Глава 6. Союзники
Рома потерял Еву из виду, когда она с группой братьев свернула за угол дома. Не так он представлял ее встречу с братством. Почему все пошло наперекосяк?
Он плелся вслед за верховным братом. Седой затылок служил ему ориентиром, но чаще он смотрел себе под ноги, держать голову прямо мешало чувство вины.
Верховный брат привел его в комнату с длинным столом и рядом одинаковых стульев − в зал совещаний. Стяжательство в братстве считалось грехом, а потому жили братья скромно, если не сказать бедно.
Седовласый занял место во главе стола и пригласил Рому сесть по правую руку от него, оказав тем самым честь. Рома должен был гордиться собой, но на душе было тошно. Он с трудом добрел до стула и повалился на него усталый, как если бы в одиночку перекопал пятьдесят соток огорода за окном.
- Ты отлично потрудился, - похвалил верховный брат.
Рома кисло улыбнулся в ответ.
- Дальше мы разберемся сами, − продолжал верховный брат. − Разрешаю тебе переехать к нам. Твоя работа окончена, пришла пора насладиться отдыхом в кругу друзей. Но мы не станем препятствовать, если ты пожелаешь закончить учебу.
- Что будет с девушкой?
- Пусть тебя это не волнует, - верховный брат махнул рукой, словно говорил о чем-то незначительном.
А речь, между тем, шла о человеке. Более того, о его единственном друге. И Рома настоял:
- Все же я хочу знать.
На лбу седовласого обозначились морщины − карта невзгод и тревог тяжелой жизни. Он подошел к двустворчатому окну. В свете люстры Рома различил татуировку в форме буквы 'Т' сзади на шее верховного брата. Она выцвела от времени, но все еще отчетливо проступала на коже подобно черной метки.
- Мы положим этому конец.
Верховный брат произнес это, не оборачиваясь, но Рома видел отражение его лица в стекле. Губы верховного брата были сжаты, глаза сощурены. Он выглядел непреклонным, как камикадзе готовый броситься на врага и погибнуть.
- Каким образом? - Рома запнулся, но выдавил из себя вопрос.
Верховный брат крутанулся на пятках. Его глаза пылали. Прежде Рома принимал этот огонь за непоколебимую веру и только сейчас осознал: это пламя фанатизма, сжигающее все на своем пути.
- Вы не посмеете причинить ей вред! − Рома вскочил на ноги. − Она всего лишь подросток.
- Она исчадие ада! - осадил верховный брат. - Таким, как она, не место на земле.
- Но она борется. Дайте ей шанс, и вы поймете: она способна противостоять злу. Или вы забыли о добровольном выборе? − он пылко жестикулировал, точно жесты могли убедить собеседника.
- Довольно, - в голосе верховного брата зазвучали покровительственные нотки. - Я знаю, ты много времени провел с этой девушкой. Твои глаза застила привязанность к ней. Я не сужу тебя за это. Но ответить мне, что значит одна жизнь по сравнению со спасением всего человечества? По-моему, это сносная цена. Ты не находишь?
- Разве нельзя спасти человечество без жертв?
- Так не бывает, - верховный брат подошел к Роме и опустил руки ему на плечи. - Со дня смерти твоих родителей я заботился о тебе. Ты мне, как сын. И я говорю тебе, мой мальчик: этот мир не дает ничего просто так. Всегда требуется отдать что-то взамен.
- Жизнь Евы, например?
- В этот раз да.
- Что скажут люди, когда узнают, что из-за них погибла невинная девушка?
- Поверь мне, ради собственного блага люди способны и на большие жертвы, - взгляд верховного брата подернулся печалью. Он искренне горевал о заблудших людских душах.
Верховного брата невозможно было переубедить. Хуже всего то, что в его словах была доля истины, и Рома не мог это не признать. Он предпочел скрыться в своей комнате, и лишь затворив за собой дверь, дал волю эмоциям. Пнув колченогий табурет, он обогнул односпальную кровать и выглянул в окно. Ночь выдалась тревожной. По случаю прибытия важной персоны, бодрствовали все жители фермы. Двор освещали несколько десятков фонарей. Добраться до амбара незамеченным было нереально.
