Глава 7 (Часть 3)

— Не скажешь? — смекнула я и стиснула зубы от злости.

Вот зачем кидать намеки и потом не говорить все до конца, а?!

— Нет, не скажу, — с самым серьезным видом подтвердил он мои догадки. — И не пыхти от злости.

— Чтоб тебе в жены темная ведьма досталась, — бросила я в сердцах.

— Рояна, — быстро оборвала мою речь Малика, — следи за тем, что произносишь.

Этьер же захохотал.

— Нашла чем пугать, темненькая, — подразнил он меня, — забирайся в карету, Рояна.

По-детски фыркнув в его сторону, я распахнула прикрытую дверцу кареты и уже поставила ногу на подножку, как вдруг увидела странное шевеление под правым передним колесом. Заинтересованная я спустилась и нагнулась ближе к земле. И тут же от ужаса прикрыла рот рукой.

— Жеан, — пространство оглушил мой вопль, — пожалуйста, сюда.

На крик мгновенно сбежались все. Встав на колени, я полезла под карету.

— Рояна, ты что, — возмутилась моим поведением Малика, — ты же испачкаешь платье!

— Да и леший с этим платьем, — отмахнулась я от подруги.

Схватив маленький, испачканный кровью, дрожащий комочек шерсти, я вылезла обратно. Прижав к себе трясущуюся бедолагу, жалобно взглянула на Жеана.

— Может добить, чтобы не мучился, — предложил ведун.

Услышав такое, я поспешила спрятать маленькое животное за плащ и жалобно взглянула на мужчин, пытаясь понять у кого из них больше сострадания на лице.

— У меня день рождения, — плаксиво прохрипела я, поняв, что сочувствовать песику никто из них не станет, — а ты хочешь у меня на глазах убить собачку. Это будет не лучший подарок, Жеан.

— Ты не посмеешь! — из кареты выпорхнула Малика и прикрыла меня с животинкой, встав спереди. — Я не позволю вам его добить.

— Ты не говорила, что у тебя такой черствый муж, — Амелия так и осталась сидеть в экипаже и теперь снисходительно смотрела на ведуна-целителя, — хотя анимаги всегда жестоки. Рэиф, милый, помоги песику. Животных любить нужно, их жизнь бесценна, потому как хрупка.

Некромант прищурившись, глянул на жену, и покачал головой.

— Боюсь, милая, мне еще рано ему помогать. Этот комок слинявшейся шерсти еще дышит, — произнес он милейшим голосом.

— Жеан, пожалуйста, — я выглянула из-за спины Малики, — ну ты же такой хороший. Этьер, ну скажи ему, пожалуйста.

Маг хаоса смерил меня и тот комочек, что скулил у меня на руках, нечитаемым взглядом бордовых глаз. Хмыкнул и, кажется, сдался под напором нашего совместного скулежа.

— Исцели его, она не простит нам убийство Зюзи, — бросил он старшему брату.

Ведун сморщился, но деваться ему было некуда. И брат, и любимая жена требовали спасение мелкой собачки. Подойдя ко мне вплотную, он брезгливо глянул на покалеченного песика.

— Я, конечно, подлечу, но выхаживать, купать и кормить будешь сама. Какое-то время и носить на улицу под кустики придется.

— Все буду делать, — легко согласилась я.

— Я помогу, — вмешалась Малика.

— Да кто бы сомневался, — тихо выдохнул он, — далась вам эта мелкая шавка. Не собака, а недоразумение. К тому же она даже не ваша.

— Уже наша, — вырвалось у меня, — уверена это так с ней по приказу хозяйки. Ты взгляни на него, Жеан, на нем же места живого нет.

Я протянула песика мужчине, демонстрируя, как жутко с ним обошлись.

— Ну, хорошо-хорошо, я понял. Нужно спасти Зюзю.

И вот откуда в мужчинах столько черствости? Я понимаю — боевой маг, некромант, ведун, но все-таки, откуда такое желание кого-то прибить, добить, избить.

Взяв у меня из рук бедную собаченьку, Жеан направил на нее поток целительной магии. Ее сияние отчетливо было видно даже мне, темной ведьме. Зюзя оживал на глазах. Даже скулить перестал.

— У него сломана передняя лапка, повреждена нижняя челюсть, но кушать сам сможет. Похоже, что его действительно избили и выбросили умирать. А он к тебе приполз.

Отобрав песика, я поцеловала его между ушек. Ну и пусть он грязненький, зато теперь весь мой. Мне было стыдно перед этим маленьким животным, ведь это я виновата в его бедах. Пусть и не специально, но виновата.

— Надо бы его помыть, — Амелия выглянула из окна кареты и оценила собачонку, — и на блох проверить!

— Вымыть действительно нужно, — согласилась с ней Малика. Зюзя был мгновенно выхвачен из моих рук. — Так, Рояна, иди, ищи ведро воды. Жеан, нужны чистые тряпки. Этьер, поищи какое-нибудь покрывальце. Малышу нужно будет где-то спать.

Услышав распоряжение подруги, я не стала спорить. Она всегда была предприимчивее и умнее меня. Так что, раз сказала за водой, значит, нужно идти выполнять поручение. Подхватив подол, я побежала за здание таверны в конюшню. У них там наверняка стоит печь для обогрева помещения, ведь холод-то стоит нешуточный, и ведра, и вода теплая у конюхов тоже имеется. Так и вышло.

Похлопав немного невинными глазками перед молодым парнем, я чуть ли не плача, рассказала о судьбе бедного Зюзи. Конюх моей бедой проникся, выдал ведро теплой воды, и даже маленький кусочек противоблошинного мыла. Так что к карете я вернулась довольная собой.

Под насмешливым взглядом мужчин мы быстро помыли песика страдальца. И обтёрли насухо, замочив все полотенца, что у нас были с собой. Спустя час Зюзя, завернутый в плед, чистый и подлеченный, с зафиксированной передней лапкой, спокойно спал на сидении в карете.

— Это лучший подарок на день рождения, что я когда-нибудь получала, — прошептала я Малике. — Всегда мечтала о своем питомце.

— Да, он такой миленький, — ответила Малика, а потом совсем уж шепотом продолжила, — думаешь, его зелье отпустило?

— Да, вроде как да, — прошептала я, озираясь на Этьера и Жеана. — Не бьется же он в любовной горячке. Виноваты мы перед собачкой-то.

— Ничего, мы ему такую жизнь счастливую устроим, королем ходить будет, — услышала я от подруги.

— Ага, и есть самые отборные кусочки мяса, — добавила я.

— Все подряд он будет есть, — рыкнул подошедший к нам Этьер, — не портите собаку. И командам обучите.

Мы не ответили, а только сердито проводили взглядом мужчину. Вояка, только бы командам и обучать. Дай ему волю, так мой Зюзя через неделю честь отдавать начнет.

С постоялого двора выехали мы уже ближе к полудню.