Глава 5

Вечером в отеле должно было быть фаер-шоу. Пятница, много отдыхающих выходного дня. Израильтяне, местные семьи. И ужин был поинтереснее обычного, и анимация. Представление должно было начаться только в девять. Сейчас еще не было и семи.

Илья шатался по территории в надежде встретить Миру. Как бы случайно. Позвать ее поужинать вместе или посмотреть на жонглеров. Он не знал, что ей скажет, собирался отталкиваться от ее настроения и реакции, но твердо был намерен ее найти. Обошел бассейны, прошел по красиво сформированным аллеям, обогнул амфитеатр, в котором играли дети. Ее нигде не было видно.

Рыжий вздохнул, мотнул головой, с тоской посмотрел на бар, в котором уже было шумно, и решил найти место потише. Просто чтобы подумать. Идти в номер было глупо, поэтому он еще раз обошел бассейны и направился к теннисным кортам. В это время суток там точно никого не должно было быть.

Если стоять спиной к отелю, то по правую руку от корта возвышалась небольшая трибуна. Вряд ли тут проводились соревнования, скорее всего, места были предназначены для родственников играющих и тех, кто ждет своей очереди. Туда Илья и шел. Обогнул живую изгородь, прошел за сетку и замер. Подобрав под себя ноги, на трибуне сидела Мира. Она смотрела на пустыню и Илью не видела. Вид с корта открывался так себе: дорога, какая-то незаконченная стройка, совершенно неприглядный поселок, в котором обитали местные. Вряд ли Мира любовалась открывающимся видом.

Илья медленно подошел к ней, стараясь не сильно шуметь. Она обернулась, когда он был от нее буквально в трех шагах. Замерла, нахмурилась.

– Привет, – он начал разговор первым. Хотя разговор – громко сказано. Поздоровался и замолчал. Остановился там, где стоял, убрал руки в карманы джинсов, замер в ожидании.

– Привет, – после долгой паузы тихо отозвалась она, снова отвернулась.

Илья подошел еще на один шаг ближе:

– Любуешься пейзажем? – спросил с интересом.

– Созерцаю действительность, – бросила она.

– И как она тебе? – они ведь сейчас не о песках говорят.

– Противоречивая! – Мира соизволила посмотреть на Илью. – Яркая, интересная, незнакомая, неизведанная, но смотришь и боишься. Там, – кивнула на пески, – легко ошибиться и очень сильно обжечься.

– Можно не углубляться, – присел около нее, уперся локтями в колени, посмотрел ей в глаза снизу вверх. – Не уходить далеко. Просто посмотреть. Не рискуя. Точно зная, что скоро вернешься назад, – ему сложно давался этот разговор, ждал ее реакции.

– Не уходить далеко? – произнесла она медленно.

– Угу, – кивнул он, – и быстро вернуться, – почувствовал, что дыхание сбивается. Что он вообще сейчас делает? Что это за игры словами?!

Мира вскинула подбородок, расправила плечи, резко встала:

– Ну что ж, – она дождалась, когда он поднимется, и проговорила, глядя ему в глаза: – Показывай, как далеко можно зайти, чтобы не потеряться!

Илья, не отрывая от нее взгляда, взял ее за руку и потянул к выходу с территории отеля:

– Пойдем, – идея пригласить ее вместе ужинать сейчас казалась смешной, а посмотреть шоу – абсурдной.

– Куда мы идем? – она занервничала.

– Созерцать действительность, – посмотрел на нее с усмешкой.

Он вел ее к морю. Почему-то именно это место сейчас казалось ему правильным. К самой кромке воды подходить не стали, остановились на холме, глядя на воду и опускающееся к ней солнце. Диск медленно сползал все ниже, пока не скрылся за острыми скалами вдалеке, но оставшиеся его лучи причудливо подкрашивали облака, раскрашивая их всеми оттенками от нежно-розового до бордового.

– Ставлю сто к одному, что море не обожжется, – иронично проговорил Рыжий.

– Они просто из разных миров, – парировала Мира.

Оба замолчали. Небо очень быстро темнело, становясь сначала багряным, потом фиолетовым, потом почему-то зеленым.

– На небе только и разговоров, что о море и о закате, – тихо проговорила она.

– Там говорят о том, как чертовски здорово наблюдать за огромным огненным шаром, как он тает в волнах, – подхватил цитату Илья, повернулся к ней, увидел восторженный взгляд. – «Достучаться до небес», – улыбнулся. – Культовое кино.

