Глава 29

Но этот гад ловко перехватил меня и пару раз хорошенько встряхнул.

— Ты что и правда такая дура? Или ты думаешь, что это я тебя придушить хотел, чтобы тут же и прикопать? Ну, давай скажи, скажи, что ты так считаешь! И тогда я тебя оставлю с этим твоим ментом. Если ты и правда такая идиотка! — все это он проорал мне в лицо, с болью смотря прямо в глаза.

— Нет, нет… я не думаю, я не знаю! Да что в самом деле происходит! — на последних словах я тоже уже орала, потихоньку сходя с ума от происходящего.

Боже мой, кому верить?!

Привязан. Как такое может быть, что капитан Лютаев голый привязан к дереву? Это страшный сон, или?.. Никогда бы не подумала, что мой любимый способен на такое. А что, если он врет мне? Так, стоп, Женя… нужно вначале во всем разобраться…

— Ну раз ты так не думаешь, тогда просто постой спокойно и послушай, что расскажет тебе этот милый человек. И тогда, я обещаю, что отпущу его. Если, конечно, ты сама этого захочешь, — усмехнулся Денис.

Я согласно кивнула.

— Только прикрой его чем-нибудь, — я старалась не смотреть на голого капитана, но все же взгляд иногда нет-нет, но падал куда не следует.

Денис усмехнулся и развел руками, мол, нечем. Ну ладно, чертов ты извращенец, твоя взяла.

— Ну хоть не свети ему туда больше, это бесчеловечно! — попросила я.

Денис подошел к капитану, посветил ему фонариком прямо в глаза, отчего тот немедленно зажмурился, и вытащил что-то похожее на носок у того изо рта. Лицо, жуткое, красное, покрытое волдырями, скривилось от боли. Капитан крякнул и прохрипел:

— Женя, не верьте ему… это он хоте…

Денис тут же затолкал носок обратно ему в рот, схватил меня за руку и повел прочь с поляны. Я принялась сопротивляться, Лютаев в ужасе и отчаянии что-то там замычал, а Денис, будто того и ждал, в два прыжка достиг капитана и прошипел ему прямо в лицо:

— Я тебя предупреждал, урод! Или ты тут сгнить хочешь? А может опять мордой в муравейник хочешь?! Может думаешь, что тут твои корочки тебя спасут? Давай, у тебя последний шанс. Или так и будешь тут голый висеть, пока не сдохнешь… А я потом вернусь, медом тебя намажу. Тут как раз недалеко пчелиный рой.

— Денис! Не надо, слышишь… Прекрати, — орала я, пытаясь оттащить "археолога" от изуродованного капитана. С пятой попытки мне все-таки это удалось, и я упросила Дениса оставить Лютаева в покое. В конце концов лежачего не бьют, а он у нас еще и привязан…

Я не могла поверить, что тот, кого я так люблю, способен на такие зверства.

— Ну давай, расскажи, как ты здесь оказался? Будешь рассказывать, или фигней страдать продолжишь?

Лютаев в ответ энергично закивал, что могло означать что угодно, но Денис снова вытащил у него изо рта носок.

— Мы должны были встретиться на автовокзале, но это я ей так сказал, — отдышавшись, и отвернув голову в сторону, сплюнул капитан на землю, — а сам сюда приехал на машине и ждал за кустами, когда она появится на остановке.

— Долго же вы ждали, я там минут двадцать стояла, — растерянно произнесла я.

— А ты думаешь так легко что ли? — выплюнул он мне с такой ненавистью, что я даже отступила назад.

— Что легко? — все же спросила я.

— Ну давай, скажи, что ты должен был сделать? — рявкнул на него Денис, — И за что я тебя, тварь, мордой в землю тыкал. Давай-давай, герой чертов! Расскажи все, что ты мне рассказывал.

Лютаев снова смачно сплюнул на землю и зло произнес:

— Напугать. Дуру эту с длинным носом напугать я хотел. Довольны?!

За «дуру» он тут же получил удар в нос, а я закричала, чтобы Денис прекратил все это.

— А зачем вы меня напугать хотели? Вы ж меня и придушить так могли!

— А он бы и придушил, — хохотнул Денис, — у него в машине и лопата была. Ну чтобы тут же закопать. Хорошо, я вовремя успел, а то ты уже глазки-то свои красивые закатила.

Я стояла, как пришибленная и не знала, как вообще реагировать на это вот все.

