинтересных и походя почистив память официантам и бармену. Последнее можно было назвать весьма гуманным, могли бы и в могилу отправить. Бывали прецеденты.

Впрочем, после бегства Инги выводы не сделал бы только дурак, а народоволец с британкой дураками не являлись, иначе давно бы попались. В числе контактных, разумеется, отрабатывали и все возможные варианты воздействий на Ингу с Кюн, через них – на Надю и Демыча. Эмпат осталась последней, остальных Павел уже осмотрел и, к своей радости, ничего не нашел. Теперь Демыч и Кюн получили новое задание, а Надя вроде как собиралась навести справки о жене этого Антона Сергеевича Михалкова. Все при деле.

Инга же, чей контакт с магом казался наиболее вероятным, осталась последней и сейчас смотрела на вошедшего в изолятор Павла со страхом и подозрением разом. Ее можно было понять: вчера узнала, что ее отец – Глашатай, сегодня встретила одного из его старых товарищей.

– Встань в круг. – Павел указал на проявитель, специально созданный для углубленного сканирования. – П-процедура б-безболезненная и не слишком д-долгая.

Эмпат бросила на него короткий взгляд и кивнула, без лишних вопросов становясь на выбитую в полу вязь магических знаков.

«Интересно, Даша тоже бы просто сделала, что сказано, или спорила бы? Она ведь со всеми спорила, едва научившись говорить…» Павел прогнал неуместную ассоциацию и принялся вливать энергию, активируя проявитель. Особого напряжения это не требовало, и маг заметил вслух:

– Любые необычные ощущения или мысли, связанные с твоим недолгим п-пребыванием в «Листе», могут п-помочь и сократить время п-процедуры.

Семенов не слишком сильный маг, но все же он достаточно опытен, чтобы не махать руками на деловой встрече. Едва ли Инга что-то почувствовала и вряд ли что-то видела или слышала. Хотя она прикусила губу, неуверенно смотря на медленно наливающиеся ровным светом символы у себя под ногами. Может, все-таки что-то уловила… Существовало предположение, что грубые магические воздействия, не видимые глазом и немагами обычно не ощутимые, улавливались магиками с сильным Истоком и хорошей индивидуальной чувствительностью к миру за Завесой. Но пока оно полностью не подтвердилось, да и измерить такую чувствительность не представлялось возможным.

– Скрывать ничего не нужно, воздействие или я смогу снять, или Андрей уничтожит. Второе – б-болезненно, и есть п-протокол, п-по которому нужно п-провести сканирование, а не п-просто собрать вас вчетвером в одном п-помещении и п-попросить Лопухова все очистить.

Пятый круг при проверке выдал отклонение. Чутье Павла не подвело – магический контакт был.

Девушка опасливо покосилась на руну, светившуюся ярче других, и сказала:

– Мне казалось, ну… Словно что-то появилось в голове. И оно хотело, чтобы я осталась. А потом вошли новые посетители – и все прошло.

Неплохое описание слабого ментального внушения. Слабого не из-за малого объема вложенной энергии, а из-за отсутствия вербального компонента.

Павел прикрыл глаза, сосредоточиваясь на отклике проявителя, и повел сканирование глубже, ища другие возможные вмешательства в тело и разум. Он долго вглядывался в приходящие образы и свечение символов ритуального рисунка, но так ничего подозрительного и не нашел. Быстро прогнал все еще раз, вновь ничего не нашел и принялся сворачивать воздействие, медленно деактивируя руны одну за другой. Вслух он заметил:

– Насколько я могу судить – Семенову не п-понравилось твое п-поспешное б-бегство. Д-думаю, он хотел заставить тебя п-присутствовать на встрече, а п-после или он, или Михалков вызвал б-бы тебя «на разговор». Сложные и глубокие воздействия требуют определенных условий или, – Павел указал на угасающий круг, – маготехнических инструментов, причем д-дорогих. Все, п-пойдем. Накормлю обедом и п-приставлю к делу. Если не б-боишься читать п-про трупы, конечно.

– Не боюсь, – коротко отозвалась Инга. Помедлила, выходя из «изолятора», кинула взгляд по сторонам, но все же уточнила: – Как вы считаете, это может быть связано со… снимком?

Павел над этим думал и ни к какому точному выводу не пришел.