– Грустное, – тепло улыбнулась Мира.

– Почему? Эти двое сделали то, что хотели, – повел плечом. – Разве надо обязательно дожить до глубокой старости? Есть те, кто живет по сто лет, не выезжая из своей деревни, а есть те, кто успевает объехать полмира за пять лет. Кто из них живет правильно? – обернулся к Мире Рыжий.

– Наверное, – задумчиво ответила она, – тот, кто счастлив.

– Кто счастлив? – переспросил он с досадой, снова отвернулся к морю. – Наверное.

Разговор не клеился, с воды повеяло прохладой. Мира поежилась. Илья снял куртку, молча накинул Мире на плечи. Она замерла, будто не ожидала. Илья внимательно на нее смотрел, не приближаясь, не касаясь.

– Скажи, – нахмурилась Мира, – это будет банальный и пошлый курортный роман?

– Банальный и пошлый? – хмыкнул Илья, отвел взгляд. – На роман рассчитывал, – посмотрел ей в глаза, – но банальностей и пошлостей хотел бы избежать, – невесело усмехнулся.

Мира напряженно молчала. Илья замер, рассматривая ее. Наблюдал, как ветер треплет волосы, как хмурятся брови, как сжимаются в упрямую линию губы, а пальцы судорожно цепляются за край его куртки. Да черт с ним, с этим спором! Пусть и проиграл!

– Пойдем в отель, – негромко позвал он. – Уже холодно, – повернулся к морю спиной.

– Илья, – неожиданно звонко позвала она.

Обернулся. Мира была взволнована, неровно дышала, будто набиралась смелости что-то сказать, ее грудь высоко вздымалась.

– Я не против романа, – наконец выпалила она. – Пожалуй, – нахмурилась, отвела взгляд, но все же решилась, – пожалуй, это именно то, что мне сейчас нужно.

Илья замер. Ему дали карт-бланш. Он только что решился проиграть, но все же выиграл? Или то, что происходит, совсем не игра?

Медленно подошел к ней, нежно коснулся пальцами щеки, провел по скуле к ушку, коснулся мочки, опустился на шею. Мира вздрагивала от его прикосновений, а он не спускал с нее взгляда. В тот момент, когда она чуть выгнулась, подавшись ему навстречу, наклонился и чуть-чуть, еле ощутимо сжал ее губы своими губами. Мира ахнула, обмякла.

– Пойдем в отель, – повторил он, только уже совсем другим тоном. Его пальцы поднимались по ее шее и путались в волосах, его губы практически касались ее лица, тепло от его дыхания растекалось по ее щеке, ключице.

У нее не было сил отвечать, она только кивнула, а Илья опустил руку, обнял ее за талию, притянул к себе. Запоздалые лучики солнца путались в ее волосах, делая их похожими на огненные всполохи. Ну уж нет. Он знает что делает. Он точно не обожжется.

***

Где-то внизу гремела приветственная музыка, шумели люди, по всему холлу разносился запах жареного мяса, но им сейчас было не до того. Рыжий втащил Миру в свой полутемный номер, прижал к стене, впился в нее губами, свет не включал. Он заключил ее в кольцо своих рук ,будто боялся, что она сейчас вырвется, убежит. Хотя почему «будто». Илья действительно боялся, что она передумает. Не из-за спора боялся. «Ты говоришь о банальностях, Мира?»

Он осыпал поцелуями ее лицо, скользил кончиками пальцев по телу, едва скрытому тонкой тканью платья. Прекрасный климат! Одежда – одно название. Положил ладонь на ее грудь, большим пальцем провел по соску, втиснул колено ей между ног. Прикинул, сколько она весит. Да, для него нисколько! Будет удобно. Уже подхватил ее под бедра, когда она оторвалась от его очередного поцелуя:

– Пошли на кровать, – прошептала хрипло.

– Как скажешь, – кровать так кровать. Вообще без проблем.

Сделал шаг назад, рывком стянул с себя футболку. Ее глаза, уже привыкшие к полумраку, легко различали рисунок мышц на его теле, широкие сильные плечи, узкий торс, кубики пресса. Мира провела ладонью по его груди. Не так, как ласкал ее он. Не страстно. Медленно, восхищенно. Рыжий расстегнул пуговицу на поясе, приглашая ее ладонь скользнуть чуть ниже. Нет. Дернулась, испугалась, руку убрала. «Да черт возьми, я все равно его в тебя сейчас засуну!»

