Уступки

Не знаю, в какой из моментов я сдалась и решила поверить Курту. Наверное, в тот миг, когда поднялась к себе в комнату, чтобы переодеться к обеду, и среди огромного количества пакетов, купленных сегодня, увидела тот самый, который нес водитель, пока я была в одной из примерочных магазина «Пикантные кружева».

Заинтригованная сверх меры, я тут же вытряхнула содержимое на кровать и начала перебирать. Немного откровенное красивое белье, пижамки, ночнушки и чулки…

Курт остался верен себе до конца – «шелк и кружева» были абсолютно везде.

Покачав головой, я выбрала самые скромные трусики, вернулась к веренице нераспакованных пакетов с одеждой, вытащила симпатичные черные брючки и темно-зеленую блузку с короткими рукавами. Затем подумала еще немного и все-таки выбрала из кучи «кружев и шелка», разбросанных по кровати, миленький кружевной бюстик.

И то ли так подействовал прохладный шелк на попе, то ли просьба Курта, но почти весь обед я провела в легкой прострации.

За столом присутствовали все домочадцы и няня, которая помогала Максиму справляться с непослушными столовыми приборами. Ввиду моего задумчивого состояния у меня тоже появилась няня.

Вернее, нянь!

Сидящий рядом со мной Курт постоянно подкладывал на мою тарелку всякие вкусности и зорко следил, чтобы я осталась сыта и довольна.

После обеда лаэрд отправил меня в салон красоты, клятвенно пообещав, что меня только немного подстригут и ни о какой эпиляции интимных мест даже речи не идет. И опять этот чертов шелк на попе заставил меня согласно кивнуть.

Для виду пообнимавшись на крыльце дома с Микаэлем, я махнула на прощание Мажору и прыгнула на заднее сиденье авто. К счастью, шелк все-таки оставил мне капельку разума и на мою решимость сбежать при первой же возможности не повлиял, поэтому по дороге я зазнакомилась с водителем и охранником, посчитав, что друзья и сторонники мне еще могут понадобиться.

– Мисс Райт…

– Антон, я же просила называть меня по имени! – грожу охраннику пальцем.

Мужчина улыбается и хлопает себя по лбу.

– Ева, а вы не боитесь мистера Дамира? – судя по голосу, он очень удивлен.

– А чего его бояться? – беззаботно улыбаюсь я, пританцовывая под энергичные звуки играющего радио.

– Все-таки мистер Дамир – высший демон на стадии Слияния, а вы так спокойно повышаете на него голос…

Чего? Это я-то на него голос повышала?

– Это мистер Дамир должен бояться недолаэру на стадии пересмотра жизненных позиций, – фыркаю я и уже куда более серьезно уточняю: – А что такое Слияние?

Антон быстро переглядывается с водите-лем, как бы пасуя отвечать на такой легкий вопрос.

– Объединение личностей демона и человека, – поясняет Евгений, почти так же ловко встраиваясь в поток, как и Курт. – Обычно Слияние происходит в более позднем возрасте, где-то после пятидесяти, но мистер Дамир уже сейчас готов уйти…

– Куда уйти? – поддавшись всем телом вперед, заинтересованно уточняю я.

– В мир демонов.

Я ошарашенно смотрю на своих спутников, жду, что вот сейчас они рассмеются и признаются, что пошутили, но мужчины молчат и только искоса поглядывают на меня.

Неужели это правда?

По управлению ходила байка, мол, демоны не умирают, а переходят из этого мира в свой. Дескать, человеческий мир им нужен только для того, чтобы демон родился и вырос в спокойной обстановке, и только после смерти человеческой оболочки и перехода в свой мир лаэрды действительно начинали жить по-настоящему.

Я откидываюсь на мягкую спинку сиденья машины и скрещиваю руки на груди.

Нет, это не может быть правдой. Тот же Вениамин Георгиевич смеялся над такой мыслью и на пальцах доказывал, что это маловероятно.

– Лаэрды живучи, – наставительно говорил он, сидя в своем любимом кресле, – у них хорошая регенерация и инстинкты самосохранения, но мы в свое время поубивали их достаточно, чтобы я мог тебе сейчас с уверенностью сказать – лаэрды дохнут, как любые нормальные люди.

Он был уверен в том, что говорил, или просто говорил уверенно, чтобы запутать меня?

Черт, надо срочно прояснить этот момент.