— Ну что, сволочь, давай уже сначала всю историю, не томи меня! Я из последних сил сдерживаюсь, чтобы тебе почки не намять! — в конце концов Денису явно надоело, что разговор наш никак не двигается с места, и он решил поторопить Лютаева.

— Я же уже все рассказал, — пробормотал капитан, но, увидев, как Денис снова поднял руку с носком к его лицу, заговорил:

— Я когда сюда в первый раз еще приехал, сразу неладное заподозрил. Ингу я знал, она к сеструхе моей в гости часто приходила. Нормальная девка была. По части нижней только без тормозов совсем. Если что захочется, так все, никаких препон. Ну я с ней тоже, грешным делом, пару раз кувыркался, но потом у меня Танюха моя появилась, и я эту шмару лесом послал. Она, кстати, особо и не обиделась… Сеструха моя на нее часто правда жаловалась, она у нее вечно парней уводила. Ну я ей говорю, чего ты с ней общаешься-то? А эта идиотка и заявляет, мол, врага нужно держать поближе. Дура, мать ее!

Тут Лютаев попросил сигарету, но Денис показал ему кукиш. Тот снова сплюнул на землю, но продолжил:

— Ну и вот она как-то опять в слезах прибегает, кричит, что та у нее парня увела. Я говорю, мол, ты ей в лобешник что ли уже дай, сколько же можно терпеть?! А эта дура и заявляет, что она знает способ мести получше. Поэтому я когда трупак увидел, сразу на сестру подумал. Подумать-то я подумал, а сам молчу. Надеялся, что все-таки не она это. Тут как раз бабку убили, ну я и вздохнул. Потому что на фига сеструхе бабка какая-то?!

Тут Лютаев сделал очередную попытку выцыганить сигарету, и Денис все-таки сжалился над капитаном. Тот прикурил, втянулся… Я затаила дыхание.

— А эта дура прибегает ко мне и как на духу все выкладывает. Орала, все сопли по морде размазала. Я ей говорю:

— Какого ху…дожника ты за ней пошла?

А она орет:

— Эта тварь с моим, моим мужиком, понимаешь, гулять шла?! А я знаю, что он ей на фиг не нужен! Я ее окликнула, а она мне рукой такая махнула, типа до свидания. А мне знаешь, как обидно стало?!

— Ну и послала бы ее лесом, за каким, я тебя спрашиваю, ты за ней пошла?

— Да я ей говорю по-хорошему, отдай мне Юрку, шалава ты растакая. А она смеется. Представляешь, мне в лицо ржет. Идет, задом своим во все стороны виляет, вертихвостка. Я за ней. Она меня уродкой назвала, понимаешь?! Она сказала, что на меня ни один мужик по доброй воле… Я… я не хотела…. Я не знаю, как так вышло… У меня в глазах все прям поплыло, а в кармане веревка… я… я белье вешала… а тут…

Лютаев натурально сплюну на землю, грязно выругался и продолжил:

— Я эту аффективную спрашиваю:

— Бабку ты какого художника зарезала?!

А она мне на голубом глазу и выдает:

— Да мы когда орали, Фанька все слышала, карга старая. Так и шли, шлюшка эта, я, а бабка за нами. Короче она меня шантажировать начала. К деду пришла и сказала, чтобы он мне передал, типа я знаю о чем речь и должна теперь к ней припереться. Ну я и приперлась…, да кто знал-то, что она столько денег попросит?! А тут я еще вспомнила, что матушка моя в ее застенках умерла, и все… У меня опять та пелена перед глазами, понимаешь?! Сама не помню, как нож схватила…

Я этой сумасшедшей говорю:

— Язык ты зачем ей вырвала?!

А она смотрит так на меня, странно… мычит что-то. Тут, если по чесноку, я здоровый и крепкий мужик, сам ее бояться стал. Думал, знаю человека, росли вместе. А оно вон как. По-моему, у нее крыша совсем потекла.

— Дальше что было? — перебил его Денис.

— Ну чего дальше-то… Я ей сказал затаиться, в деревне больше не появляться. Деду сказать, что работу в другом городе предложили и что скоро уедет. Сказал, чтоб заявление на работе написала об увольнении и вела себя спокойно. А она потом снова пришла, пожаловалась, что эта вот, — тут Лютаев кивнул на меня, — приходила, вынюхивала все. Рассказала, как на директрису все спихнула…

— Погодите! — я не удержалась и воскликнула от догадки. — Лана это Света? Да?