Шагнул к кровати, потянул ее. На Мире было платье с глубоким вырезом и длинными рукавами. Красивая, стройная, очень женственная, такой благородный профиль, острая ключица. Если честно, Илье не хотелось спешить. Хотелось рассмотреть ее, хотелось дотронуться до каждого участка ее кожи, хотелось медленно стягивать платье, целуя плечи. Но это будет потом. Черт! Это обязательно будет. Потом.

Присел перед ней, завел руки под подол, взявшись за щиколотки. Медленно заскользил вверх по ее ногам, поднимая ткань. Мира вздрогнула, вся напряглась, особенно, когда он дошел до бедер. Рыжему дико хотелось дать волю рукам и впиться пальцами в эту округлую, мягкую попку, но блин! Что ж ты так психуешь? Будем играть в целомудренность?

Скинул платье, расстегнул бюстгальтер, оставив ее в одних трусиках. Встал перед ней, очень близко. Слегка касаясь грудью ее сосков, взялся за тонкое кружево у нее на бедрах и вопросительно замер. Ждал ее решения. Мира судорожно вздохнула, положила ладони поверх его рук и надавила вниз. Отлично, кошечка моя! Дело сделано. Чуть толкнул ее, чтобы она легла на кровать.

С себя джинсы стянул одним комком с трусами и носками, вытащил из заднего кармана презерватив, одежду швырнул на пол. Лег сверху, оперевшись на локти. Мира чуть подвинулась, пытаясь улечься под него. «Да щаз! – хмыкнул про себя Рыжий. – Пять минут в миссионерской позе и разошлись?!» Подхватил ее ноги, будто брал на руки, завел их чуть глубже на кровать, сам улегся сбоку и чуть позади Миры. Притянул ее спину к своей груди, откинул волосы, впился губами в шею, заскользил руками по ее животу, прижимаясь, вдавливаясь в нее, давая ей почувствовать его возбуждение, давая ей привыкнуть к его телу. Поймал ложбинку между ее бедер, чуть двинулся членом вверх, потом вниз. Она вздрагивала от его прикосновений, а он не знал, что ему нравится больше, вот это красивое женское тело – где надо тонкое, изящное, упругое, где надо мягкое, нежное, податливое, – или же ее неискушенность, ее неловкость. Не знал, чего ему больше хотелось, то ли самому прорваться сквозь эту стену стеснения, то ли довести ее до того состояния, когда она будет рваться к нему и требовать ее взять.

Его пальцы блуждали по ее большой груди, гладили ее живот. Она снова попыталась развернуться и обхватить его ногами, а Илья опустил руку ниже, аккуратно тронув ее промежность. «Сухая, черт возьми! Как та пустыня! И какого ты пытаешься лечь под меня? Что ты себе в голове напридумывала? Ненавижу, когда женщина в постели думает!»

Дал ей повернуться на спину, накрыл ее сверху, легонько тронул ее губы своими, и тут же спустился: шея, ключица, ушко, грудь. Мира выгнулась, еле слышно застонала. «Прекращай думать, кошечка!» Втянул ртом крупный сосок, как если бы мог оттуда добыть молока, стиснул пальцами второй. Еще один стон. «Отлично, моя хорошая!» Опустился рукой к ней между ног, положил ладонь на закрытую щелочку, погладил. Дал ее телу привыкнуть. Другой рукой снова сжал сосок, губами нашел ее губы, втянул их в себя резко, властно, по-хозяйски работая языком у нее во рту. В какой-то момент она выгнулась, а он нырнул пальчиками ей в промежность. Почувствовала, хотела отстраниться. Не дал. Притянул к себе, еще один поцелуй, еще раз его язык в ее рту, еще раз его пальцы в ее влагалище.

Набрал пальцами смазки, провел у нее по промежности, нашел клитор, чуть сдавил. Мира ахнула, сначала снова попробовала отодвинуться, потом, наверное, плюнула на свои представления о достойном сексе, отвернулась, уткнулась носом в его плечо, чуть прикусила его руку. Подумал было сказать ей, чтобы следов не оставляла, но так чертовски приятно было чувствовать ее горячий ротик на своем теле. Пусть и не совсем там, где хотел бы. А пальцы делали свое дело. Круг, движение сверху вниз, немного вглубь. Мира уже раскинула ноги, уже пыталась двинуться навстречу его руке. «Ну, вот, пожалуй, и можно». Сам был уже на пределе. Порадовался резинке. В ней не так быстро кончит.

