Глава 5. Зейн. Яд, обернутый в шелк

В моем кабинете воздух, как всегда, вибрировал от едва слышного гула магических серверов. Не светился, а именно гудел, как разгневанный шершень, забравшийся в самое сердце улья. Я откинулся в кресле, отороченном кожей цвета воронова крыла, и провел пальцами по вискам. Холод обсидиановой маски, прикрывающей глаза и часть лица, был единственным утешением. Он не давал мне забыть, кто я. Демон. Заключенный в клетку, которую сам и выковал.

На основном экране застыла запись работы Элары.

На втором, зашифрованном канале, транслировалось живое совещание. Моргана Фрост в своем безупречном кабинете на вершине шпиля Совета. Перед ней — мерцающие голограммы трех других членов правящего круга Умбраполиса.

Я наблюдал за обеими сценами одновременно. Это был идеальный срез моей реальности: наивная девчонка, играющая в шпионаж, и холодные архитекторы всего сущего, решающие ее судьбу.

— Кого вы наняли? — голос Морганы в совете был ровным, металлическим, без единой эмоциональной вибрации. Моргана, ведьма, словно созданная алгоритмом - ноль эмоций, заданные параметры изгибов и красоты в нужных местах. — Эта мелкая человеческая тварь…Ммм, девчонка становится опасной. Она не ломается под давлением, ее анализ точнее, чем у наших криптографов. Она видит все ходы.

Моргана холодно констатировала факт, ее взгляд был пустым, как у того, кто только что вышел из салона «Эдем» и еще не до конца вернулся в реальность.

Одна из голограмм, старик с лицом, испещренным светящимися кибернетическими шрамами, пожал узкими плечами.

— Ее рекомендации безупречны. Лучшая выпускница Академии, голодная, амбициозная. И, что главное, ей отчаянно нужны деньги. Им всегда они нужны, Моргана. Это делает их предсказуемыми и управляемыми.

— Слабое утешение, когда непредсказуемость угрожает стабильности всей системы, — парировала она. — Она уже вполовину разгадала алгоритм сокрытия энергопотоков из Лимба. Если она докопается до сути и свяжет это с «Кибер-Генезисом»…

Она не договорила, позволив угрозе повиснуть в воздухе.

Третий член совета, женщина со встроенными камерами вместо глаз, холодно констатировала:

— Уберем ее? Процедура стандартна. Несчастный случай в Лимбе. Никто даже не удивится.

Моргана медленно покачала головой. На ее губах застыла тонкая, ледяная усмешка презрения.

— Нет. Вы все мыслите шаблонно. Ваши «несчастные случаи» оставляют следы, которые такие же, как она, а ещё хуже Рэйвен, черт его дери, могут вытащить на свет. Вы хотите разжечь тот самый пожар, который должны тушить.

Она откинулась в кресле, и взгляд ее стал острым, собранным.

— Нужно делать все самой. Слабаки.

Собеседники замерли. Ее титул — член Совета, начальник отдела Кибербезопасности и Энергетического контроля — в ее устах звучал как приговор. Их голограммы нервно мигнули и исчезли. Совещание было окончено. Ее слово — закон.

Я выключил канал с Советом. Воздух в моем кабинете затрещал от напряжения. Тени взметнулись к потолку, с грохотом опрокинув хрустальную вазу. Осколки зазвенели, рассыпаясь по полированному полу.

Моргана. Не просто мстительная ведьма. Она — система. И система объявила мою маленькую шпионку врагом государства. Не из-за личной мести. Из-за угрозы разоблачения.

Мой взгляд упал на застывший кадр: Моргана в кафе, ее изящная рука лежит на запястье Элары.

— О, ты, кажется, новый криптограф у Зейна! — ее голос на записи был сладким, как сироп, и таким же липким. — Я слышала, тебя наняли в Рэйвенкрофт. Какая смелость!

Я сжал кулаки. Когти, острые и черные, едва не проткнули кожу на ладонях. Я заставил их исчезнуть. Контроль. Всегда контроль.

Но контроль не властен над памятью.

Передо мной вспыхнуло другое изображение. Та же белоснежная улыбка Морганы. Та же кофейня, пять лет назад. И Айза, сидящая рядом с ней. Моя Айза. Ее волосы цвета солнечного меда смеялись вместе с ней. Она пахла диким медом и увядающими полевыми цветами. Последним дыханием лета.