– Идем в лабораторию, сдашь материал для анализа. Стоит внести определенность в родственные связи. Это конфиденциально. А что касается твоего вопроса: я не уверен, что Семенов что-то знал или п-понял о тебе. Но я не могу точно сказать, п-почему он тобой заинтересовался. Ответить на это может только сам Семенов, а он ушел. Ядра он во всех п-подробностях видеть не мог, д-да и д-для сравнения нужна наша б-база, к которой, как ты п-понимаешь, не д-допускаются б-беглые революционеры. Но если он, Михалков или твой д-друг с тобой свяжутся, сообщи об этом.

Инга выглядела расстроенной.

– Они ушли, так? И мы не узнали, ради чего они встречались.

– П-плевать. Там не стоило оставаться. С б-британки станется распылить на молекулы всех случайных свидетелей, д-да и народоволец – не самый лучший сосед п-по столику в ресторане. П-понятия не имею, как Киним и ее человек связаны с не самым б-богатым п-предпринимателем Михалковым, но мы это выясним, не рискуя ни твоей, ни Щен жизнями.

Инга насупилась:

– А Толик…

– Твой д-друг сам выбрал эту работу. Ладно, идем сдаваться химикам, п-потом в кафетерий – и п-присоединишься к анализу п-переданных Надей д-дел.

Павел быстрым шагом направился к находившейся в подвале лаборатории, пока кое-что задолжавшая ему Лиславская, согласившаяся взять образцы и провести анализ ДНК, не отправилась на обед. Благо процедура не сложная и много времени не заняла, как и покупка горячего шоколада с булочкой.

Маг с чистой совестью поручил Ингу жаждущей выяснить подробности всего и вся Кюн и отправился искать Андрея, который собирался пообщаться с группой штурмовиков и узнать, осталось ли в кафе что-то интересное или нет.

В кабинете негатора, как всегда безукоризненно чистом, обнаружились сам Лопухов, глубоко погрузившийся в какой-то документ, и Надя со своим ноутбуком. Конечно, пропуск визитера, личное знакомство и все прочее давало немало преимуществ, но все же Павел как-то не ожидал встретить здесь свою жену.

– Д-дорогая, – не без иронии начал он, – а тебе не кажется, что д-дома могут б-быть д-дела?

– Мне кажется, что у меня может быть отдых, который, между прочим, разрушила до основания именно ваша гениальная идея взять меня шофером к Умнику.

– У Демыча есть имя, – откликнулся Андрей.

– Есть, но менее умным это его не делает. Замечу, что от меня не было никакого толка, так что в следующий раз я просто одолжу машину. Особенно если ты, Паша, научишь свою кровь не бежать сломя голову неизвестно куда при первых признаках угрозы.

– П-пусть лучше побежит, чем п-прождет у моря п-погоды и останется б-без головы. И д-давай тише, – поморщился Павел, – жучков здесь нет, но и орать не стоит.

– А ты намерен вечность делать вид, что ничего не происходит?

Маг возвел глаза к потолку. Надя не могла иметь детей, чего не скрывала. Павлу хватило одного фиаско в прошлом – отцом он оказался отвратным, предпочитал дочери работу, работу и еще раз работу, и мать Даши вполне справедливо решила, что лучше никакого папы, чем плохой. Так что Павел считал вопрос детей закрытым навсегда. Но что-то подсказывало, что нынешний шанс обрести родственницу, которую и повоспитывать можно, и по магазинам сводить, Надя упускать не намерена. И это пугало больше, чем перспектива встречаться лицом к лицу с бриттами и их клятой шпионской сетью.

Хозяин кабинета напомнил о себе ненавязчивым покашливанием, и Павел смутился. Надежда одарила мага весьма многозначительным взглядом и повернула к нему ноутбук:

– Это мне хороший знакомый из ГИСА прислал.

Павел окинул жену взглядом, в котором любопытство соседствовало с удивлением. Он знал, что Надя, проработав в полиции не меньше лет, чем он сам в Особом, обзавелась полезными контактами, кратно преумножив доставшиеся «по наследству» от отца и деда. Но все же Павел не представлял, что эти контакты были столь высокого полета.