Той рукой, которой игрался с ее клитором, подхватил одну ее ногу, поднял колено к груди, лег сверху и ворвался в нее одним рывком. Она закричала. Не застонала, а по-настоящему закричала под ним. Улыбнулся сам себе, рванулся вперед с новой силой, она ответила, двинулась ему навстречу. «Давай, покажи мне твой ритм, девочка!»

Мира наконец-то прекратила думать. Она выгибалась, стискивала покрывало на кровати, рычала, сама искала губы Ильи. Рыжий наслаждался, чувствовал, что вот она, настоящая, искренняя, очень горячая, и очень близко к оргазму. Притянул ее к себе, уткнулся носом в ее шею, ускорился. Если честно, боялся сорваться первым, был перевозбужден, и сильно. Отпустил ее ножку, обхватил ее за плечи. Мира сама закинула обе ноги ему на спину, насаживалась на него, резко, глубоко, Илья двинулся на встречу, Мира рванулась… «А! Черт! – что-то будто взорвалось в нем со сладким звоном. – Кончил!» Но в тот же момент почувствовал, что стенки ее влагалища судорожно сжимают его член, а сама Мира замерла и обмякла. «Твою мать, неужели вместе?»

Попытался вспомнить, получалось ли у него такое вообще когда-нибудь. Не смог. «И ты говоришь о банальностях, детка!»

Шумно выдохнул, плавно отстранился. Хотел увидеть ее лицо, не давалась, пряталась у него на груди.

– Эй, – толкнул ее носом, как котенка, нашел ее губы. – Все хорошо?

Она только рассмеялась в ответ. Тихо, беззвучно. Отстранилась от его груди, нашла его губы. Теперь он не пытался хозяйничать у нее во рту языком. Теперь просто сжимал ее губки своими, нежно придерживая их, чуть втягивая в себя. Поднял руку, погладил ее по волосам.

– Да уж, – шепотом проговорила она, – банально не получится.

– Не-а, – он покачал головой, усмехнулся.

– Слушай, – она огляделась по сторонам, будто что-то вдруг вспомнила, – а ты есть не хочешь?

«Пожрать после хорошего секса?! – Рыжий расплылся в улыбке. – Всегда да!»

– Ну да, – сказал вслух. – Ты же не обедала, и поужинать я тебе не дал.

– Откуда знаешь, что не обедала? – нахмурилась она.

– Догадайся, – проговорил иронично, садясь на кровати.

– Ждал меня? – спросила вдруг тихо.

– Ждал, – ответил в тон.

Она вдруг рванулась вперед, к его губам, и поцеловала как-то по-детски, но очень страстно. У него что-то ухнуло в груди от этого поцелуя, оборвалось вниз, растекаясь по животу. «Черт! Никогда больше не говори о банальностях, Мира!»

– Я на три секунды, – она соскочила с кровати, шагнула к ванной.

Рыжий хмыкнул, медленно встал, стянул с себя резинку, собрал с пола свои вещи. В ванной зашумело биде, зажурчала вода. Она действительно быстро вышла.

– Включу свет? – найти в полумраке белье было бы проблематично.

– Включай, – усмехнулся. – Я тоже туда.

Вышел так же быстро. Уже в джинсах. Мира натянула платье, пыталась привести в порядок волосы.

– У тебя нет расчески?

– М, – оглянулся. – Только такая, – кивнул на тонкий пластиковый гребень на столе, посмотрел на ее густые вьющиеся волосы. – Тебе не подойдет.

– Уф, да, – разгладила пряди пальцами. – Ладно, – тряхнула головой. – И так сойдет.

Илья улыбнулся, поднял с пола футболку, натянул, подошел к Мире, медленно, любуясь, провел по непослушным темно-рыжим спиралькам пальцами.

– Мы есть не пойдем, да? – жалобно спросила Мира.

Рыжий рассмеялся:

– Пошли! У нас еще почти час! – открыл дверь номера.

Мира проскользнула мимо него, будто боялась, что он ее поймает и удержит. Засмеялся, принял ее игру, догнал! Она хохотнула, прижалась к нему, а он с тихим урчанием чуть укусил ее ушко.

