Глава 11

После долгих препирательств Королеву всё же пришлось сдаться. И вот он, чертыхаясь и матеря про себя Баринова и всю его родню до седьмого колена, после недолгих сборов брел к гаражу, чтобы отправиться к отделению полиции. Алена, нацепив полушубок и огромные не по размеру кроссовки Матвея, в которых была похожа на клоуна, вышла во двор проводить своего героя. Мужчина не возражал.

Чтобы немного выпустить пар, Матвей подхватил снеговую лопату и принялся расчищаться снег на дорожке по направлению к гаражу — внушительному строению, разместившемуся в дальнем углу большого двора. Девушка, понимая, какой обузой стала для постороннего мужчины, семенила позади и предусмотрительно помалкивала. Оставшись без поддержки Ильи, она теперь была сама кротость и признательность, опасаясь, что мужчина, сердитый словно медведь, разбуженный посреди зимы, отправит её одну за своими чемоданами.

— А что это за заигрывания были там, на кухне? — вдруг вскинулся Матвей, разворачиваясь и сердито зыркая на девушку. Заметив её несобранный вид, мужчина бросил лопату и, встряхнув полы девичьего полушубка вместе с его владелицей так, что она едва не клацнула зубами, принялся застегивать одежду до самого подбородка. В конце, помедлив мгновение, он натянул на непокрытую голову девушки объемный капюшон. Почти до самого кончика носа. Не хватало только, чтобы эта дуреха заболела.

— К-какие ещё заигрывания? — испуганно проговорила она, почти заикаясь, робко выглядывая из своего укрытия как куклуксклановец на задании.

— «Матвей так много для меня значит», — пропищал мужчина, пытаясь подражать голосу Алены, — «мой герой, мой ангел-хранитель». Наглаживала меня, смотрела глазами Бэмби!

— Ты перевираешь мои слова! Я сказала, что ты для меня не просто знакомый, а человек, который спас! Где ты здесь увидел заигрывания? — рассердилась немного смущенная девушка. — Надеюсь, то, что я обращаюсь к тебе по имени, ты не расценил как признание в любви? А то может мы уже на пути в ЗАГС? — ехидно добавила она.

— А что такое? — с напускной беззаботностью парировал мужчина. — Неужели тебе так не понравилась моя борода? Наверное, Никита — «везде побрито» не мог похвастаться такой растительностью? Борода, чтоб ты знала, показатель уровня тестостерона в организме мужчины!

— Ты прав, Никита никогда не создавал кормушку для птиц на своем лице! Но не волнуйся, ещё немного и тебя пригласят в Голливуд — будешь дублером Дамблдора! Ради этого стоит потерпеть!

Матвей буркнул что-то неразборчивое и, игнорируя лопату, снег и свою провожатую, пулей домчался до гаража, а затем скрылся в помещении.

«Уж лучше пойти в отделение, да даже в серпентарии лучше, чем сидеть с этой языкастой стервой! Борода ей не понравилась, видите ли! Да представляла ли эта женщина, сколько времени он тратит на уход за ней?» — думал он гневно.

Через несколько минут черный пикап выехал из гаража и скрылся за углом, а Алена, подобрав лопату и пристроив ту у стены дома, зашла внутрь.

В прихожей девушку уже ждал чуть встревоженный Илья, который старательно маскировал своё волнение за робкой улыбкой. Своими ясными голубыми глазами из-под лохматых бровей и непослушными вихрами на макушке мальчик очень напоминал Матвея.

— Я боялся, что ты не вернешься, — проговорил паренек и подкатил коляску чуть ближе.

— Не далеко б я ушла в таком виде, — улыбнулась в ответ Алена, кивая на огромную обувь, позаимствованную у хозяина. Подтверждая свои слова девушка, сделала пару комичных шагов вперед. Тут же послышался заливистый смех мальчишки. Беззаботный и радостный.

— Не очень-то вежливо, — проворчала шутница с наигранной строгостью, а затем резко подскочила и взъерошила густую шевелюру Ильи. Раздались очередные смешки и фырканье, и девушка едва сдержалась, чтобы не затискать в своих объятиях мальчугана.

— Чем займемся, пока ждем папу? — спросил ребенок через мгновение.

Гостья заправила за уши пряди выбившихся волос и огляделась по сторонам в растерянности.

— Ну… — неуверенно протянула она, не зная, что именно может предложить.

Алена никогда не имела дел с детьми, лишь мечтала о них, представляя себя в роли будущей матери, поэтому сейчас чувствовала нарастающее волнение, щекочущее изнутри. Некстати вспомнилась реакция Матвея на её первую встречу с его сыном. Лишь бы не напортачить. Не сказать, не сделать лишнего. Она ведь многого не знает.