Главный императорский семейный архив включал не только все данные о рождениях и смертях, но и – что куда ценнее – сведения обо всех известных магиках и магах. К тому же сотрудники некоторых из его отделов отвечали в том числе за каталогизацию предприятий, как существовавших в прошлом и уже закрывшихся, так и действующих сейчас. Это интересовало юристов, занимавшихся бракоразводными делами, налоговиков и тех немногих историков, которые пытались восстановить прошлое того или иного рода. К последним часто обращались «новые аристократы» – обычные предприниматели, основавшие доходный бизнес и рассчитывавшие на выгодные браки детей и место в самом высоком обществе или поблизости него. Некоторые из таких хорошо платили за шанс обнаружить себя дальним потомком каких-нибудь Морозовых или хотя бы Сединых. Само собой, настоящие аристократы ко всем таким новообретенным родственникам относились весьма прохладно, что не мешало «историкам» продолжать весьма и весьма удачно продавать свои услуги.

Павел считал, что упоминания о старых и новых фирмах больше всего интересовали Тайный сыск, но эта часть архива не раз и не два выручала и особистов. Возможно, выручит и теперь.

Маг прочел выписку, сделанную без всякого оформления, один раз, а потом снова, медленнее.

– И что нам это д-дает? – Он не слишком понимал, почему Надя выглядела такой довольной.

– Не знаю… Может быть, вам интересно, что отец жены вашего странного предпринимателя, якшающегося с бриттами, сел за махинации при строительстве? В том числе за использование не соответствующей нормам арматуры. А любовница Савонтяна, этого самого папаши-мошенника, открыла предприятие, тоже занимающееся строительством. Записано оно на ее мужа, но шила в мешке не утаишь. По нашим данным, Савонтян никого не посвящал в свои делишки, но вот Инга в этом усомнилась. Остальное сами додумывайте. Ладно, это все, что я хотела сказать. Как девочка?

– Ничего опасного. – Павел пожал плечами, чуть удивленный вопросом. – П-пьет горячий шоколад и работает вместе с молодежью.

– Вот и отлично! Ладно, счастливо оставаться, джентльмены. Я намерена остаток дня заниматься тем, чем положено в выходной, – отдыхать. Всем удачи!

Надежда подхватила ноутбук, помахала негатору и, поцеловав Павла в щеку под недовольное шипение мага, не любившего нежности при посторонних, отправилась восвояси.

– Я обычно против участия полиции, – проворчал Андрей, – но Надежда – исключение.

– П-потому что она п-помогает нам не в рабочее время, – усмехнулся Павел, – и ворчит из-за этого обычно только на меня. Ты что-то еще накопал, п-пока я выяснял, насколько п-плохо закончилась наша п-паршивая идея оставить младших б-без п-присмотра?

– Накопал. И идея не была паршивой, иначе я бы ее не одобрил.

Павел усмехнулся:

– Может, и не б-была, но, когда д-два магика оказались в одном п-помещении с б-беглым народовольцем и шпионкой, – стала. Ненужный риск. Еще и все разбежались.

– Разбежались. И подтерли вообще все, вплоть до записей камер в радиусе трехсот метров, гады. Зато международники прислали данные по похитительнице Демидовой. Гульяз Афсун, бывшая сотрудница посольства Шаханшахского Ирана, уволена после очередного взаимного сокращения дипломатического корпуса. Ничем серьезным не занималась, работала кем-то вроде горничной. Многие недоумевали, зачем ее вообще взяли в дипмиссию – русский она знала, но не имела никакого образования или каких-то особых талантов. Сыскари ее на въезде проверяли как могли, но ничего не нашли.

– П-протекция. Или д-деньги. Она – магик, самозахватчик… П-полезный кадр.

– Не слишком. Когда наши попросили на выход московское отделение посольства Ирана после очередных высказываний их нынешнего лидера, ей никто не предлагал остаться. Но и на родину Гульяз не стремилась, понимала, что там быстро останется без головы.

Павел запустил руку в волосы, глубоко задумавшись.

– Она пыталась найти работу, – продолжил Андрей, – официально. Но в итоге или ее просили на выход, или компании разорялись. И наша Гульяз решила зарабатывать на жизнь в компании преступников, связанных с бриттами. Хотя, возможно, Киним просто ловит рыбу в мутной воде наших внутренних сложностей. Но обычно там, где есть хоть кто-то из британских агентов, появляются и британские деньги, и британский умысел.

– Д-доказательств нет.

– Увы. И кто бы все ни организовал, нам надо найти его до начала Сибирского форума, иначе все закончится крайне погано.

Павел оперся руками на стол, сверля взглядом негатора.

– Ты нашел п-прямую связь нашего д-дела и форума, так?

