Глава 17

— Гуляйте, — приказал Ваал своим псам, растянувшимся у двери.

Они вскочили, и Фобос так обрадовался, что было видно — им наскучило сторожить женщину, которой запретили выходить из комнаты. Гончим хотелось размять лапы, может, сбегать на псарню к своим сородичам. Что ж, они исправно выполняли свои обязанности, пускай тоже немного развлекутся.

Толкнув дверь гостевой спальни, Ваал первым делом посмотрел на кровать. Именно там лежала Селена с книгой в руках — и где только раздобыла? — едва прикрывшись тонким одеялом. Она явно не ждала посетителей, поэтому вольно растянулась на постели в легкой белой сорочке.

При виде Ваала Селена даже не ахнула, лишь на миг обмерла, но быстро оправилась и натянула на себя одеяло. Поздно — в мареве желания он успел заметить ее обнаженные голени и бедра.

В свете факелов ее волосы казались настоящим пламенем. От этой картины Ваал тут же переменил свое мнение. Пожалуй, в рыжих все-таки было свое очарование.

— Я решил, что сегодня тебя возьму, — сходу обозначил он свои намерения, чтобы не тратить время на объяснения и прочую ерунду.

Селена уставилась на него, забавно хлопая глазами.

— Ты ведь не имеешь в виду, что ты… меня… — пробормотала она. О, девочка прекрасно знала нужное слово, просто не решалась его произнести.

— О да, именно это и имею, — сев на край кровати, Ваал потянулся к Селене, но она увернулась от его руки и отодвинулась, еще крепче прижав к себе это несчастное одеяло.

— Ты повелитель, я не спорю, но кое на что не имеешь права, — затрясла головой Селена.

Ваал уловил ее страх. Почувствовал его как свой собственный, разве что приглушенный. Вот только, будучи воином, он умел справляться с ним и воспринимать его не иначе, нежели жужжание комара над ухом, поэтому не поддался ему и сейчас.

К счастью, среди эмоций Селены Ваал не почувствовал отвращения, ведь оно единственное, пожалуй, могло его остановить. Ну а остальное… страх девственницы перед первым соитием легко лечится этим самым соитием.

— Как ты верно заметила, я — повелитель, поэтому на Седьмом круге имею право на все, — ухмыльнулся Ваал.

— Но не на мои чувства, — не сдалась Селена, отодвинувшись от него еще немного.

— Свои чувства можешь оставить при себе, — пожал он плечами. — Мне нужны не они, — Ваал тяжело вздохнул: — Ты ведь понимаешь, что я получу свое? Зачем все усложнять? — он не собирался сидеть здесь часами и уговаривать смертную девчонку раздвинуть ноги.

И все же Ваал опустил протянутую руку, ведь если бы попытался схватить Селену, она могла рвануться прочь, упасть с кровати и ушибиться.

Видимо, она решила, что он отступился, потому как немного расслабилась и перестала сжимать в кулаках одеяло так крепко, что белели костяшки.

Наивная. Ваал забавлялся уже сейчас, представляя, какое выражение будет на ее лице в следующее мгновение. Похоже, природа была с ним заодно, и порыв штормового ветра ударил в окно, хлопнув запертыми ставнями.

Вздрогнув, Селена мельком глянула на окно. Она отвлеклась не более чем на секунду, но Ваалу хватило и этого.

Он бросился вперед так быстро, что Селена успела лишь взвизгнуть, какое там бежать. У нее просто не было шансов спастись. В следующее мгновение она оказалась на спине, придавленная к постели.

— Попалась! — рассмеялся Ваал.

— Только тронь меня! — прошипела Селена, стукнув его кулаками по плечам, но ее удары были для него не больнее шлепков.

— Смотри-ка! А ведь я уже тебя трогаю, — развеселился он еще больше. Ваал не припоминал, когда в последний раз ему было так интересно укладывать женщину в постель.

Поймав запястья Селены, он поднял их над ее головой и перехватил, чтобы держать в одной своей руке. Теперь Ваал смог беспрепятственно откинуть на пол одеяло, сбившееся между телами.

Он чуть приподнялся, чтобы оценить открывшуюся картину.

Белая сорочка на Селене задралась, обнажив бледные изящные ноги почти полностью, до рыжеватых завитков между ними — Ваал точно знал их цвет, помнил по отпечатавшейся в памяти картине.

Казалось бы, он уже видел эту женщину нагой, но этим вечером все было иначе. Ваал больше не наблюдал за ней как за чем-то манящим и вместе с тем недостижимым. Сейчас он мог владеть, касаться, пробовать на вкус и чувствовать аромат.

