50

– Что, довольна?! – змеиное шипение за спиной едва не заставило меня уронить поднос с тарелками, который я несла к столику. Было время обеда, и я решила сделать перерыв в своей учёбе и сбежать в столовую. Тем более что в это время Даниланис отвлекся на свои ректорские дела, так что не мог пойти со мной, сесть напротив или рядом и начать портить мне аппетит своими взглядами, как он делал обычно. Но свято место, как известно, скучать в одиночестве не будет, и вместо демона ко мне подцепилась какая-то змея. Я поставила поднос на столик и оглянулась. – А, это ты… – протянула, ничуть не удивившись перекошенной роже стервы Арайской. С того дня, как она в коридоре пульнула в меня чем-то магически-зубодробильным, я её не видела. Слышала только, что она так и работает на приёмке документов у соискателей и полноценно выносит мозг бедной молодёжи, жаждущей учиться в академии. Как раз недавно к ректору приходила парочка возмущённых девиц и жаловались на брюнетскую гадючку. – Что-то хотела, Арайская? Купить тебе еды? На обед карманных денег, что выдаёт папочка, не хватает? Я с тоской посмотрела на свой супчик, приветливо подмигивающий мне из тарелки, и поняла, что аппетит куда-то пропал. У этих местных фишка такая – портить мне настроение? Стерва ещё ничего толком не сказала, а я уже расстроилась… – Проваливай обратно в свой убогий мир, пока жива, дешёвка! – змеиное шипение сменило тональность и превратилось в жабье кваканье. Выдохнув, я подняла тарелку с супчиком и перевернула её над красиво уложенной причёской жабо-змеи. Ну что поделаешь, неуравновешенной я стала, совсем на нервной почве себя не контролирую. И надо сказать, причин для этого у меня предостаточно! Даниланис только с непристойностями ко мне лезет, а поступить как порядочный мужчина и отвалить по моей просьбе никак не желает. Рога растут и жутко чешутся, доводя меня до истерики. Магия что-то не хочет выстраиваться в правильные плетения. Сны страшные каждую ночь снятся, приводя меня до отчаяния. Всю последнюю неделю я по два-три раза за ночь просыпаюсь в холодном поту и с воплями ужаса. Даниланис, который напрочь отказался ночевать где-то, кроме моей комнаты, тоже каждый раз просыпается. И каждый раз начинает успокаивать меня в своей обычной манере. Он успокаивает, а я поддаюсь на его провокации. Потому что, и правда, у него очень хорошо это получается. В смысле, успокаивать он умеет очень качественно. Только вот ночью мне с ним хорошо, а утром, когда я, наконец, начинаю трезво мыслить, становится плохо… – Тебе идёт этот супчик, Арайская. Всегда так ходи, – посоветовала я хлопающей глазами мокрой курице, украшенной сверху кусочками мяса и разноцветными кубиками овощей. Гадина скривилась и подняла руки, словно собралась опять поколдовать и отправить меня в нокаут. Ну уж нет! Я сделала зверское лицо и предупреждающе рявкнула: – Без глупостей, красотка! Сдачи дам! Повернулась и пошла из столовой – пообедаю где-нибудь в другом месте. Например, в той чудесной трактирии, куда однажды меня водил Адриан. Вспомнила про него, вздохнула – так и не ушла я с драконом в его академию. Объяснила ему ситуацию, попрощалась и осталась тут, возле Врат – я ведь пообещала помочь разобраться с лезущей сквозь них нечистью… Пока я шла от столовой к воротам, обратила внимание, что население академии явно увеличилось. До начала вступительных экзаменов оставалось два или три дня, и по территории носились стаи взволнованной, с горящими испуганными глазами, молодёжи. Вообще, странное дело – Врата, с трудом удерживающие прорывающуюся в этот мир нечисть, находятся на территории академии. Места, где полно адептов, совсем ещё детей. Необученных магии, не могущих себя защитить, случись что-то серьёзное… Впервые я задумалась, почему так? По логике, такое место, как Врата – это что-то вроде государственной границы. Или рубежа, на котором расположились две противоборствующих армии. Тут должны стоять профессиональные войска. Взрослые, суровые дядьки с оружием, а не бегать розовощёкие вчерашние дети… Что-то не так с этими Вратами и с самой академией! Задумавшись, я не заметила, что довольно давно стою напротив ворот и внимательно смотрю на них. Смотрю, но