– Сивонтян и его махинации – наша прямая связь. Предприятие бывшей любовницы этого мошенника наверняка использовало какие-то из его схем. Оно быстро пошло в гору, но в итоге так же быстро прогорело – сразу на трех объектах нашли нарушения, и по сумме недочетов зашла речь о сносе зданий. Под суд никто не пошел, выкрутились, но по репутации компании это ударило. И нам очень повезло, что это дело всплыло. Видишь ли, друг мой: предполагаемая фирма – наследник мошеннических технологий Сивонтяна являлась подрядчиком при строительстве «Града», где будет проходить форум.

Павел шумно выдохнул:

– Только не говори, что они нарушали п-положения о п-процентном содержании анжа в арматуре.

– В том числе.

– Отлично… П-просто отлично!

Эту норму игнорировали довольно часто, ведь на прочности здания это не отражалось. Единственная задача дорогого в производстве анжа, алхимического негаторного железа, – не дать разнести стену при «узком ударе». Еще до Великой Магической стало ясно, что маги способны концентрированно направлять энергию в нужную точку. Условно – проще прорвать лист бумаги, давя на него карандашом, а не ладонью. Один маг мог разрушить таким образом разве что деревенский сарай, но большой выплеск энергии, направленной с помощью векторов в одну точку, мог уничтожить даже массивное строение куда вернее, чем обычная взрывчатка. Павел как-то видел последствия такого вот удара – стена толщиной с руку взрослого человека, разрезанная на две части.

Во время Февраля, да и после, так пытались разрушать многие форпосты и просто важные здания. Во время второй Германской нашли дорогое, но действенное средство, способное если не сохранить здание невредимым, то хотя бы позволить ему простоять достаточно долго для эвакуации всех внутри, а то и до начала ремонта. И разумеется, на анже, примесях в бетоне и остальной противомагической защите экономили все кто мог. Все равно ведь в повседневности не пригодится…

Но экономить на этом при строительстве «Града», одного из крупнейших офисных комплексов Москвы, было немыслимо.

– П-перваки в курсе?

Определенно, Павел не завидовал коллегам, обеспечивающим магическую безопасность форума.

– В курсе. Облазили там все сверху донизу, пока чисто. Но призмы небольшие, если все в накопители перегнали, то можно хоть в чемодане пронести.

– А мы еще маготехников не д-дожали на п-предмет того, кому п-продали п-призмы и очки. – Маг опустил подбородок на сплетенные пальцы. – Вытянутой из Инги энергии не хватит, чтобы устроить что-то масштабное. Но у нас есть еще п-пропавшие, и если их энергию перегнали в п-призмы… То нужно шевелиться. У нас п-пока никаких вменяемых улик. Все косвенное, не с чем работать!

– Не кипятись. Демыч за сегодняшний день вытащит нужные дела из отобранных полицейскими. Сделает с девушками карту, совместит с маршрутами такси и тем местом, откуда выходил в сеть интернет-друг Владлены – и найдем нашего третьего Ловчего. Михалкова караулят и дома, и по остальным адресам, ищут по камерам всех сбежавших… Что-то из этого да даст плоды.

Павел тяжело вздохнул. Не любил он этот успокаивающий тон, не любил. Но Андрей был прав – нужно вытягивать нити постепенно. Суета и сожаления никогда не приводили ни к чему хорошему.

– Ладно, я займусь п-просмотром воспоминаний. Может б-быть, Инга видела номер машины. По ее словам, Михалков намекал на б-будущий п-передел рынка. Угробить столько народу разом – и б-будет п-передел чего угодно! И если экранку хорошую взять и все тихо сделать, то «Град» развалится, а следов от воздействия не останется. Никаких. И п-пока не с чем идти на п-поклон к начальству и требовать отмены форума. Д-да д-даже команду аналитиков не на что п-подключать. Твою же!..

– Ничего не развалится. Смотри на все позитивнее: мы бы и не нашли ничего, не поймай ты Ингу.

– Не п-поймай я Ингу – мы б-бы оба сейчас отдыхали в Горячем Ключе у термальных источников и форум не б-был б-бы нашей п-проблемой.

Андрей усмехнулся, признавая правоту коллеги:

– Все так. Но у нас еще есть время всех найти и уехать на источники. – В голосе негатора слышалась стальная уверенность.

Павел позволил себе невеселую улыбку. Количество этого времени стремительно уменьшалось.