Глава 32

— Что ж он тяжёлый-то такой, — возмущалась Маша, внося всё ещё бессознательное тело Матвея в дом.

— Это потому… — отвечала запыхавшаяся Алена, уже едва волоча свои и ноги мужчины, — что характер у него золотой…

Маша только недоверчиво усмехнулась.

— Вот мне даже интересно, — проговорила она, — мы все, бабы, такие дуры, когда влюблены, или блондинки этому сильнее подвержены?

— Не ворчи, — отмахнулась подруга, ничуть не обидевшись на такое замечание.

Свет девушки не включали, чтобы не привлекать внимание Ильи, который судя по всему ещё не спал. Так и крались в потемках, переговариваясь шепотом и стараясь не шуметь. Наконец, их ноша была аккуратно размещена на кровати, и Маша выдохнула с облегчением, утирая вспотевший лоб.

— После такого мне снова нужно в баню, — проговорила она.

Алена улыбнулась и сползла на пол, опираясь спиной на спинку кровати. Сил стоять и говорить почти не осталось. Руки дрожали мелкой дрожью. Даже регулярные занятия фитнесом в прошлой жизни не подготовили её к таким нагрузкам.

— Раздеть бы его, — сказала Маша и плюхнулась рядом. — Что-то холодное к шишке приложить…

— Ага, сейчас… — ответила Алена. — Отдышусь только.

И вдруг девушка прыснула от смеха, вспомнив, как они трухнули, когда встретили по дороге Михалыча, засидевшегося в местной чебуречной, в которой из-под полы продавали самогон, и спешащего в потемках домой.

— Маш, а что Михалыч-то сказал? — спросила она. — Я из-за своего дурацкого капюшона и не расслышала ничего.

— Что сказал? — улыбнулась женщина, припоминая детали этой неожиданной встречи. — Спросил, куда это мы Матвея тащим.

— А ты? — заинтересовалась подробностями Алена, едва сдерживая расплывающуюся улыбку.

— А я ему сказала, чтоб не лез в наши ролевые игры, — ответила Маша, и подруги захохотали.

— А он? — снова уточнила девушка.

— А он сказал, что никогда не думал, что Матвей из этих… из доминантов! — едва выговорила Маша, и снова послышался взрывной девичий смех. — Вот завтра разговоров-то будет…

Через пару минут женщина, кряхтя, поднялась, застегнула пуховик и натянула на голову шапку.

— Ладно, подруга, пойду! С боевым крещением тебя, кстати!

— Маш, а может останешься? Мне что-то одной страшновато, — попросила Алена с жалостливым видом.

— Не могу, дети дома. Да ты не волнуйся, он очухается, а я, если хочешь, рано утром приду, проведаю тебя.

— Хорошо, — согласилась девушка.

Когда Маша была уже у самой двери, Алена окликнула её.

— Машка, он пришел за мной! Пришел, понимаешь? — мечтательно улыбнулась она и обняла себя руками. За всей этой суетой она только сейчас осознала это открытие.

— Понимаю, — кивнула женщина и улыбнулась в ответ.

Проводив подругу и раздевшись, девушка занялась больным. Стянула с него верхнюю одежду и обувь, приложила компресс к шишке на голове, а затем проведала Илью. Мальчик в наушниках играл в какую-то компьютерную игру и даже не слышал шума разыгравшейся в его доме спасательной операции. И это оказалось очень кстати.

Соврав мальчику, что его отец приболел и лег спать пораньше, она уложила спать и младшего Королева, а тот, радуясь тому, что Алена вернулась и не ругает его отца, безропотно ей подчинился.

Было уже почти двенадцать, когда Алена пришла в спальню к Матвею и прилегла на свободную половину кровати. Она была серьезно настроена на то, чтобы не спать всю ночь и следить за состоянием мужчины, но незаметно для себя всё же уснула.

— Алена, Алена, проснись, — Маша что есть сил теребила подругу за плечо.

— Нет, я требую своего адвоката! У меня есть алиби! — отмахнулась девушка и перевернулась на другой бок.

— Вставай, беда! — Маша не отступала, намереваясь во что бы то ни стало разбудить подругу.