По убогости обстановки его комната могла соперничать с кельей отшельника. Рома редко бывал здесь, это место было для него чужим. Как и люди, проживающие здесь. Впервые за свои восемнадцать лет Рома задумался над тем, насколько он далек от 'Братьев света' и его идей. Он вырос за пределами коммуны, вдали от ее идеалов. И хотя знал наизусть все постулаты братства, не верил в крайние меры.
Осмелев от собственной дерзости, Рома покинул комнату, которая с этой секунды перестала быть его. Люди, встреченные на улице, улыбались ему. Он кивал в ответ на приветствия, но с каждым шагом пропасть между ним и бывшими соратниками увеличивалась. К амбару он подошел опустошенным. По мыслям и чувствам пронесся ледяной смерч, вычистив Рому до блеска. Он был абсолютно пуст, как опорожненный стакан. Но именно внутренняя пустота помогла ему совершить намеченное.
- Привет, - парень, дежуривший у амбара, протянул ему руку.
Рома на автомате пожал ее:
- Хочу поговорить с девушкой, Вова. Пустишь?
Коренастого брюнета, сторожащего амбар, он знал с детства. Они никогда не были дружны, но и ссор между ними не случалось.
Вова окинул его пристальным взглядом; от напряжения спина Ромы покрылась капельками пота.
- Проходи, - кивнул Вова и открыл ворота.
Не переставая удивляться тому, как легко он преодолел пост охраны, Рома нашел люк в полу. Спускаясь по лестнице, он твердил себе, что вытащит Еву из неприятностей, в которые ее втянул, но путь через подземный коридор дал ему понять, что исправить ничего нельзя. Буквально на каждом повороте дежурил кто-нибудь из братства. Войти в амбар и даже добраться до клетки, где держали Еву, мог любой желающий, однако выйти был в состоянии тот, кому позволят это сделать. Его-то выпустят, но лишь его одного.
И все же он проделал путь до конца. Хотя бы ради того, чтобы сказать Еве: он не представлял, что замышляет верховный брат. Никогда Рома не желал ей зла. Тем более смерти.
Перед последним поворотом, ведущим в зал с клеткой, дорогу преградил один из старших братьев. Сердце Ромы екнуло. Вот оно! Сейчас его задержат, но вместо допроса ему прочитали инструкции.
- Не подходи к клетке ближе, чем на три шага. Не трогай выключатели. И не смотри ей в глаза.
- Почему не смотреть в глаза? - не понял Рома.
Брат наклонился к нему и прошептал:
- Говорят, она взглядом гипнотизирует людей.
Всего пару часов Ева провела в заточении, а по ферме уже гуляли слухи насчет нее. Братья и их семьи подтягивались со всей округи, чтобы посмотреть на чудище, которого их всю жизнь учили бояться и ненавидеть. Какова была их реакция, когда они видели в клетке не злобного монстра, а напуганную девочку? Впрочем, их с детства пичкали страшилками о всаднике по имени Тьма. Рома подозревал, что увиденное ими здорово отличалось от действительности.
Вокруг клетки собралось человек семь. Они держались на безопасном расстоянии от прутьев, предпочитая испачкать одежду, прижимаясь к стенам. Посетители у клетки с тигром, не иначе.
Рома еле сдержал стон, заметив Еву. Она сидела на земле и, поджав ноги и обхватив их руками, склонила голову на колени, пряча лицо. Плечи Евы мелко дрожали. От громких звуков ее передергивало, словно она касалась оголенного электрического провода.
Первым его позывом было броситься Еве на выручку, отомкнуть решетку и выпустить ее. Он усилием воли подавил порыв. Надо действовать тоньше, но прежде чем покинуть подвал, он должен приободрить Еву.
Минут сорок Рома выжидал в дальнем конце зала, когда поток желающих посмотреть на всадницу иссякнет. Все это время Ева не меняла позы. Наконец, ему повезло. Трое посетителей двинулись к выходу, а новые еще не подоспели. Не теряя ни секунду, Рома бросился к клетке.
- Ева! - даже шепот здесь звучал, как окрик.