– Кажется, ты тоже проголодался, – игриво посмотрела на него она.

– О да, – протянул Рыжий, плотоядно ее рассматривая.

– Так, нет, – она опять засмеялась. – Пошли в столовую.

***

Они были практически последними. Повара уже убирали пустые лотки, ничего в них не докладывая, а официанты снимали скатерти с дальних столов, нервно поглядывая на запоздалых посетителей.

Ребята подхватили по порции остывшего шашлыка, наложили одну на двоих тарелку свежих овощей и печеной картошки.

– Они нам хоть кипяточек оставят? – Мира обеспокоенно смотрела на закрывающих бар официантов.

– Пошли что-нибудь на улице возьмем, – Рыжий доел мясо, отложил вилку. – Хочешь вина?

– Ага, – Мира поймала последний помидор на тарелке. – Белого.

– Отлично, я себе джин-тоник возьму, – Илья придержал Мире дверь. – Пойдем смотреть фаер-шоу? – кивнул на амфитеатр.

– Пойдем, – пожала плечами, – хотя у нас сегодня тоже было хорошее шоу, – посмотрела на него игриво.

– Ты, – подал ей бокал с белым вином, – конечно же, про закат?

– О да, – протянула, прищурившись, – именно про него.

Илья рассмеялся, склонился к ее губам.

– Пошли, – приобнял ее за талию, – вдруг будет интересно.

Амфитеатр был уже полон – семьи сидели по лавкам, кое-кто расположился на траве. Рыжий подошел к низкому каменному забору, который вполне мог выполнять роль самого верхнего ряда. На нем даже были разбросаны мягкие подушки для гостей отеля:

– Давай сюда, – запрыгнул на ограждение, притянул Миру.

Получилось, что она уселась у него между ног. Он обнимал ее, пряча от холодного вечернего воздуха, что-то шептал на ухо. Именно это и увидел Серега, пока спускался с Таей вниз. Сережка вскинул бровь, замер. Рыжий заметил его. Чуть высокомерно улыбнулся. Серый хмыкнул, с понимающей улыбкой глядя на друга.

– Что такое? – Тая с любопытством проследила взгляд мужа. – О! – воскликнула, ничего не смущаясь. – Уже трахнул!

– Таисия Робертовна, – картинно нахмурился Сережка, – что за выражения?

– Ха! Ты забыл, с кем я выросла? – посмотрела на него, иронично изогнув бровь. – С кем поведешься, Сергей Юрьевич.

– Шумские, чего жеманничаете? – к ним подошел Андрей.

Тая кивнула в сторону Рыжего.

– О! – с той же интонацией воскликнул Андрей. – Уже трахнул!

Тайка прыснула со смеху, а Серый закатил глаза и покачал головой. Андрей только тяжело вздохнул.

– Что тебе не нравится? – спросил Сережка. – Дама вроде порядочная. Проблем быть не должно.

– Да в том то и дело, – протянул Андрюха. – Слишком порядочная, – нахмурился. – Как бы не было проблем потом.

***

В отель возвращались чуть раньше, чем основная толпа. Мира устала. Илья чувствовал, что она расслабилась, задремала.

– Пошли спать? – нежно поцеловал ее волосы.

Она повернулась и посмотрела на него долгим внимательным взглядом.

– А ты собрался спать со мной? – спросила наконец.

Ух ты… А вот об этом он не подумал.

– Как хочешь, – ответил просто, стараясь не менять интонаций.

– Нет, – она закусила губу, – давай как хочешь ты.

Вау! Что ты там говорила про банальности, девочка? Подумал с полминуты.

– Я совершенно точно хочу с тобой проснуться.

– Хм, – отвернулась, спрыгнула с парапета. – Это если у нас получится заснуть.

– Думаешь, есть варианты? – Илья старался сохранять невинные интонации, но совершенно похабная улыбка выдавала его с головой.

– Боюсь, что да, – Мира кивнула, нахмурившись.

Рыжий рассмеялся. Если честно, он был с ней совершенно согласен.

