Глава 5 — Дипломатическая неприкосновенность

Сначала я хотела уже привычно воспользоваться артефактом связи, чтобы поговорить с Анаэлем. Потом засомневалась, заметив, что он танцует с женой. Вряд ли она обрадуется, услышав мой голос. Так что не стала нервировать ее темную величеству и призвала своего демона по цепочке из парней.

Даже интересно, что плохого я его жене сделала и когда успела?

Зато у Натана Мирелла милая и славная, тихая такая, несмотря на родство с Роджером. А может, именно благодаря этому — если там все мужчины такие же, как он, то понятно, что все женщины предпочитают помалкивать. Так же, как и в семье Чезанно.

Правда, вспомнив Каджисо, я не удержалась от злорадной ухмылки: вот уж кто отомстит за тишь и благодать в женском болоте семейства Гальярди. Отольются Роджеру слезки гендерного неравноправия.

Жаль, но на Лану в этом плане рассчитывать не приходится. Она хоть и попаданка, только как-то слишком быстро адаптировалась и превратилась практически в местную — зашуганно-послушную, преданно ловящую взгляд мужа и кидающуюся тут же выполнять его приказы. Поэтому как я ни старалась, а к Чезанно относилась немного предвзято. Тиран и деспот, итить…

Вот у Фонзи мама хоть и здешняя, но боевая, он сам признавался. И у Адама тоже кухонное равноправие — когда на людях глава семьи отец, а дома часто все бывает так, как мать скажет.

— Что, саламандрочка, уже соскучилась? — Анаэль подобрался ко мне тоже не сразу, сначала покружил по залу жену кого-то из руководства Сената, а уже потом с загадочно-беспечным видом материализовался за моей спиной.

Одна его рука совсем ненавязчиво оказалась на моей талии, но исключительно для того, чтобы резко меня развернуть. И мы оказались лицом к лицу.

— Безумно, — усмехнулась я, глядя ему в глаза. И нахмурилась, выбирая, с чего начать. Потом решила, что про тюленей демону будет не интересно, так что выдам сразу самое главное.

— Я тут познакомилась с послом Гурдгладэ, и он очень хочет с вами встретиться, чтобы обсудить смену страны-экспортера нефти.

И так немаленькие глаза Анаэля еще больше увеличились, демон смешно фыркнул, потом покашлял, как будто у него в горле запершило, затем посмотрел на меня с уважением:

— Столько умных слов на тебя одну! Я в восхищении!..

— Сейчас пну больно, — пообещала я с самым суровым видом.

— Главное, не тряси, — ухмыльнулся темное величество, старательно демонстрируя тщательно скрываемый ужас. А потом вроде бы абсолютно серьезно поинтересовался: — Шило не чешется?

Вот ведь… Нагло же нарывается на пендель, пользуясь тем, что коронованная особа!

— Не строй мне зверские глазки, а то я тоже на тебя могу зыркнуть, ты же знаешь.

— Чешется, — буркнула я недовольно. — Иначе бы не кинулась к тебе сразу после разговора с этим послом.

— Не путай, это я к тебе кинулся, бросив жену на произвол Натаниэля. Пойду отбивать ее обратно, заодно обсужу с ним… смену страны-экспортера… — Анаэль снова расфырчался, едва сдерживая смех.

— И ничего смешного, — практически всерьез обиделась я. — Знала бы, что будешь издеваться, начала бы с тюленей!

Тут Анаэль не выдержал и рассмеялся. И только где-то спустя доли две, успокоившись, поинтересовался:

— А какое отношение тюлени имеют к нефти?

— Прямое! — Я все еще обижалась, так что ответила резче, чем хотела. — Они проходят как взятка за устройство личной аудиенции.

— То есть ты продалась за тюленя? — Демон снова засмеялся, но, едва я попыталась его пнуть, вытянул руку и крутанул меня вокруг себя, причем несколько раз. Затем поймал, само собой крепко прижав, и прошептал: — Не шали! Это только мне можно!

…А потом вернул моим застывшим с недовольными лицами мужьям.

***

Анаэль не очень доверял Сенату, в сущности сделавшему выбор жены за него, хотя уже привык ориентироваться на внутренний сканер добропорядочных помыслов Натана, этот выбор одобрившего. Однако помыслы — это душа, а политико-экономические игры — забава для ума, причем совершенно точно не для женского.