— Хочешь я покажу тебе наш дом? — предложил мальчик, который в душе лелеял мысль о том, что убранство их жилища станет ещё одним плюсиком в длинном списке достоинств отца. И хоть, по его мнению, со своей бородой мужчина явно проигрывал в вопросе внешности — кому захочется целоваться с обувной щеткой, но зато характер у него был замечательный! Лучше и добрее человека он не знал!

— Мне кажется это отличная идея! — согласилась гостья, с радостью встречая предложение мальчика. — Веди! — сказала она и осеклась, пряча смущение за натянутой улыбкой. Но Илья не заметил оговорки.

Они медленно двинулись вперед, и ребенок с гордостью, на правах хозяина дома стал рассказывать обо всем, что они видели вокруг.

В первые мгновения, стоило только процессии из небольшого коридора зайти в широкую прихожую, как Алена поймала себя на мысли, что едва справляется с желанием броситься на помощь парнишке — подтолкнуть коляску, сделать хоть что-нибудь, чтобы облегчить ему его положение. Суетливые руки так и тянулись ухватиться за ручки кресла, а натянутая улыбка, казалось, с головой выдавала её внутреннее напряжение. Но видя, что Илья и сам со всем справляется, девушка усилием воли подавила ненужный порыв. Она постаралась чуть абстрагироваться и внимательнее прислушалась к болтовне своего провожатого.

Со слов Ильи Алена узнала о том, что дом построен по собственному проекту Матвея, который по первому образованию был строителем. Дизайн разработал какой-то модный специалист из столицы, но мужчина учел все пожелания сына.

— Мы переехали сюда из Москвы, как только дом был готов. Это было уже после аварии, — болтал мальчик. — Это я выбирал здесь цвет деревянных панелей. Правда, похоже на шоколад?

Алена лишь кивнула с улыбкой, подмечая и широкие дверные проемы, и отсутствие порогов, и непарное количество кресел или стульев в комнатах, и низкие, но широкие открытые полки вместо шкафов, предметы, расставленные в легкой доступности для Ильи. Сразу обрела смысл и одноэтажная конструкция дома, пандус на крыльце. Матвей сделал всё, чтобы жизнь сына была комфортной.

— Папа сказал, что в этих краях когда-то жили наши предки — бабушка с дедушкой, — пояснил мальчик. — От них осталась земля, а потом папа организовал здесь свой бизнес. Он говорит, что хороший руководитель должен всё контролировать, но не вмешиваться туда, где итак всё налажено и приносит результат, — подражая отцовскому тону, поведал ребенок.

Он поднял глаза на задумчивую Алену, как бы ожидая от неё непременного согласия с этим мудрым изречением, и девушка снова кивнула, напуская на себя серьезный вид.

Ей нравилось, что она видела вокруг. На одной из стен в уютной светлой столовой, которую, как пояснил Илья, они использовали только по особым случаям, девушка увидела большое панно с семейными фотографиями: на каждой из них мальчуган улыбался в объектив фотографа, светясь от счастья словно новогодняя елка.

Снимки были как живые, легко перенося зрителя к отцу и сыну, которые позировали на живописной набережной на фоне белоснежных парусных яхт. И в какой-то миг Алене показалось, что она ощущает в своих волосах соленый морской бриз. Она даже прикрыла глаза, будто жмурясь от солнца, а когда открыла их снова, с картинки на неё смотрел Матвей: гораздо моложе и беззаботнее, чем он был сейчас, словно морю было подвластно смыть горечь потерь и опыт прожитых лет мужчины. Её сердце вновь наполнилось состраданием и щемящей грустью.

Девушка поднесла руку к стеклу и аккуратно провела пальцем по линии улыбающихся губ, по густым чуть вьющимся волосам, представляя, какими бы они оказались наощупь, а затем резко опустила ладонь и воровато оглянулась на Илью, который, подхватив футбольный мяч с чьим-то автографом, что лежал на специальной подставке, ловко подкидывал его вверх и продолжал болтать.

— Конечно, я скучаю, когда он уезжает в командировки, но что поделать… Я ведь уже взрослый, в этого году исполнилось десять, так что со мной не обязательно сидеть целый день. А работа сама себя не сделает, — вздохнув, изрек он очередную мудрость, а затем с мячом на коленях выехал из столовой в коридор. Алена покорно последовала за ним.

— Кстати, этот мяч для меня подписал Лионель Месси! Мы с папой были на игре сборной Аргентины в Казани, вот было здорово! А ты любишь футбол? Мы с папой болеем за Барселону, — в этот момент мальчик распахнул очередную дверь и прокомментировал. — Папин кабинет.

Девушка поразилась царящему там порядку: на дубовом столе не было ни одной лишней бумаги или забытой чашки чая, а воздух словно ещё хранил отпечаток ауры хозяина кабинета. Алене вдруг захотелось войти и повнимательнее рассмотреть каждый предмет, дотронуться до рельефной фактуры дерева, рассмотреть корешки книг на полках, присесть в кожаное кресло, манящее свой эргономичной, обещавшей расслабление и комфортный отдых формой.