— А? Что? Матвей? — тут же подхватилась Алена и стала испуганно озираться по сторонам.

В голове была каша из воспоминаний о вчерашних событиях и обрывков прерванного сна, который было не так легко сбросить с себя.

— Что случилось? Которой час?

За окном по-прежнему царили серые сумерки, словно девушка только прилегла на кровать, чтобы вздремнуть.

— Шесть часов утра. Где твой телефон? Не смогла до тебя дозвониться, хорошо, что ты хоть калитку не закрыла вчера за мной. — ответила Маша. — Как он? — кивнула она в сторону спящего Матвея.

— Всё так же, — проговорила Алена и тут же подсела ближе к мужчине, чтобы убедиться в своих словах. Вот какая из неё сиделка? Всю ночь проспала на службе!

Мария обошла кровать и для эксперимента поднесла раскрытую ладонь ко рту мужчины.

— Дышит, всё в порядке, — проговорила она через пару мгновений.

— Так ты нас проведать пришла? — уточнила Алена и широко зевнула.

Она привстала, выдергивая полы халата из-под себя, поправила его на груди и убрала с лица волосы, выбившиеся из заплетенной на ночь косы.

— Если бы! Ко мне Захар Степанович прибежал, всех переполошил, а к Матвею за тобой побоялся один идти.

— Что случилось? — встревожилась Алена и вся подобралась.

— Крыша в коровнике всё-таки не выдержала тяжести снега и рухнула, — ответила женщина.

— Коровы? — сердце девушки забилось сильнее. Жалко было животину.

— Целы остались, Захар Степанович вывести успел. Теперь бедняги, как неприкаянные там, в поле, стоят привязанные. Вот он и спрашивает, что делать-то?

— Пойдем, — проговорила Алена, и подруги вышли из спальни.

Сторож поджидал их на крыльце и ни в какую не согласился зайти не только в дом, но даже в коридор. Стыдился своей скромной одежды, пропахшей коровами. Вот Алене и пришлось стоять на ветру, в наспех наброшенном поверх халата полушубке, и в растерянности переводить взгляд с мужчины на Машу. Она даже не представляла, что ей делать.

— Одну корову я могу взять себе, — вдруг предложила подруга. — В моем сараем места на двоих точно хватит, подвину свою Зорьку.

— Я тоже могу взять себе одну, — кивнул Захар Степанович. — Своей животины я не держу, но сарай небольшой у меня есть. Соломы постелить, да кормушку сделать — дел-то не много.

— Осталось пять… — протянула Маша.

И две пары глаз с надеждой уставились на Алену, но та молчала.

— Прирезать их что ли… — дрогнувшим голосом сказал дедуля и отвел глаза в сторону, — чтоб не мучились. Всё равно к этому всё идет. Их и не купит никто, одни кости…

И тут взгляд девушки остановился на новеньком, просторном гараже Матвея в самом конце двора. Идея спасения бедных буренок сама собой пришла ей в голову, и она решительно проговорила:

— Значит, так! Захар Степанович, сможете сюда пятерых привезти? Трактор наймите, заплатите своими, если нужно! Я вам потом всё до копейки верну и даже вознаграждение выплачу за старания!

Дедушка проследил за взглядом начальницы и, заметив вместительный гараж, с радостью закивал.

— Это я могу, мигом всё организую! — и тут же направился к калитке, приговаривая сам себе. — Вот и славно! Вот и порешали!

— Ты уверена? — недоверчиво протянула Маша, уже представляя реакцию Матвея на такое своеволие.

— Уверена. Матвей мне как раз извинения задолжал, — улыбнулась Алена.

Матвей с трудом открыл глаза, ощущая странную тяжесть в голове. Последнее, что он помнил из вчерашнего, а судя по льющему из окна свету, уже наступил новый день, была Алена, утопающая в сугробе.

Он только подошел к Машиному дому, когда услышал вопль девушки, и что есть мочи припустил к ней, легко перемахнув через изгородь. Несмотря на то, что этот крик не был полон отчаяния или страха, Матвей, зная удивительную способность Алены влипать в разные истории, всё же не на шутку встревожился. Когда же увидел её, обнаженную, удивительно прекрасную, думал, что лишится дара речи, но лишился… сознания… Хотелось бы ему думать, что так на него подействовала сила её красоты, но это было явно что-то потяжелее, не столь эфемерное…

Мужчина приподнялся и огляделся по сторонам, рассматривая стены родной спальни. Он дома. Вот так сюрприз… И вдруг до него донеслось призывное коровье мычание, раздающееся со стороны двора.