А потом я увидел ее совсем другой. Бледную, как снег. Ее глаза, потухшие и мертвые, смотрели в никуда. Техноморфоз. Система, которую защищала Моргана, пожирала мою жену изнутри. И именно Моргана, ее «подруга» и куратор проекта, подталкивала ее к краю, требуя результатов, зная о рисках.

— Зейн… пожалуйста… — Шепот Айзы был едва слышен. — Не дай мне стать Искажением. Не дай им увидеть меня монстром. Только ты…

Я исполнил ее последнюю просьбу. Мои дымящиеся черные когти коснулись ее виска. И в тот миг, когда жизнь покидала ее тело, на моей щеке появился раскаленный шрам. Не физический, а магический. Клеймо боли и милосердия, которое демоны не должны допускать.

Элара сидела за столиком у окна, сжимая в руках чашку с капучино. Она выглядела такой… маленькой. Хрупкой. Капли дождя, вечного умбраполиcского дождя, стекали по стеклу. Она что-то писала в цифровом блокноте, и уголок ее губ был поджат в знакомом жесте концентрации. Девочка, наверняка, пахла бы сейчас кофе и мокрой шерстью своего растянутого свитера. Простотой. Честностью. Я знал это.

Идиотка. Наивная, глупая идиотка, которая не видит, что на нее напустили не ревнивицу, а целую государственную машину уничтожения.

Боль вернулась, острая и жгучая, будто кто-то приложил раскаленное железо к моему лицу. Я застонал, глухо, по-звериному, и вжался в кресло. Маска на моем лице дрогнула, и на мгновение в затемненном стекле окна отразилось нечто иное: вспышка инфернального огня в глазах, проступивший на коже темный рунический узор, рога.

Я с силой выдохнул, заставив тень отступить. Снова контроль.

На записи Моргана что-то шептала Эларе. И я все понял. Это была не охота из ревности. Это был точечный удар системы по угрозе. Попытка отравить, завербовать или сломать инструмент, который мог вскрыть их гнилую изнанку.

Гнев закипел во мне, черный и едкий. Эта женщина, этот идеальный солдат системы, смела прикасаться к тому, что уже принадлежало мне. К моей шпионке. Моей игрушке. Моей... ключ к уничтожению всего этого лживого порядка.

Мысль прозвучала в голове с неожиданной ясностью. Элара была его. Его собственностью. Его орудием возмездия, которое он сам сломает, если захочет. И мысль о том, что система может отнять ее у него, коснуться своим ядовитым шепотом ее чистого, незамутненного разума, вызвала во мне не просто ярость.

Это вызвало нечто новое. Жгучее, примитивное, почти слепое желание. Встать между ними. Отбросить наглую ведьму, которая пыталась влезть ко мне в душу после смерти Айзы, и лезет сейчас. Моргана и всю ее могущественную машину убрать прочь от этой хрупкой девочки. Заслонить Элару собой. Защитить.

Я замер, ошеломленный этим порывом. Защитить? Ее? Ту, кто сам был угрозой? Это было абсурдно. Смешно.

Но почему же тогда моя рука уже потянулась к интеркому, чтобы отдать приказ немедленно доставить Элару обратно в башню? Почему в груди, вечно скованной льдом, трепетало что-то теплое и беспокойное?

Я наблюдал, как Элара вежливо, но твердо убирает свою руку из-под пальцев Морганы. Видел, как ее губы складываются в слабую, но решительную улыбку. Она что-то отвечала, и по ее позе было видно — она не купилась. Ее аналитический ум, ее дар видеть код, работал. Она искала нестыковки в идеальной картинке, которую предлагала система.

Гордость, острая и внезапная, кольнула меня. Мой маленький криптограф. Она была сильнее, чем я думал. Сильнее, чем думала о ней Моргана.

Главная ведьма клана Фрост, сохраняя ледяную улыбку, отступила. Но в ее глазах мелькнуло не злорадство. Она отметила Элару. Её холодное, профессиональное любопытством хищника, наткнувшегося на неожиданно крепкое сопротивление, сработало как выстрел. Щелк. И оценка угрозы повысилась.

Я выключил голограмму. Кабинет погрузился в тишину, нарушаемую лишь назойливым гулом серверов. Я сидел в темноте, прислушиваясь к эху боли под маской и к новому, странному чувству, теплому и тревожному, что пульсировало у меня внутри.

Элара Клер перестала быть для меня просто шпионом. Она стала яблоком раздора в войне, которой еще не началась. Войне между мной и системой.

И это было опасно. Для нас всех.