Да, аромат. Склонив голову, Ваал провел кончиком носа от скулы Селены до ее уха и вдохнул поглубже. Может, ему почудилось, но от нее пахло травами. Полем и цветниками, где бутоны еще только налились и благоухают ненавязчиво, с намеком на сладость будущего цветения.

Проще говоря, Селена пахла… свободой.

— Ваал? — дрожащим голосом спросила она, вырвав его из смакования.

Неужели вся ее храбрость испарилась?

В подтверждение его догадки Селена задрожала и покрепче сжала ноги. Пускай, как решил Ваал. Ему и не нужно было, чтобы она их раздвигала. Пока что. Опустив руку, он провел ладонью от ее колена к бедру, наслаждаясь мягкостью кожи цвета молока.

Ваалу хотелось снова увидеть Селену нагой, поэтому он потянулся к лямкам на ее плечах, удерживавшим сорочку. Расстегнуть маленькие пуговки большими мужскими пальцами оказалось непросто, поэтому Ваал просто дернул ткань посильнее и разорвал ее.

Вот только тем самым он напугал Селену еще больше. Похоже, она лишилась дара речи и уставилась на него округлившимися глазами. Выходит, решила, что сейчас ее будут насиловать?

Улыбнувшись про себя, Ваал покачал головой. Вот точно несмышленыш! Хотя он мог ее понять. Она ведь совсем его не знала. Что ж… ей предстояло познакомиться с ним очень, очень близко. И очень скоро. Но сначала…

Склонив голову, Ваал прижался губами к ее щеке. Скользнул вниз, к шее, все так же едва касаясь. Затем — к тонким плечам с выступающими ключицами. Поднялся обратно и слегка прихватил зубами мочку ее уха, возле которой узором прилип огненно-рыжий, влажный от пота завиток. Ваал обвел его кончиком языка и попробовал солоноватый вкус.

Тогда же ощущение ее страха переменилось — у нему добавились оттенки удивления. Они понравились Ваалу, и ему захотелось усилить их. Осторожно и медленно, чтобы сперва обозначить свои намерения, он склонился к губам Селены и поцеловал ее.

Она не ответила, что неудивительно. Он все равно облизал ее губы, провел языком по сомкнутым зубам. И отстранился.

С удовлетворением Ваал отметил, что напряжение постепенно оставляло Селену. Если прежде она сжимала кулаки, то теперь распрямила пальцы. Неужели наконец-то поняла, что он не намерен набрасываться на нее и сходу в нее вбиваться? И все же Селена наблюдала за Ваалом с прежней настороженностью, практически не моргая.

Осыпав поцелуями ее плечи, он потянул сорочку на ней вниз, чтобы обнажить грудь. Соски ее были такими же аккуратными, маленькими и розовыми, как он помнил.

При виде них Ваал закусил губу.

Они манили прикоснуться к ним. Даже если бы он захотел, вряд ли смог бы устоять. Сейчас никакая свора диких гончих, появись она здесь, не заставила бы его оторваться от своего приза.

Указательным пальцем Ваал дотронулся до соска Селены, пока что полного и расслабленного. Затем он потер его, задевая самую вершинку, и почувствовал прилив возбуждения. Не своего — Селены.

Изначально Ваала привели сюда интерес вкупе с мужской похотью, но внезапно к этому полотну добавилась тонкая, едва уловимая нить женского желания.

Почему-то, явившись сюда, он не учел, что разделит с Селеной ее удовольствие. Оно оказалось пьянящим и усилило для него все ощущения. Внезапно штаны показались Ваалу тесноватыми. То ли еще будет…

Спеша продолжить, он сдвинулся вниз и, потершись щекой об округлую грудь, обвел языком розовую ореолу. Ваал сомкнул на ней губы и пососал ее. Вместе с тем он принялся оглаживать тонкую фигурку Селены и скользнул ладонью по гладким ногам, норовя подобраться к внутренней стороне ее бедер. Она их так и не раздвинула, не пустила его к самой интимной части своего тела, зато впервые застонала. Очень тихо, но все же.

Ваал взглянул на нее.

Селена щурилась, ее грудь и шею залил румянец. Даже если бы он не чувствовал эту женщину, не читал как открытую книгу, все равно распознал бы ее желание. Она совершенно не умела притворяться и играть спектакль в спальне.

Дабы поощрить Селену, Ваал отпустил ее запястья, но следить за ней не перестал, выискивая малейшие признаки бунта, чтобы в случае возникновения такового подавить его на корню. Но она и не думала противиться.

То ли Селена поняла, что ей не победить, то ли заинтересовалась происходящим между ними. Ваал надеялся на последний вариант, потому порадовался, когда она запустила пальцы в его волосы и погладила основания рогов.