В этот раз ушли к ней. В этот раз никуда не спешили. В этот раз он медленно изучал все ее тело. Она позволила себя раздеть, позволила целовать свои плечи, грудь, живот. Она запускала пальцы ему в волосы, прижималась к его телу, восхищалась его мышцами, целовала его губы, а он наслаждался ею. Наслаждался тем, что от него ничего не требовали, что позволяли ему делать то, что он хотел, то, что считал нужным, наслаждался ее близостью, ее искренностью, ее неискушенностью…

Их разбудила короткая трель его телефона. Илюха еле разлепил глаза, увидел сообщение в общем чате:

Андрей: Але, вы че, все дрыхнете? Завтрак проспите!

Посмотрел на часы. Восемь утра. «Блин! – выругался мысленно. – Завтрак до полдесятого!» Но телефон не унимался.

Андрей: Спускайтесь давайте, мне скучно!

Спустя минуту:

Игорь: Ща придем, только вышел из душа.

Сергей: Тая ушла вниз, я минут через десять.

Марк: Ну тя нафиг, дай поспать!

Рыжий хохотнул, он был полностью солидарен с Марком.

– М… Чего у тебя смешного с утра? – Мира лежала у него под мышкой, закинув на него ногу. Она сонно потянулась в его объятьях и повернулась на спину, выгибаясь грудью наверх.

Илья провел рукой по этой аппетитной груди и подумал, что самое вкусное утреннее блюдо он может отведать, и не выходя из номера. Поднял телефон на уровень глаз:

Илья: Я если приду, то с Мирой. Норм?

Андрей: Бля, ну куда от тебя деться? Норм, конечно. Девчонка вроде приличная.

Илья: О да! Более чем. Серый вообще умеет женщин выбирать!

Андрей: много смеющихся смайлов.

Игорь: много смеющихся смайлов.

Сергей: Сука бля! (и много смеющихся смайлов)

Илюха весело фыркнул, отложил телефон.

– Пойдем завтракать? – а сам накрыл губами ее рот, повел бедрами, давая ей почувствовать утренний стояк.

– В смысле, пойдем? – Мира обхватила его за шею. – Зачем куда-то идти?

– М, – Илюха чуть приподнялся, лег сверху. – Начнем с десерта, да?

– Маньяк, – отозвалась Мира и крепко обхватила его бедра ногами.

***

– Всем привет, – Рыжий обвел присутствующих за столом торжествующим взглядом.

Когда они спустились, компания уже была за столом. Даже Катя с Марком. Не хватало только Демидовых. Андрей смерил Илью ироничным взглядом, но промолчал. Серый сделал вид, что он вообще ни при чем, а Игорян с трудом подавил ехидную усмешку.

– Мириам, – представил подругу Рыжий, – прошу любить и жаловать, – подвинул ей стул.

– Ира.

– Настя.

– Тая.

– Катя.

Девчонки представлялись, как в школе, салютуя взмахом руки. Тайка выставила указательный пальчик и перечислила остальных:

– Андрей, Игорь, Сергей, Рыжий, Марк, – перехватила растерянный взгляд Миры и снисходительно взмахнула рукой: – Потом запомнишь.

– Я думаю, – протянул Андрюха, – Рыжий она уже запомнила.

За столом засмеялись все, включая Миру, хотя она, конечно, смутилась.

– Есть еще Алексей с Татьяной и теть Света, но у них у мелкого режим сбился, – добавил Серега.

– Алексей, – фыркнула Катя. – Его хоть кто-то так зовет?

– На работе меня так зовут, – совершенно помятый Лешка плюхнулся на стул рядом с Ирой. – Иногда даже Алексей Александрович, – качнул взлохмаченной головой. – Привет всем.

– Че, все плохо? – сочувственно нахмурилась Настя.

– Да не, блин, ничего ужасного, но поспать не вышло, – он тряхнул волосами, увидел Миру. – Привет. Я – Леха.

– Мира, – приветливо улыбнулась та.

– Короч, у Серого насморк, – Лешка отпил кофе из Андрюхиной кружки. – Ему нос закапываешь, этого хватает на полчаса. А потом он просыпается и орет, – фыркнул, поставив на стол пустую чашку. – Дышать-то хочется.

– Бедняжка, – скуксилась Ира.

– Вот, – шмыгнул носом Леха, – хоть кто-то меня пожалел.

– Да я тебя, что ли, жалею?! – возмутилась та. – Ребенка жалко!

Леха скривился, выругался, а компания тихо рассмеялась.

– Че, может его перехватить, погулять с ним? – предложил Сережка.

