Глава 40

Как только Ваал вошел в спальню, Селена сразу поняла, чего он сегодня потребует. Это было видно по его взгляду — серьезному, но в то же время искрящемуся. Ваал отслеживал каждое ее движение, казалось, ловил даже вздохи. Да и походка его была другой — хищной и легкой.

Селена сглотнула. Она еще не была готова подпустить к себе мужчину.

Конечно, она понимала, что рано или поздно им в этой огромной кровати предстоит не только спать, но после нападения Асмодея прошло так мало времени…

И еще меньше времени у них осталось. Всего одна ночь.

Селена же видела, как сосредоточены были легионеры. Как строг и собран Ахига. С улицы то и дело доносились приказы, которые он раздавал своим резким и зычным голосом.

Уже стемнело, но воины все еще копошились в замковом дворе. Некоторые из них пытались шутить и травить байки, другие — преувеличенно громко смеялись. Одно только это уже говорило о том, что дела Седьмого круга шли не очень хорошо, иначе бойцы были бы спокойны.

Разумеется, правду никто не озвучивал.

Не озвучивал и Ваал, начав готовиться ко сну. Отстегнув от ремня ножны с мечом, который теперь всегда носил с собой, он положил его у кровати. Скинул штаны и лег на постель, но, в отличие от предыдущих ночей, не стал укрываться и прятать свою наготу.

Селена же всеми силами затягивала подготовку ко сну. Она гадала, как объяснить Ваалу, что еще не готова. Конечно, он все чувствовал, но ничего не говорил, ничем не выдавал своей осведомленности, за что Селена была ему признательна.

Стараясь не смотреть на него — как если бы его, словно зверя, можно было спровоцировать неосторожным взглядом — она забралась под одеяло. К ее изумлению, зверь этот ничего не предпринял. Не притянул Селену к себе, не дотронулся до нее.

Он просто лежал рядом, но она остро чувствовала его присутствие, поэтому ни о каком спокойствии не могло быть и речи. Наоборот, ее напряжение лишь нарастало. Когда Ваал, наконец, протянул руку и поверх одеяла коснулся бедра Селены, это было все равно что дотронуться до натянутой струны. Она слабо вздрогнула, даром что не зазвенела.

— Я хочу заменить плохие воспоминания хорошими, — тихо сказал Ваал. — Хочу, чтобы ты, представляя близость мужчины и женщины, думала обо мне, а не о нем.

— Едва ли что-либо способно стереть воспоминания, — нервно фыркнула Селена.

— Но мы ведь можем попытаться, верно?

— Ваал, я не знаю…

— Зато знаю я, — в его голосе слышалась улыбка. — Доверься мне.

В иное время Селена, вероятно, отказала бы ему. Попросила бы отсрочку до тех пор, пока не будет готова подпустить его к себе. Но сегодня…

Сегодня между ними витало то, что осталось несказанным. Они оба знали — эта ночь может стать для них последней. Так неужели Селена не даст Ваалу шанса насладиться ею перед боем и доставить ей удовольствие?

Теперь она особенно порадовалась их связи, благодаря которой была уверена, что он не принудит, не испугает. Отступит, если потребуется.

Глубоко вдохнув, Селена набралась решимости и потянула одеяло вниз.

Вот только Ваал не набросился на нее, даже не попытался раздеть. Он лишь навис над ней и прижался к ее щеке улыбавшимися губами.

Горячая его ладонь заскользила по руке Селены, затем по плечу, не касаясь ни груди, ни бедер. Ваал легко поцеловал ее веки, разгладил губами морщинку между нахмуренными бровями.

Только затем он приник к губам Селены. Ваал не уговаривал ее открыться ему, лишь гладил языком, пока она сама не захотела ответить. Да и как можно было отказаться? Поцелуй был неспешным, без намека на страсть или похоть. Он не распалял, лишь согревал.

Тем временем Ваал продолжил поглаживать ее плечо, но уже кончиками цепких пальцев. Ухватив лямку сорочки, он медленно потянул ее вниз. На мгновение Селена напряглась, но Ваал не переходил к решительным действиям, поэтому она быстро расслабилась.

Прервав поцелуй, он скользнул губами по ее подбородку. Носом слегка подтолкнул ее голову, призывая подставить горло его рту. Когда Селена послушалась, Ваал провел кончиком языка от ее скулы до бьющейся жилки у плеча. Остановился там, словно выжидая, прислушиваясь.

Видимо, он наблюдал, не испугается ли Селена. Лишь убедившись в ее согласии, Ваал приспустил на ней сорочку. Она понимала, куда он стремится, но не останавливала его, даже когда он поцеловал ее сосок через ткань. Не встретив сопротивления, Ваал оголил оба ее соска и облизал один из них уже без преград — мазнул языком по самому пику.

Внизу ее живота скапливалось тепло, но на этот раз оно ничем не напоминало былое пламя и не обжигало. Селена тихо вздохнула.

С приглушенным стоном Ваал продолжил ласку, облизывая сосок плавно, но настойчиво. Второй рукой он спустился вниз и провел кончиками пальцев по ее бедру, вместе с тем подтягивая вверх сорочку.

Селена не шелохнулась, даже когда Ваал оторвался от ее соска и приподнялся. Все так же медленно он передвинулся, чтобы устроиться между ее ног.

Она точно знала, что он собирается делать. На этот раз это было куда страшнее, чем тогда, в библиотеке, но Селена помнила свои ощущения и хотела снова их испытать. Запретные, непристойные…

Плевать на все! К черту Асмодея. Здесь и сейчас она решила, что не позволит дурным воспоминаниям испортить лучшую в мире прелюдию. Она раздвинула ноги чуть шире, показывая свое согласие.