Быстро хлопаю себя по карманам в поисках телефона.

Ах да! Мой любимый «Самсунг» пал смертью храбрых телефонов, выкинутых из окна несущегося автомобиля. Интересно, сколько похожих «смертей» настигло телефоны по всему миру?

– Приехали, – сообщает Евгений, паркуясь напротив до боли знакомого салона красоты.

Вынырнув из своих мыслей, я быстро выпрыгиваю из машины и в сопровождении Антона мелко семеню к уже знакомому входу.

Курт не обманул – мне действительно предложили только немного подстричь волосы… и уже потом я сама согласилась на маникюр, педикюр, покраску и маску для лица.

На эпиляцию ответила категорично-громким «нет» и послала всех далеко-далеко. После такого никто больше ничего мне предлагать не захотел.

Яблокова, иногда ты перегибаешь палку!

Вернувшись обратно в трехэтажный коттедж, я обнаружила у себя на кровати небольшую вытянутую белую коробочку и осознала, что у меня на кровати валяется новенький айфон.

Ну, Курт… Нашел-таки способ извиниться передо мной.

Но едва я открыла коробку и достала аппарат, как поняла – мой опекун не имеет ничего общего с этим подарком. Почему я сделала такой вывод?

Ну, наверное, потому, что новенький телефон был упакован в чехол, на котором красовалась наша с Микой фотка.

Да-да! Та самая фотка, где мы страстно целуемся, сидя на узком диванчике в клубе.

Окончательно ситуацию прояснила небольшая записка внутри.

«Не забудь – сегодня ночуем у меня».

Покачав головой, я быстро просмотрела полностью восстановленный список контактов, с опаской покосилась на часы. Фу-ух! До ужина еще вагон времени.

Еще самую малость поизучав новый телефон, я откинула его в сторону и принялась за процесс расфасовки покупок. По мере того, как отдельная гардеробная наполнялась вещами, я все больше и больше чувствовала себя паршиво.

Нигде на одежде не было ценников, но это не мешало мне осознавать, что вещи дорогие, вещи качественные, вещи известных фирм… Короче, такие вещи я бы себе позволить не смогла.

Яблокова, с каких пор ты стала содержанкой?

Этот вопрос мучил меня все время до ужина, и весь ужин я провела за столом как на иголках. Благо, кроме меня, Макса и его няни, в столовой никого не было. Микаэль уехал куда-то с Куртом по семейным делам, а родители решили поужинать в городе.

Из-за нервного ожидания я смолотила всю тарелку овощей, положила добавки, и только почувствовав, что жестко переела, отложила приборы и выскользнула из-за стола.

На все мои смс и звонки ни один из братьев не отвечал, поэтому Курта я решила дожидаться в его кабинете. Руки так и тянулись подрисовать что-нибудь на доске, но я одергивала себя и занималась подарком Мика.

Весь остаток вчерашнего дня я посвятила тому, что методично просматривала видеоотчеты по делу 1313. Мне очень хотелось удостовериться, что ни братья, ни папа ничего не знали о том, что я демон.

Оказалось, помимо мамы, Авроры и Вениамина Георгиевича, за мной следили еще двое – тетя Аня – да-да, та самая подруга мамы – и моя бывшая начальница – главный редактор журнала «Забавно о серьезном» Анастасия Александровна (а что, собственно, с нее взять, если она реальная Стерва). Остальная моя семья была вне подозрений, чему я очень-очень обрадовалась.

Сначала списываюсь с братьями, затем звоню папулику и узнаю, как у него дела.

От нечего делать разглядываю карту, пытаясь понять, зачем сюда понатыканы флажки и таинственные цифры. Ради шалости иду к столу, беру синий флажок и наугад тыкаю в скопление других таких же.

Вот так-то! Это будет моя маленькая месть за свинское поведение некоторых опекунов.

Сделав шаг назад, любуюсь делом своих коварных ручонок, и именно в этот момент дверь кабинета открывается, и входит усталый Курт.

Остановившись на пороге, он пристальным взглядом оглядывает меня и поджимает губы.

– Та-а-ак… – скрещивает он руки на груди. – И что ты натворила в этот раз?

Делаю невинное лицо и изображаю удивление.

– Вот-вот! – устало говорит Курт, закрывая двери и направляясь ко мне. – Выражение твоего лица настолько невинно, что любой дурак догадается, что пару минут назад ты где-то напроказничала. – Мужчина останавливается в полуметре от меня и хитро улыбается. – Сама признаешься или мне придется применить пытки и обещанную порку?