– Да он сейчас с теть Светой, – Леха потер лицо, потянулся еще за чьей-то чашкой кофе. – Это мы всю ночь не спали. То я, то Танюшка его вертикально на руках носили. Ему так было легче, он спал. А мы, – Леха покрутил головой, – нет.

– А че ты сейчас геройствуешь? – посмотрел на него Андрей. – Иди спи.

– У нас в номере Танюха осталась. И ключи внутри. Не хочу ее будить. Пусть хоть кто-то один выспится.

Илья достал из кармана свою ключ-карту, молча положил на стол перед Лехой.

– В смысле? – тот скептически посмотрел на друга. – Тебе больше не нужна?

Мира зажмурилась от смущения, за столом опять послышались смешки, но карту Лешка утащил.

– Я верну в обед, – Леха коротко пожал Рыжему руку.

– Вали давай, пока я не передумал.

Мира отпила большой глоток кофе, просто чтобы спрятать глаза, чтобы ни на кого не смотреть, но компания добродушно обсуждала насморк малыша, а вовсе не то, где ночевал Рыжий.

Успокоилась, выдохнула, подумала, чего бы съесть. Стол был накрыт специфически: посередине стояло большое блюдо с холодными помидорами и баклажанами, явно утащенное с раздачи, рядом такая же тарелка с мягким сыром и большая гора тостов. В миску, предназначенную для хлопьев с молоком, кто-то отлил меда, также в центре стояло круглое серебряное блюдо с мини-круассанами и восточными сладостями.

Официанты, проходящие мимо, неодобрительно поглядывали на этот импровизированный банкет. Местный управляющий даже попробовал подойти и намекнуть, что блюда с раздачи целиком не уносят, но Андрей оборвал того резким: «Нас много!» К изумлению Миры, одна из женщин, та, что назвалась Катей, с очаровательной улыбкой проворковала что-то на арабском. Распорядитель поджал губы, кивнул и отошел.

– Что, теперь нам наоборот поменяют люксы на полулюксы? – скривившись, спросил Андрей.

– Нет, я просто пообещала ему, что вы все съедите и еще и за добавкой придете!

– Да не вопрос, – громко воскликнула самая мелкая девушка в компании и подвинула к себе блюдо с холодными овощами.

– Э! Тайка, я тоже еще не ел! – воскликнул Рыжий, обвел испуганным взглядом ребят. – Остановите ее кто-нибудь!

За столом весело засмеялись. Та, кого Илья назвал Тайкой, скривилась и показала ему язык. Щедро выложила себе на тост с сыром помидоров с чесноком, подвинула Рыжему и Мире тарелку с жалкими остатками еды.

– Будешь омлет? – Илья повернулся к ней, все еще улыбаясь.

– А, – мотнула головой, – нет, я, пожалуй, тоже тосты с сыром. Возьми мне еще кофе?

– Хорошо, – он поднялся, ушел к раздаче.

Мира смущенно поправила прядь, ей странно было остаться одной среди новых знакомых.

– Держи, – очень красивый мужчина, вроде бы Игорь, подал ей блюдо с сырами, – с этой стороны пресный, с этой соленый, – указал он.

Кто-то из женщин молча подтолкнул к ней тарелку с тостами. Все вели себя как ни в чем не бывало. Словно для них было нормой, что вот так можно привести утром незнакомую девицу. Мира чуть нахмурилась, но додумать эту мысль не успела.

– Твой кофе, – Илья поставил перед ней чашку кофе с молоком. – И мой омлет, – уселся сам, подтянул к себе остатки овощей.

– Сахар, если надо, – кучерявая блондинка указала на блюдечко с пакетиками.

– Не, не надо, – мотнул головой Илья, а Мира поразилась. Когда это он успел заметить, что она кофе без сахара пьет? Они общаются третий день. Ее бывший муж и на шестом году супружества спрашивал, сколько ложек ей положить.

Мира скосила восторженный взгляд на Рыжего.

– Чего? – обернулся тот удивленно.

– Нет, ничего, – мотнула головой, улыбнулась.

Он улыбнулся ей в ответ, наклонился и мимоходом коснулся ее губ. Мира расплылась в уже широкой довольной улыбке и тут, наконец, к своему смущению, увидела, что кое-кто за столом на них смотрит и тоже улыбается. Ребята свое внимание тут же спрятали и сделали вид, что занимаются каждый своим завтраком. Но Мира поняла, что не все так просто в этой компании.