Она вздрогнула и подняла голову. При его виде взгляд Евы моментально сделался колючим.
- Ты меня обманул! - выпалила она, подползая к решетке. - Ты обещал, что мне помогут, а вместо этого меня держат взаперти. Но хуже всего эта дурацкая лампа. У меня от нее кожа пылает. Неужели ее нельзя выключить?
Рома посмотрел наверх. Прожектор был необходимой мерой безопасности, сдерживающей Тьму. Там, где свет, нет места тьме. Странно, что Ева этого не знала.
- Прости, я не представлял, что так получится, - вздохнул он. - Я вытащу тебя отсюда, наберись терпения.
- Я долго не выдержу, - предупредила она.
'Долго ждать и не придется', - подумал Рома. Вряд ли братья будут тянуть с казнью. Слишком велико их желание освободиться от ненавистного всадника по имени Тьма.
Из коридора раздался звук шагов. Рома отпрянул от клетки и прижался спиной к стене. Мимо прошли парень и девушка, держась за руки, как на свидании.
Обратный путь Рома преодолел втрое быстрее. Он взлетел вверх по лестнице и едва не сбил охранника у ворот амбара. На улице он перешел на бег. Если кто-то удивился его спешке, то виду не подал.
Рома завел 'Фольксваген' и до отказа выжал педаль газа. Каждая минута была на счету. Он так и не поинтересовался, когда состоится казнь. Возможно, жить Еве осталось не больше суток.
Солнце встало из-за горизонта, когда 'Фольксваген' притормозил у дома Евы. Особняк был погружен в сон. Шторы на втором этаже были плотно задернуты.
Рома решил подождать на улице, пока кто-нибудь выйдет. Если бы речь шла о нем, он бы рискнул проникнуть в дом, но любой неверный шаг мог стоить Еве жизни. Ее благополучие зависело от того, сумеет ли он позвать на помощь.
Припарковав машину в тени деревьев на противоположной от дома стороне улицы, Рома сполз вниз по сиденью. Он наблюдал за входной дверью в зеркало заднего вида, оставаясь незамеченным. Часы на приборной доске показали восемь утра, на улицу вышли первые прохожие, проезжую часть заполонили машины. Прошло минут сорок, поток спал, и округа снова погрузилась в дрему. На часах было девять ноль две; детвора повалила на площадку для игр. Вслед за ними, не более чем через полчаса, мамаши отправились в продуктовые магазины. Чуть позже на лавочках расселись старушки, а особняк, за которым он вел слежку, по-прежнему выглядел нежилым. На часах была половина одиннадцатого, когда отчаянье Ромы достигло пика.
Он был готов ринуться в дом через парадную дверь. Стучать и звонить. Лишь бы его впустили, выслушали и помогли, а там будь что будет. Реализовать нехитрый план ему помешало долгожданное чудо: дверь особняка распахнулась. Сощурив глаза, Рома следил за происходящим на пороге, боясь упустить малейшую деталь. Взору предстала стройная девичья фигура, в которой он опознал Викторию. Лучше и придумать было нельзя! Девушка направлялась в магазин. Ее путь пролегал мимо припаркованного у обочины 'Фольксвагена'.
По стуку каблуков Рома вычислил, когда Вика поравнялась с машиной. Приоткрыв дверь со стороны пассажира, он позвал ее по имени. Она оглянулась, оценивая ситуацию, и юркнула внутрь салона.
- Тебе чего? - захлопнув дверцу, спросила она.
- Мне нужна твоя помощь, − Рома сразу перешел к делу, но Виктория его перебила.
- Тебе не кажется, что я уже достаточно тебе помогла? Сначала отпустила, не доложив Сергею, потом провела к Еве в комнату. Может, хватит? Или ты возомнил, что я твоя личная прислуга и ко мне можно обращаться в любое время дня и ночи?
Вклиниться в поток Викиных слов было непросто, но Рома отважился на этот шаг. Повысив голос, он выпалил:
- Ева в плену у 'Братьев света'. Они намерены ее убить.
По инерции Виктория еще что-то говорила, пока до нее не дошел смысл новости, и она не умолкла на полуслове.