И тут ему наконец-то удалось протиснуть руку между ее бедер. Как он и думал, Селена уже распалилась. Стоило Ваалу раскрыть нежные складки, как она дернулась и вцепилась в его рога.

Сначала он гладил ее легко и неспешно, позволяя ей привыкнуть к новым ощущениям. Однако стоило ему сдвинуть пальцы чуть выше и задеть маленький бугорок, как Селена приподнялась, подаваясь навстречу его руке. Непроизвольно, инстинктивно, но Ваал нашел это мучительно-эротичным. Она не стремилась красиво двигаться или понравиться ему. Умудренные опытом любовницы, побывавшие в его постели за последние столетия, считали, будто знают, в чем нуждается мужчина.

Здесь и сейчас Ваал обнаружил, что они ошибались.

Откликаясь на ласки, Селена не старалась выгнуться поизящнее или лечь так, чтобы ноги казались длиннее. Она то стискивала бедра, зажимая между ними руку Ваала, то раздвигала их как можно шире. То притягивала его голову к своим соскам, то отталкивала, когда они становились слишком чувствительными. Что-то бормотала и тут же одергивала себя.

Проще говоря, Селена была именно такой, какой мужчина мечтает видеть женщину в своей постели — забывшейся от наслаждения.

Вся его ладонь уже стала мокрой и скользкой. Не будь Ваал уверен в девственности Селены, вонзил бы в нее два пальца, может, три или даже четыре. Как знать, вдруг однажды…

— Ваал! — внезапно выдохнула она. — Мне дурно.

— В чем дело? — встрепенулся он, гадая, где сейчас может быть лекарь Седьмого круга.

— Сердце… слишком часто бьется, — шепотом призналась Селена. — Грудь сдавливает так, что я едва дышу. Тело сковало…

Секунда недоумения, и Ваал понял, в чем дело. От облегчения он чуть не рассмеялся. Стоило догадаться, что девочка, всю жизнь прожившая со строгой матерью, не имела возможности касаться себя. Скорее всего, Селене подобное и в голову не приходило.

— Все хорошо, — как можно мягче заверил ее Ваал. — Твое тело готовится к сильному удовольствию. Просто подожди немного и сама поймешь, ладно?

— Л-ладно… — кивнула Селена, но было видно, что она не поверила ему. — Ваал… — позвала несмело.

— Мм? — он снова принялся гладить ее между ног, постепенно надавливая все сильнее.

— Ты меня поцелуешь? — обезоружила она его. — Так, как будто я для тебя что-то значу…

От ее просьбы у Ваала непривычно и странно защемило в груди. С чего вдруг? Видимо, ему передались ощущения Селены, не иначе. Конечно, именно так.

Вместо ответа он припал к ее губам глубоким поцелуем. Пусть отвечала она неумело, это не мешало ему оглаживать ее рот языком. В то же время Ваал коснулся ее мокрого входа и, введя в него кончик пальца, прижал ладонь к бугорку чуть выше.

Селена натянулась струной. Замерла, не дыша. И рассыпалась на осколки.

Прервав поцелуй, она прижалась раскрытым ртом к шее Ваала и мертвой хваткой вцепилась в его рога, дрожа и извиваясь под ним. Кончиком пальца он почувствовал ее трепет, раскаливший его возбуждение до такого жара, какой и не снился самой Наар Динур.

Вот теперь штаны показались Ваалу по-настоящему тесными.

Он посмотрел на Селену, спускавшуюся с вершин наслаждения. Глаза ее были прикрыты, тело ослабело, еще больше огненных локонов узорами прилипли к поблескивавшей от пота коже.

— Теперь понимаешь, что тебе было не плохо, а очень-очень хорошо? — улыбнулся Ваал.

— Не смейся надо мной! — распахнула глаза она. — Я со всем этим не знакома…

— Я бы не посмел смеяться после того, что произошло, — он потерся кончиком носа о ее щеку. На этот невинный жест ушла практически вся его сила воли, поскольку сейчас ему хотелось заняться с Селеной вещами гораздо более порочными.

— Да? — спросила она с душераздирающей искренностью.

— Да, — заверил ее Ваал и понял, что сказал правду. Так оно и было.

— Тогда ладно, — Селена слабо улыбнулась, но затем насторожилась. — Ох… А ты? Это ведь не все, да?

— Мне нужно было тебя подготовить.

— Будет больно? — она вся сжалась, однако больше не порывалась ни сбежать, ни отстоять свою невинность.

— Будет, — Ваал не хотел ей врать. — Но только в первый раз, — поднявшись с кровати, он взялся за шнуровку своих штанов. — Я постараюсь причинить тебе как можно меньше боли.