И все же Ваал не спешил приступать к делу. Сначала он прижался губами к колену Селены, затем принялся осыпать поцелуями внутреннюю сторону ее бедер — то одного, то другого, постепенно пробираясь наверх. Вскоре Селена почувствовала его горячее дыхание между своими ногами.

Ваал взъерошил завитки внизу ее живота, погладил выпирающие тазовые косточки. Бережно раскрыв ее складки, он лизнул оголенную плоть. Ваал намеренно не дотрагивался до самой чувствительной точки, дарившей особо острое наслаждение, зато щедро одаривал вниманием все остальные потаенные места.

Сегодня удовольствие и вожделение были совсем иными, нежели прежде. Они не захватывали и не сдавливали в своих тисках, не вынуждали стремиться к разрядке. Селена дышала ровно, у нее не перехватывало дыхание. Это была блаженная истома, во власти которой она слабела и могла лишь тихо вздыхать.

В конце концов, Ваал все-так перешел к заветной точке. Облизал ее с одной стороны, потом с другой. Прижался к ней языком и мягко надавил. От волны удовольствия Селена с шумным вздохом выгнулась на постели. Довольный ее откликом, Ваал тихо застонал и снова надавил языком на чувствительную плоть.

Он делал так снова и снова. Селена не торопила его ни словами, ни действиями. Ей было сладко и очень-очень хорошо. Она шла к кульминации долго и плавно, а достигнув ее, не кричала, не содрогалась и не извивалась на постели. Селена просто позволила волнам блаженства омыть ее от макушки до пят.

Пока она приходила в себя, Ваал раздел ее полностью и вновь навис над ней. Он ничего не делал, лишь смотрел на нее. В полутьме чернота его глаз казалась абсолютной, непроницаемой, зато выражение лица… Селена видела, что Ваал отчаянно ее хотел, но держал себя в узде.

Внезапно у нее возникло желание немного его поддразнить. Она ведь знала, что он выдержит, не сорвется. Была уверена в нем больше, чем в самой себе. Селена голенью провела по бедру Ваала вверх и, ногой зацепив его за талию, потянула на себя так, чтобы мужская плоть скользнула по ее влажным складкам.

Он поморщился, словно от боли, задышал тяжелее. Видимо, его возбуждение было отнюдь не таким мягким, как у нее. Ваал покачал головой, укоряя Селену и вместе с тем предостерегая.

Вот только она не вняла предостережениям и притянула его еще ближе.

Видимо, восприняв это как разрешение, Ваал опустил руку между телами и помог себе проникнуть в Селену.

Как и в каждую предыдущую их близость, она почувствовала внизу живота сильное давление, но на этот раз ощущение наполненности исцеляло ее. Будто тогда, несколько дней назад, Асмодей отнял у нее что-то — нечто важное — и Ваал теперь вернул. Не было больше этой мучительной пустоты. Все место в ней занимал теперь он.

Поскольку Ваал так и не опустился на Селену, она смогла приподняться на локтях и посмотреть, как он владел ею. В красноватом лунном свете удалось разглядеть не так уж много, но и этого хватило.

Два существа становились единым целым. Ваал был повсюду — внутри нее и снаружи. Ну как могло остаться место для кого-то или чего-то еще?

— Прикоснись к себе, — хриплым шепотом приказал он.

Вскинув взгляд, Селена поняла, что все это время он смотрел ей в лицо — отслеживал, за чем она наблюдала, как откликалась. Что ж, раз так…

Откинувшись на постель, она провела ладонями по своей шее, затем по грудям. Слегка сжала их, погладила большими пальцами соски. Один из них отозвался на прикосновение легкой болью, но она отмахнулась от нее, запретив себе вспоминать о прошлом.

Снова потерев соски, Селена закусила губу от возбуждения, только и ждавшего возможности вспыхнуть с новой силой.

— Вот чертовка! — процедил Ваал. — Такая невинная… с виду. И не поймешь, то ли беречь тебя, то ли трахать.

— А можно и то, и другое? — промурлыкала она, от его слов распалившись еще больше.

— Именно этим я сейчас и занят, — натянуто рассмеялся он. — А теперь сделай, что я попросил.

На этот раз Селена не посмела ослушаться. Она не боялась Ваала, просто не хотела и дальше заставлять его ждать. Он же ее не заставлял.

Проведя кончиками пальцев по своим влажным складкам, она случайно коснулась того места, где Ваал проникал в нее, чем сорвала с его губ стон. Селена это запомнила и, доводя себя до кульминации, то и дело дотрагивалась до него тоже.

Вскоре их движения стали быстрее, беспорядочнее, приближая обоих к апогею. На первой же волне наслаждения Селена отдернула руку и, схватив Ваала, буквально повалила его на себя, вцепилась в него.

Содрогнувшись, он приглушенно вскрикнул и резко выдохнул.

Так они и замерли на несколько мгновений.

Вскоре Ваал попытался подняться, но Селена не отпустила его, просто не смогла. Ногами она обхватила его бедра, руками — шею. Практически обвила его собой.

Такой горячий, такой несокрушимый, такой… ее.

Сейчас, когда возбуждение остыло, ей захотелось расплакаться.

Но Селена не могла себе это позволить. Не имела права. Она ведь видела, знала, как тяжело у Ваала на сердце. Незачем добавлять ему проблем. Пусть он чувствовал ее боль, но видеть не должен был.

Поэтому Селена лишь прижалась к нему еще крепче, не собираясь отпускать его до самого отъезда.