Так что оба их величества, оставив Миреллу с Роджером, а Россану поручив немного ошалевшему от такой ответственности Фонзи, уединились в одной из небольших комнаток, прятавшихся в стенах зала.

— Давай, советуйся с Паулем и выясняй, что здесь за ситуация на нефтяном рынке. — Анаэль возвел над ними блок, не просто мешающий всем остальным услышать беседующих, но не дающий их даже увидеть.

Натаниэль «погрузился внутрь себя», общаясь со своим «носителем», избранным на эту роль к обоюдной выгоде, так как являлся правнуком «носителя» предыдущего короля. Благодаря согласию Пауля соединиться с Натаниэлем вся его семья осталась жить во дворце и продолжила пользоваться благами королевской родни, а новые правители Хитхгладэ получили находящегося постоянно рядом преданного советника, знающего множество политических нюансов и тонкостей.

— В общем, сейчас мы закупаем нефть у Ксоргладэ, — спустя несколько долей принялся пересказывать полученные сведения Натан. — Выходит довольно дорого, но зато мы не тратимся на доставку — она за счет поставщика. Ксоргладэ — соседний материк, поэтому мы стараемся поддерживать с ними условно нейтральные взаимоотношения. Там, кстати, есть женские гаремы, тебе понравится, — и Натаниэль с совсем неангельским ехидством подмигнул другу.

А затем продолжил отчитываться:

— Тид Гладэ — страна, занимающая два материка, там тоже есть нефть. Но наиболее прямой путь туда — по проливу между Ксоргладэ и Мадигладэ. А Ксоргладэ, как ты понимаешь, очень не обрадуется, если мы начнем таскать нефть мимо него…

Анаэль покивал, соглашаясь, что идея так себе.

— Ну и еще минус — с Тид Гладэ мы иногда воюем за свободные острова Малого Западного моря, — перешел от экономической к военно-политической просветдеятельности Натан. — Но с Гурдгладэ мы воюем гораздо чаще, потому что делим и острова Восточного моря. А еще есть самый лакомый кусочек — большой остров в Йехитхском проливе. На него кроме нас и Гурдгладэ претендует Йехсигладэ, но у этой страны против нас силенок не хватает. Зато если Гурдгладэ и Йехсигладэ объединятся…

Анаэль мрачно хмыкнул. Ясное дело, что во внешней политике такая же задница, как во внутренней. Надо со всеми поддерживать нейтралитет и при этом не давать никому объединяться, чтобы задружить против Хитхгладэ совместными силами.

— Пауль очень не советует злить Ксоргладэ — это большая страна, привыкшая к войнам, и она чем-то напоминает наш Орден. — Натаниэль серьезно посмотрел на друга. — Легко воткнут нож в спину или насыплют яд в бокал с вином. Нам с тобой не страшно, но могут пострадать ребята или жены, — ангел и демон понимающе переглянулись. — И еще: Ксоргладэ поощряет и прикармливает контрабандистов и морских пиратов. Так что, если мы поругаемся, наши корабли станут постоянно подвергаться нападению, причем даже претензий выставить будет некому.

Демон скептически прищурился и материализовал карту Анардиньи, чтобы потыкать пальцем наглядно…

***

Анаэль, вновь появившись в зале, нашел меня взглядом и, убедившись, что я стою с мужьями, сообщил через артефакт, что их величества готовы встретиться с послом страны тюленей сегодня вечером.

Обнимающий меня в этот момент со спины Ним умудрился вклиниться в наш разговор и тихо фыркнуть:

— Мы с Льдинкой тоже подойдем. Тема с тюленями очень интересная. Только ящерице колыбельную споем и придем.

— Конспираторы, — хихикнула я, оценив хитрую синонимо-тайную связку между милыми безобидными зверьками и нефтью. — Только с колыбельными у вас ничего не получится. Я тоже хочу присутствовать при разговоре, ясно?!

На самом деле гораздо больше я хотела сбежать прочь из зала, потому что несколько часов танцев может выдержать только тот, кто приучен к подобным извращениям с детства. А у меня не было нужной закалки, и приобретать ее ужасно не хотелось. А еще Анаэлю, которому беспокойно, когда охраняющая его покой я где-то далеко, стоило бы нервничать о другом — о том, что я в толпе жутко раздражающего меня народа и мне ужасно скучно, несмотря на заботливо развлекающих меня мужей.