- Что ты сейчас сказал? - она повернулась к Роме всем корпусом.
- Ева у братства. Надо что-то делать!
- Вот мне интересно, как она туда попала? - Виктория выглядела так, точно прикидывала в уме, как лучше расправиться с Ромой: сразу четвертовать или сначала выпотрошить кишки. - Еще вчера вечером она была у себя.
- Только не заводись, - Рома поднял руки, призывая к мировой. - Сейчас главное спасти Еву.
- Не заводиться? - Вика практически визжала. - Это я пустила тебя в дом. И ты, между прочим, - она болезненного ткнула его пальцем в грудь, - обещал быть паинькой. Что я скажу Сергею, когда он пронюхает о случившемся? Да он сотрет меня в порошок и развеет над сточной канавой. Я погибла, - она обхватила голову руками и принялась раскачиваться на сидении.
- Успокойся, мы со всем разберемся.
- Тебе легко говорить. Не ты столкнешься с разгневанным демоном.
- Он ничего не узнает.
- Как это? - ради ответа Вика прервала раскачивание.
- Мы ему не скажем.
- Отличный план, - она кивнула. - А сам он, конечно, не заметит.
- Сергей думает, что Ева ранена и сидит у себя в комнате. Если мы вернем ее до того, как он пронюхает, что она пропала, все обойдется.
- Почему ты постоянно говоришь 'мы'? Это ты потерял девчонку, - за словами последовал очередной болезненный тычок. - Тебе ее и возвращать.
- Мне одному не справиться, - признался Рома.
Виктория откинулась на сиденье и устремила взгляд в лобовое стекло автомобиля. Внешне она была спокойна. Шок от неприятного известия миновал, и она искала выход из ситуации. По крайней мере, именно на это рассчитывал Рома. Все-таки она всадник по имени Война. Кому, как ни ей, освобождать заложника?
- Нам нужен Алекс, - сказала Вика, погрузив Рому в тяжкие раздумья.
- Это необходимо? Не уверен, что он захочет помочь.
- Вместе мы сила. Либо так, либо девчонка умрет.
- Ты идиотка! Боже, какая же ты идиотка! Правду говорят: сила есть, ума не надо, - казалось, Алекс вот-вот схватится за голову, таким раздосадованным он выглядел.
Рома и Вика сидели на стульях, сложив руки на коленях, как прилежные ученики, пока Алекс нарезал круги по библиотеке. Новость о пленении Евы привела его в ярость, и он незамедлительно обрушил ее на Викторию.
- Поаккуратнее с выражениями! - возмутилась Вика.
- С какой стати? - делано изумился Алекс. - Ты фактически помогла Еве сбежать. Отцу следовало прибить тебя еще в прошлый раз. И чего я полез тебя защищать?
- Ты расскажешь Сергею?
- Нет, хотя следовало бы. Но если он узнает о побеге, огребем мы все. Мы вернем девчонку до того, как все всплывет.
Рома улыбнулся: Алекс, несмотря на угрозы, принял их сторону. Но что скажет Макс?
Они трое, как по команде, посмотрели на Максима. Он стоял у двери, готовый в любой момент выбежать из библиотеки. Вероятная гибель Евы, как показалось Роме, волновала его меньше, чем перспектива рассердить демона Зенита.
- Ты с нами? - вкрадчиво поинтересовался Алекс.
- Вам нужен отвлекающий маневр, - уклонился от ответа Макс.
- Вот как.
- Я удержу Сергея от поисков Евы, пока вы ее не вернете, - заявил Макс.
Судя по поджатым губам, Алекс не верил младшему брату, но и тащить с собой обузу не хотел.
- Ладно, оставайся. Посмотрим, какой из тебя прикрыватель тылов, - согласился Алекс.
- Возьмем с собой Виталика? - предложил Рома.
- Этот балласт нам ни к чему, - отмахнулась Вика.
Их план был прост: ворваться на ферму и выкрасть Еву. Ничего лучше за короткий срок они не придумали. Рома рассчитывал, что пока с ним Война и Смерть препятствия исчезнут сами собой. Уповая на это, он с легким сердцем сел за руль 'Фольксвагена'.