ничего не вижу, потому что их и правда почти не видно. Грандиозное сооружение из камня и металла словно покрылось серой дымкой, надёжно маскирующей Врата от взгляда. Я ещё присмотрелась и вдруг охнула – похоже, только я видела эту завесу. Остальные – и адепты, и преподаватели – спокойно заходили в неё, исчезая где-то там, в её дымных петлях. Я ещё постояла несколько секунд, пытаясь понять, что происходит. Потом открыла рот и в полном ужасе заорала что есть мочи: – Даниланис! Станислас! Сюда!!! Не знаю, как это работает, но на мой испуганный вопль отреагировали не только местные птицы. Едва туча крупных, похожих на ворон пташек с громкими криками сорвалась с деревьев, как возле меня выросла арка портала. Из неё, громко ругаясь, вывалился перепуганный и полуголый ректор. Реально полуголый – в одних брюках, без рубашки и босиком – и реально насмерть перепуганный. Это так истинность работает – я кричу, он тут же является? Проходившая мимо группка соискательниц и одна дамочка в форме преподавателя тут же остановились. Дружно вытаращились на голый торс ректора, и только что облизываться не начали. От возмущения я и про Врата забыла. Подалась к ректору и зашипела в наглое лицо: – Это откуда ты такой голый явился, Даниланис? Гостил у какой-то подружки и не успел одеться? – Ревнуешь, Мариночка? – довольно промурлыкал гад, и даже испуг с его лица сошёл. Попытался обнять меня, напрочь игнорируя собравшуюся вокруг нас толпу зрителей. Причём состоявшую исключительно из особей женского пола! Я эти попытки пресекла, тем более воздух снова качнулся, и из портала вышел Аметиус с рубашкой и сапогами в руках. – Ваша одежда, Претемнейший, – протянул одежду ректору и потрясённо уставился на Врата. Точно так же, как я совсем недавно. – Аметист Вольдемарович, вы тоже это видите?! – забыв про ректоришку, я кинулась к мелкому франту. – Конечно, вижу. Откуда это взялось? – мужичок изумлённо глазел на завивающиеся спиралями дымные струи. – Из-под фундамента опор Врат, – просветила я. – Дым прямо струёй оттуда бьёт. Между тем ректор быстро обулся-оделся. Приказал глазеющим на него леди отправляться по своим делам и присоединился к нашему с Аметистом разглядыванию дыма. Я начала торопливо рассказывать, что вижу. Вспомнила и про странное дрожание над верхней перемычкой Врат несколько дней назад. – Я вижу просто серое марево над воротами. Никакого дыма, – признался Аметист, и они принялись тревожно переглядываться с Даниланисом. – Что под Вратами? – заинтересовалась я. – Там грань разлома. Граница между нашим миром и миром безликих, которую охраняют драконы. – Неправильно, – покачала я головой. – Не смогут драконы удержать безликих – у тех огонь. Драконы с ним не справятся. – У драконов тоже огонь, – осторожно напомнил Аметист и вопросительно зыркнул на ректора. – Не такой, как нужно. Пошли туда, мне нужно посмотреть! – я решительно шагнула в сторону Врат. – Марина, ты не можешь! Ты ещё не готова работать с такой магией, – Даниланис вдруг побледнел и попытался схватить меня за руку. Я увернулась и собралась мчаться к воротам, но в этот момент через них на территорию академии заехала небольшая кавалькада: пять или шесть мужчин и женщина, сидящая на лошади одного из всадников. Мужчины всё в доспехах и плащах, крупные, мощные и очень красивые. Вообще, удивительный мир эта Невсолея – красавцы-мужчины тут на каждом углу встречаются. Да ещё какие! Глаза мои невольно скосились на ректора – воздух здесь такой, что ли? Атмосфера пригодна для выращивания потрясающих мужских особей? Потому что женщины здесь тоже недурны собой, да… Но красавиц и у нас на земле полно, а вот с мужчинами как-то победнее будет… Всадники между тем проехали в ворота, и тут я ахнула – впереди ехал мужчина, которого я много-много раз видела в своих кошмарных снах. Под ним был крупный вороной конь с длинной гривой. Как раз на его лошади ехала женщина: худая, с золотистыми волосами, в длинном, по местной моде, платье. Она с такой нежностью льнула к мужской груди, что я сначала глазам своим не поверила – где нежность, а где… где моя племянница?! – Лизка! Лизыч! – заорала, не помня себя от восторга и изумления, и кинулась навстречу прибывшим…