— Вот так приложился головой, — усмехнулся он и потер ушибленный затылок. — Слуховые галлюцинации начались…

Он медленно поднялся, хрустнул позвонками затекшей шеи и подошел к окну, посильнее разводя в стороны портьеры. Потянулся и остолбенел от увиденной картины.

Во дворе его дома у непонятно откуда взявшейся кучи соломы мирно паслись пять коров, укатанные в странные одеяла, перевязанные бантом. Чуть в стороне стояла его тойота, а двери гаража, уже пустого, были гостеприимно открыты всем желающим. Вокруг коров суетились Алена, Маша, весь её выводок и Илья на своей «уличной» коляске на мощных колесах, купленной Матвеем специально для зимы.

Мальчишки под руководством своей матери таскали солому внутрь его гаража, Илья с благоговейным трепетом глазел на коров и даже пытался погладить некоторых, пока те флегматично жевали солому, а Алена словно постовой следила за тем, чтобы коровы не разбредались по двору. Мужчина протер глаза, закрыл их и снова открыл, но видение никуда не исчезло.

— Спокойствие, — проговорил он сам себе. — Всему есть разумное объяснение… Наверное, Маша привела своих… в гости… Опять же анималотерапия… Это, конечно, не дельфины, но всё же…

Выдохнув пару раз, мужчина побрел на улицу.

Алена заметила, как мелькнула и исчезла тень в окне спальни Матвея, и вся подобралась. Она ужасно волновалась и понимала, что в этот раз заслужила хорошую взбучку, но не знала, что ещё могла бы предпринять в такой ситуации. Взбив руками волосы, чтобы придать им объем, и поправив лифчик, она походкой от бедра направилась к входной двери.

— Матвей? — крикнула ей в спину Маша, догадавшись, куда направилась подруга, и добавила. — Ни пуха!

По привычке скрестив на удачу пальцы, Алена замерла напротив двери, и стоило той только приоткрыться, являя своего хозяина, как девушка прильнула к слегка оторопевшему Матвею, поцеловала его в губы и проговорила с чарующей улыбкой:

— Доброе утро! Как спалось? Мы старались тебя не будить, чтобы ты отдохнул как следует!

— Я заметил, — ухмыльнулся мужчина и приложил ладонь к ещё не сошедшей шишке на голове. — Чуть больше стараний, и я бы мог не проснуться. Что… — начал он, но девушка его спешно перебила.

— Не стоит винить себя за вчерашнее! Я тебя уже простила и почти всё забыла, хоть это и было не легко… Ты был так груб со мной…

— Я… — снова заговорил мужчина, с трудом игнорируя тепло и приятный аромат прильнувшего к нему девичьего тела. Мысли разбегались, но он чувствовал, что сейчас стратегически важно сохранять ясность сознания, иначе его обведут вокруг пальца.

— Ну если ты так настаиваешь на том, чтобы искупить свою вину, — перебила девушка его не стройную речь в очередной раз, — я придумала, как ты это можешь сделать!

— Неужели? — улыбнулся Матвей.

— Да, — кивнула смущенно Алена. — Приюти моих коров!

— Твоих? — наигранно удивился мужчина, внутренне уже смиряясь со своей новой ролью фермера. — Не помню, чтобы ты везла с собой что-то кроме чемоданов! Неужели они такие вместительные? — потешался он.

— Матвей… — жалобно протянула Алена.

— Ладно, рассказывай, что тут у тебя приключилось! И почему я должен расплачиваться за это своим гаражом?

— Я тебе всё возмещу! Буду отдавать всё молоко и навоз совершенно бесплатно! — обрадовала его девушка.

— Да, это будет самая выгодная сделка в моей жизни, — рассмеялся мужчина. — И как же хорошо, что ты умеешь доить коров, и возьмешь на себя управление этим большим хозяйством!