— Работа сама себя не сделает, но и чай сам себя не попьет, — решила пошутить она, чтобы поскорее отвлечься от странных мыслей, но как оказалось не к месту.

Поймав недоверчивый взгляд ребенка, который смотрел на неё так, словно прикидывал уровень умственных способностей, гостья поспешила сгладить неловкость:

— Да, работа, проблемы, я понимаю…

— Папа говорит, что на самом деле проблем не существует, бывают только ситуации, и из любой ситуации всегда можно найти выход, — цитировал отца Илья. Он точным ударом бросил мяч в мусорное ведро для бумаги, и широко улыбнулся, довольный метким попаданием.

— Ясно, — кивнула Алена. — И в такие дни ты остаешься совсем один? — уточнила она, стараясь не позволять голосу звучать чрезмерно озабоченно.

— Нет, — мальчик улыбнулся тому, что гостья опять, по его мнению, сморозила откровенную глупость. — Со мной остается Вера Сергеевна, она наша помощница, следит за порядком в доме. Папа говорит, что иногда мужчине никак не справиться без посторонней помощи. Иногда даже нужно прибегнуть к помощи женщины, — признался Илья, немного поморщившись. — Хотя женщин папа не очень-то жалует. Только вот тебя, Веру Сергеевну и Ларису Константиновну. Лариса Константиновна — папин бухгалтер. Папа говорит, что найти бухгалтера — мужчину ещё сложнее, чем найти домработницу в Бельдяжках, — хихикнул парнишка. — Но ты из них самая красивая, — тут же добавил он, чтобы подчеркнуть особое положение девушки в этом списке. — Может даже будешь чем-то полезной, — рассуждал он вслух дальше, не замечая помрачневшего взгляда Алены.

— Понятно, — лишь сказала она, после слов мальчика убедившись, что Матвей — настоящий женоненавистник.

— А здесь мы с отцом занимаемся спортом, — в голосе мальчика зазвучали горделивые нотки.

Ребенок толкнул дверь и пересек порог внушительной по размеру комнаты, уставленной разными тренажерами. Это было похоже на обычный спортзал, вот только находящиеся здесь станки были малознакомы девушке.

— Это тренажер Экзарта, на нем я занимаюсь по два часа в день три дня в неделю под руководством папы, — продолжил свой рассказ Илья, — вот это…

И тут Алена поняла, что о своей проблеме мальчик говорит абсолютно спокойно, без затаенной обиды или злости на мир. Ребенок по-детски мудро воспринимает её как данность, не замалчивает, не делает вид, что всё в порядке… Она осознала, что тоже должна вести себя естественно и открыто, не подменяя помощь и сострадание унизительной жалостью, не делать вид, что проблемы не существует — ведь дети лучше других распознают фальшь и неискренность, но и не заламывать трагично руки, подчеркивая всё серьезность и сложность положения, в котором находится мальчик.

— Там дальше бассейн, мы занимаемся и аквареабилитацией, — кивнул Илья на боковую дверь. — Четыре раза в год мы ездим в Москву, в специальную клинику, где мной занимаются специалисты… Папа говорит, что в наше время много технологий, с помощью которых я могу попробовать встать на ноги. Мы мечтаем о экзоскелете, — добавил мальчик с восторгом в голосе, — я буду похож на настоящего Железного человека! Но отец говорит, что для этого я должен быть в хорошей форме.

— Понятно, — протянула Алена, озираясь по сторонам.

Из-за близости бассейна воздух в комнате был более влажным, и девушка ощутила, как ткань водолазки плотнее льнет к телу. Большие окна наполняли помещение ярким светом, который почти слепил из-за снежного покрывала на улице, укрывшего всё вокруг. Обстановка была довольно аскетичной, и во всем порядок. Подойдя к одному из станков, девушка провела по нему рукой.

— Это папин, — сразу же пояснил ребенок, заметив проявленный интерес. — Он тоже тут занимается. Держит себя в форме. Как-то раз папа предложил мне посоревноваться: за каждый мой отжим на нём, — мальчик кивнул в сторону тренажера с подвешенными в воздухе широкими лентами, — он должен был пробежать пять километров. Ох, я и задал ему тогда жару! — засмеялся Илья, мысленно возвращаясь в прошлое.

— Ты молодец! Да и твой папа тоже, — с теплой улыбкой проговорила девушка, в эту минуту готовая простить Матвею и его причудливую бороду, и предубеждение в отношении женщин, да и всё на свете. В глазах сына он был настоящим героем, да что там! Почти Богом! Но важнее было то, что такое обожание было вполне заслуженным.

— Алена, а может ты мне дашь номер своего телефона? Чтобы мы не потерялись… — внезапно спросил мальчик, пытливо заглядывая в глаза собеседницы.

— Мой телефон! — вдруг воскликнула Алена. — Илья, мне же нужно позвонить родным и сообщить, что я благополучно доехала! Я ведь про них совсем забыла!