Я выставляю руки вперед в защитном жесте.

– Полегче, полегче! Я не сделала ничего такого, за что моя попа должна подвергнуться столь суровому наказанию.

Он склоняет голову набок, задумчиво улыбается, а затем замечает телефон в моих руках, и его взгляд моментально становится тяжелым.

– Это что?

Я быстро опускаю руки и от греха подальше прячу телефон в карман брючек. А то мало ли что Курту в голову взбредет? Второй телефон за день я никак потерять не могу.

– Мика подарил, – признаюсь я и не удерживаюсь от того, чтобы не подковырнуть мужчину: – Взамен того, который вы выкинули…

Лаэрд делает шаг вперед и протягивает руку.

– Я хочу посмотреть, – властно произносит он.

Поспешно отступаю назад и упираюсь руками в бока.

– Обещайте, что не выкинете его, как прежний, – строгим голосом заявляю я. – И не закатывайте глаза, Курт! У меня есть все причины вам не доверять.

Лаэрд устало вздыхает, качает головой.

– Обещаю, – наконец нехотя выдавливает он.

Заполучив мобильник, Курт принимается вертеть его в руках, разглядывая нашу с Миком фотку и так и этак.

– Просил же без самодеятельности, – недовольно бурчит себе под нос мужчина. – Кстати, Эва, убери свой флажок, – просит он, не отрываясь от процесса созерцания. – А то семейство Синцеров будет не слишком радо узнать, что у них появился очередной родственничек.

Я с открытым ртом смотрю на Курта.

Как? Как он догадался? С момента, как он зашел в кабинет, мужчина даже ни разу не посмотрел в сторону этой карты! Я ведь специально следила.

Игнорируя мою реакцию, Курт идет по направлению к столу и опускается на ближайший стул.

– Северо-западное побережье Австралии, если вдруг ты забыла…

Яблокова, он что, считает, что у нас провалы в памяти?

Я вспыхиваю, резко поворачиваюсь к карте лицом и…

Черт! А куда же я приколола этот флажок?

Северо-запад Австралии почти полностью истыкан синими метками. Вроде бы свой флажок я воткнула в какой-то город у самого океана.

Неуверенно поднимаю руку, касаюсь одного из флажков указательным пальцем. Этот или соседний?

– Левее… – подсказывает лаэрд, откладывая мой новый телефон на стол. – Еще чуть левее, а теперь немного выше, – командует Курт. – Стоп! Это тот самый.

Мои пальцы замирают, нащупывая нужный флажок, который я тут же поспешно дергаю. Так, Яблокова. Надо ковать железо, пока горячо, в смысле пока лаэрд расслаблен и не рычит на меня.

– Курт, – лихорадочно верчу в руках метку, – а это правда, что вы в стадии Слияния?

Лаэрд поворачивает стул в мою сторону, секунду задумчиво смотрит на меня и медленно кивает.

Выходит, полукровки Антон и Евгений мне не солгали? Меня словно ледяной водой окатили. В один короткий миг шуточно-расслабленная атмосфера, царившая в кабинете, бесследно исчезла.

УНЗД знает не всю правду о лаэрдах, или по каким-то причинам вышестоящее руководство скрывает этот факт.

Переступаю с ноги на ногу, ощущая, как тревожно бьется сердце в груди.

– А это правда, что после Слияния демоны уходят в какой-то другой мир?

Затаив дыхание, жду, что ответит мне на это лаэрд, но на сей раз Курт молчит чуть дольше, словно нарочно испытывая мое терпение.

– Да, – наконец говорит он. – Разве твой демон тебе не рассказала?

Я судорожно сглатываю, опускаю голову и мотаю ею из стороны в сторону, как перегруженный поклажей ослик.

В кабинете наступает продолжительная тишина.

Мое сердце стучит так громко, что, кажется, его легко можно услышать в соседней комнате. Краем сознания отмечаю, как затряслись от страха коленки, а ладошки, нервно теребящие край зеленой блузки, слегка вспотели.

– Курт… – почему-то шепотом говорю я, не поднимая головы. – Курт, у меня нет демона…

Ну, вот и все, Яблокова! Закончилась твоя «веселая» жизнь среди богатеньких лаэрдов. Сейчас добрый дядюшка Курт посадит тебя в машинку и отправит в твою маленькую квартирку на задворках вселенной, и станешь ты жить, как и прежде…

– Эва, – сильные пальцы берут меня за подбородок и тянут вверх.