Если бы я не разглядывала от скуки всех и каждого, иногда прислушиваясь к разговорам тех, чье поведение меня заинтересовало, то не услышала бы странный разговор высокого полного старика с какой-то молоденькой блондиночкой, чем-то неуловимо напоминающей Массимо. То ли белоснежной косой, то ли большими раскосыми глазами чуть навыкате… С виду совсем девчонка, лет шестнадцати, не старше.

Прихватив Фредониса в качестве группы опытной патриархальной поддержки, чтобы не наворотить сгоряча пару-тройку межматериковых разборок, так как старик тоже, скорее всего, был не из Хитхгладэ, я целенаправленно «втанцовалась» в нужном мне направлении.

— Рина, я уже понял, куда именно вы стремитесь, но давайте делать это не так заметно, — ласково улыбнувшись, Фредо осторожно повернул меня от цели и закружил по залу. — И еще, хочу вам напомнить, что вести в танце должен мужчина.

— Вечно забываю, — улыбнулась я в ответ, на пару долей забыв совсем обо всем и утонув в нежном обаянии, излучаемом моим вторым, или, как он иногда сам себя называл, младшим, мужем.

Если проводить ранжирование по возрасту, то Ниммей был старше по прожитым годам. Но если переводить драконий возраст в человеческий, то старшим все же был Фредонис. И какой из них первый, а какой — второй, тоже вопрос спорный. Свадьба у нас была общая, одновременно.

Просто у Ниммея было больше драконьего опыта, а мы только учились жить драконами, поэтому, понятное дело, именно он обычно лидировал в нашей тройке.

Но вот для переговоров с иностранцами я предпочла взять в помощь Фредо, и Ним даже слова не сказал, просто намекнул, чтобы свистнули, если надо будет чешую проредить, а не развлекались без него.

— Как ты думаешь, что это за старичок в чалме? — поинтересовалась я у мужа, изо всех сил изображая незаинтересованность в продолжающей о чем-то пререкаться паре.

— Судя по одежде, посол Ксоргладэ, — в голосе Фредо прозвучала напряженная озабоченность, и вдруг меня буквально швырнули в объятия другого мужчины.

Я даже не сразу поняла, на кого именно почти упала, но вцепилась в него на всякий случай и попыталась развернуть так, чтобы видеть, что, собственно, происходит.

— Лэра?

Белоснежная коса, голубые глаза, легкий акцент…

— Лэр Массимо? Куда это вы так спешили?..

Кажется, я поняла: меня перекинули как якорь, чтобы затормозить посла Гурдгладэ, явно намеревающегося выяснить отношения с послом Ксоргладэ, причем, судя по злобному сверкающему взгляду, дело могло закончиться легким рукоприложением на неприкосновенно-дипломатическую морду старческого лица.

— Защитить честь своей сестры…

— Какое совпадение! — широко заулыбалась я, заодно из-за спины Массимо наблюдая, как Фредонис уже влез между противным импортным старикашкой и девушкой. Причем все это с безупречно-вежливой маской и любезным расшаркиванием.

Ага, «внезапно» появившийся Фонзи пригласил девушку танцевать… Отлично! Правда, лицо у Фона… убиться плеером, какие мы суровые!

Так, улыбаемся и вальсируем.

— Видите, ваша сестра спасена. Сейчас мой муж уладит все с этим… — так, наверное, не очень дипломатично называть в присутствии посла одной страны посла другой тем словом, которое больше всего ему подходит? — уладит случившееся недоразумение.

— Благодарю! — Лэр Массимо вроде немного расслабился, но при этом плечи у него все равно были словно каменные и хватка рук — стальная.

— Невозможная девчонка, — пожаловался он мне, стараясь, как и я, отслеживать сразу две пары: и танцующую с Фонзи сестру, и общающегося с Фредонисом ее обидчика. — Я велел ей идти в комнату, даже попросил одного из знакомых придворных ее проводить, а она зачем-то вернулась обратно…

— Сейчас мы узнаем зачем, — успокоила я Массимо, останавливаясь на другом краю зала, как можно дальше от Фредо и старика.

Мне, чтобы подслушивать, совсем не нужно находиться рядом. А протиснувшийся к нам вдоль стен Ниммей прекрасно присмотрит за горячим северным послом. Ну и тому уже вот-вот будет чем заняться, потому что к нам потихоньку приближаются Фонзи и его партнерша по танцу.

Кажется, сейчас самое время кому-нибудь создать магический купол… Или запихать несчастную девушку и ее разъяренного брата в одну из комнаток, встроенных в стену!