Елена Звездная

   Воздух в помещении сразу стал каким-то другим, более плотным. Ещё в нём вспыхнул неразличимый, но совершенно чёткий запах опасности, который пробудил желание забиться куда-нибудь под стол.

   А лучше в бункер! Из числа тех, что на случай ядерной войны строят!..

   Или даже не в бункер, а в какую-нибудь ракету, улетающую в далёкий-далёкий космос, хотя… а я уверена, что полёт в космос от Агаррахата спасёт?

   Взглянув в усмехающиеся глаза Эурана, я нервно сглотнула и захлопнула крышку ноута. Интуиция не шептала, а прямо-таки вопила – сейчас что-то да произойдёт. И предчувствия не обманули – в следующий миг из висящего в углу крошечного динамика донёсся доброжелательный женский голос:

   - оспода учащиеся, просим вас явиться на общий сбор в большом зале. Сбор состоится… сейчас.

   - Ага, – радостно воскликнул Эуран.

   Ещё секунда,и братик-недоэльф подскочил со стула. Буквально в одно движение сгрёб в охапку все мои вещи, свободной рукой ухватил меня за шкирку, и мы… нет, не пошли. Он меня потащил!

    я не хотела! Я упиралась, ругалась и даже повизгивала – невзирая на гендерную принадлежность и огромное количество встреченных в коридоре свидетелей. Только когтистому блондину было пофиг! Он продолжал тащить вперёд и буквально сиял.

   Когда покинули коридор и очутились на лестничной клетке, визжать я перестала. Ещё мне удалось освободиться из захвата и теперь… я мрачно шагала вперёд сама.

   Причём не просто шла, а прокручивала в голове иформацию про отравление таллием, полученную на минувшем занятии, и попутно размышляла о том, где бы этот самый таллий достать,чтобы… pешить проблему вторoй своей помолвки.

   Хотя , если к делу уже подключился Агаррахат…

   В упомянутый «большой зал» я вошла ну очень хмурой. Мимолётно отметила величие и мрачность окружающего пространства с его арочными сводами, монументальными колоннами, настенными мозаиками и прочим факелами на стенах.

   Потом взгляд упал на мраморную лестницу, расположенную в конце зала, и желание покинуть эту планету вернулось. Просто там, на лестнице, стоял наш драгоценный директор, и улыбался настолько хищно, что cтало совершеннo ясно – всё, капец.