Когда он успел подойти?

Я встречаюсь с ним взглядом и глупо моргаю. Что он сейчас скажет? Наорет или просто молча, с отвращением, укажет на дверь? Нет, Курт чересчур воспитанный, думаю, он улыбнется и своим любимым мягким тоном сообщит, что больше не является моим опекуном, и предложит мне вернуться к обычной жизни.

Ведь если у меня нет демона, то какая, к чертям, из меня лаэра?

– Эва, демон у тебя есть, – уверенно говорит мужчина, мягко улыбаясь. – Ты чистокровная лаэра – это подтвердит любой из наших. Маленькая, еще неокрепшая лаэра.

– Тогда почему я его не слышу?

Мужчина, легко касаясь пальцами, гладит меня по щеке, убирает за ушко темную прядку волос.

– Радуйся! – негромко смеется он, наклоняется и тихонько шепчет мне на ухо: – Поверь, потом ты будешь с грустью вспоминать время, когда он молчал. Демоны такие болтуны… И самое печальное – их не заткнуть!

Что он только что сказал? Их не заткнуть?

Сказанное настолько не в духе Курта-правильного, что я немного теряюсь и почему-то чувствую себя абсолютно беззащитной, когда он вот так смотрит на меня, словно хочет заключить в объятья. Когда он вот так хитро улыбается, словно видит насквозь каждую мою мысль. Когда вот так держит свою руку рядом с моей, словно хочет переплести наши пальцы…

Яблокова, тебя опять понесло в неправильную сторону! Вспомни: лучшая защита – это нападение!

Он выкинул твой телефон, и это из-за него ты расхаживала по торговому центру без трусов, а еще он разбудил тебя в семь утра!

– Я против расписания! – встаю в позу.

Курт поднимает брови, а затем начинает негромко смеяться.

– Нет, я вполне серьезно заявляю, что не собираюсь вставать в семь утра, – сердито топаю ногой. – А еще… – облизываю губы. – Еще я не хочу быть у вас на иждивении. Я хочу работать!

Лаэрд поднимает руки вверх и снова смеется.

– Ну, раз ты столь воинственно настроена, то прошу за стол переговоров…

«Переговоры» получились на редкость странными. Мы около часа переругивались, скалились и громко рычали, а потом почему-то каждый пошел на уступки в пользу противоположной стороны, и все вроде бы остались довольны.

В частности, я отвоевала себе час сна, зато лишилась часа личного времени, который теперь должна была посвятить чтению. Тему работы мы тоже затронули, но, обговорив различные варианты, Курт строго напомнил, что сначала я должна наведаться к ограбленным лаэрдам и попытаться устранить дыры в их системе безопасности.

Переговоры завершились с подачи противоположной стороны. Мужчина просто резко встал и пошел к выходу.

– Время, – показывает пальцем на часы Курт, притормаживая у дверей. – Пора немного размять крылья.

Я поднимаюсь со стула.

– Не так быстро, Курт! – подражаю его властным манерам.

Лаэрд разворачивается и с интересом смотрит в мою сторону.

– Кое-кто опоздал на ужин, а летать на голодный желудок не рекомендовано Всемирной организацией здравоохранения!

А что такого? Ему, значит, можно мной командовать, а мне нет?

Курт склоняет голову набок, широко улыбается и удивленно поднимает брови.

– Да ну! С каких это пор ВОЗ стало известно о существовании демонов? И потом, мы с Микой перекусили в городе.

Громко фыркаю и тянусь к телефону.

– Ой, Курт, ну не выдумывайте, – неодобрительно поглядываю на мужчину, отыскивая нужный инстаграм. – Один несчастный бутерброд и чашка чая – это еще не ужин!

В качестве доказательства выставляю впереди себя сфотографированную Микаэлем тарелку с одиноким бутербродом посредине.

Лаэрд наигранно закатывает глаза.

– И кто из нас кого еще опекает, – фыркает он.

– Вы мне тут поговорите еще, – притворно грожу ему кулаком. – Режим дня нарушать нельзя!

Курт не выдерживает и с громким раскатистым смехом выходит из кабинета. Я кидаюсь следом.

– Куда! – кричу на бегу. – Кухня в противоположной стороне!