Все поели и собирались выходить из-за стола, когда снова появился распорядитель. Вместе с ним пришла немка, она активно жестикулировала, возмущалась, а араб хмурился и очень смущался. Немка активно вела работника отеля к круглому столу ребят.

– Ей что, не хватило помидоров? – с абсолютно детским испугом пробормотала Тая.

Мало кто смог сдержать усмешку, но мужчины все же постарались сделать серьезные лица.

– Что происходит? – обратился Андрей к Кате.

Та пожала плечами и переадресовала свой вопрос арабу. Распорядитель пожал плечами, что-то пролепетал в ответ, указывая то на немку, то на Ирину.

– Он не поймет, чего эта славная арийка от него хочет, – Катя иронично посмотрела на грубоватую блондинку, требующую одной ей известной справедливости, потом перевела взгляд на мужа.

– Können Sie mir bitte erklären, was vor sich geht? – с хорошим произношением спросил немку Марк.

Та распахнула светло-голубые глаза и принялась оживленно тараторить, сочтя, видимо, что Марк поймет любой темп речи. У того сначала округлились глаза, потом на лице появилась ехидная ухмылка, которую он безуспешно пытался сдержать.

– Короче, она решила, что Ира аниматор, который преподает по утрам танцы. Возмущается, что вчера анимации не было, и сегодня она уже опаздывает.

Андрей, услышав это, чуть не подавился своим кофе.

– А не пошла бы она? – возмутился он достаточно громко, глядя на Марка.

– Перевести? – без стеснения глядя на друга, спросил тот.

– Не надо! – подскочила Ира. – Девочки, – обвела она свой стол взглядом, – потанцуем? Обещаю после завтрака лайтово!

– Блин, – возмутился Андрей. – Ты хоть объясни им, что ты не аниматор.

– У нас тут есть специалисты, – Ирина приобняла Марка с Катей, – пусть они и объяснят, а мы, – она махнула рукой, – let’s go dance.

Марк что-то сказал немке, от чего та покраснела, а Катя, похоже, перевела диалог работнику отеля: тот в ужасе распахнул глаза и, наоборот, побледнел. Немка кинулась к Ирине, пытаясь извиниться, но та лишь махнула рукой.

– Фигня вопрос, – и пропела на манер известной песенки: – «tanzt mit mir, tanzt mit mir».

Узнав песню, немка покраснела еще больше, а девчата шумно поднялись из-за стола. Ирина нашла взглядом Миру:

– Пойдем, – кивнула призывно.

– Я не умею, – мотнула головой та.

– Ты думаешь они умеют?! – Ирина, не стесняясь, указала пальцем на немку. – Пошли, после еды нагрузки не дам, – поманила рукой.

Мира почему-то вопросительно посмотрела на Рыжего, но тот лишь пожал плечами:

– Иди, конечно.

Девчонки, посмеиваясь, вышли из зала, а мужчины, оставшись одни, наконец-то смогли позволить себе сказать Рыжему все, что думают.

– То есть, она у тебя еще и разрешения спрашивает? – иронично вскинул брови Игорь.

– Да я как-то не обратил внимания, – Илья откинулся на спинку стула и самодовольно улыбнулся.

Мужики заржали, не пряча ироничных взглядов.

– Ну что, спор выиграл, – сдался Серый. – Чего хочешь?

– Еще не придумал, – закинул руки за голову Рыжий. – Считай просто, что ты мне должен.

Серый одними губами произнес известное ругательство, а компания опять весело рассмеялась.

– Не, – удивленно вскинул брови Илья, – а у вас были какие-то сомнения?

– Ну не за два же дня! – фыркнул Марк. – Выглядит-то порядочно.

– На самом деле, – скривился Рыжий, – игра была не совсем честной, – поднял глаза на друзей. – Девочка недавно развелась. Приехала на море свободу праздновать.

– Аккуратнее, – серьезно посмотрел на друга Андрей, – недавно развелась, значит, привыкла к стабильным отношениям.

– Это обговорили на входе, – дернул подбородком Илья. – Чисто курортный роман.

– Да и фиг с вами, – фыркнул Андрюха. – Девчонка нормальная.

– Ага, – расплылся в улыбке Илья и метнул хитрый взгляд на Серого.

– Угу, – кивнул тот. – Я старался, выбирал.

Мужчины опять загоготали.