Глава 4 (часть 3)

— Знаешь, Рояна, не думаю, что он специально, — помогая мне переодеться, прошептала подруга, — просто, когда он рядом с тобой, то становится каким-то неуклюжим и рассеянным.

— Ты еще скажи, что это моя темная магия так на него действует, — насупилась я.

— Ну, скорее ведьминская харизма, — усмехнулась Малика. — Я вот тут заметила, что как-то они с Жеаном ведут себя странно.

— Да нормально они себя ведут, — тут же попыталась переубедить я подругу, а то вдруг корзинка пересоленных пирожков всплывёт, — они вечно по углам о своем, о мужском, шепчутся. Все у них какие-то планы и секреты.

— Думаешь?! — Малика с сомнением взглянула на окошко для переговоров с возницей.

— Думаю, — с долей злости подтвердила я, — и да, наверное, Этьер не специально это сделал. Просто он неуклюжий медведь. Неудивительно, что он еще не женат, он же свою невесту угробит по дороге в храм.

После чего я показала стенке, за которой сидели мужчины, язык. А затем завернулась в одеяло и схватила книгу. Это же надо было влюбиться в такого растяпу. Да он же в первую брачную ночь меня на постели либо раздавит, либо мне лоб обо что-нибудь расшибет.

— Ик, — схватив бурдюк с водой, я сделала пару глотков.

— Может, к Жеану обратишься со своей икотой?

Я лишь махнула рукой, схватила еще одну корзинку и вынула пирожок. С опаской откусила. Он оказался весьма съедобным.

Мы поехали дальше. Я потихоньку остывала, и гнев сходил на нет. Не понимала я этого. Этьер соф Лумье сильный мужчина, бывший военный, куратор полевой практики академии Боевого Искусства и вдруг — такой растяпа. Не вязалось что-то. Ну как можно было «случайно» сделать из меня сугроб? Специально он все. Только за что?

Может, боится, что я его на себе женить хочу. Вот и изводит.

Ну, тогда не на ту напал, я теперь из чистой ведьминской вредности его женой стану.

Зевнув, я прикрыла глаза. Карета монотонно раскачивалась, навевая сон. Глубоко вздохнув, я заснула.

***

— Рояна, — открыв глаза, я недоуменно взглянула на присевшего рядом со мной Этьера, — мы приехали на постоялый двор. Жеан с Маликой уже комнаты снимают.

— А меня почему не разбудили?

— Ты очень крепко спала. А знаешь, ты смешно сопишь во сне, — мужчина хрипло усмехнулся.

— Скажешь такое еще раз — получишь на свою голову проклятье вечного храпа! — мило проворковала я ему в ответ.

— Что опять я не так сказал? — возмущенно поинтересовался Этьер.

— Ты сказал, что я соплю, — напомнила я ему.

— Ну, это же, правда, — услышала я от него.

Закрыв глаза, я мысленно сосчитала до пяти, а потом еще раз, но уже до десяти. Вроде подотпустило.

— Ты бабник, волокита и о тебе уже каждая блудливая собака в столице наслышана, — тихо прошипела я. — Но это ведь не значит, что я должна тебе об этом в глаза говорить. У нас у всех есть маленькие недостатки.

— Ты, правда, обо мне такого мнения? — обиделся маг.

— Это не мнение — это факты — пафосно заявила я и села.

— Ты не права, Рояна. Хотя доля истины в твоих словах есть, — маг поднялся и неспешно покинул карету. Встала и я. Обувшись, сладко потянулась и, накинув плащ, выглянула наружу. С неба сыпались хлопья снега.

— Капюшон накинь, заболеешь, — услышала я от Этьера. — И вообще, что за привычка бегать раздетой.

Осторожно ступив на подножку, я неспешно спустилась на землю.

— Вот женись на мне, а потом ворчи, — нагло заявила я в ответ.

— И кем я буду для тебя? Первым удачно подвернувшимся мужчиной или любимым? — такой вопрос поставил меня в тупик. И какой он ожидает ответ?! Я что, сейчас должна упасть на колени и в любви признаться. Это как минимум унизительно.

— А сам выбирай, кем ты будешь для меня, — нашлась я, — все в твоих руках.

Премило улыбнувшись, я потопала в сторону постоялого двора. Свежевыпавший снег приятно скрипел под ногами. Я была довольна собой. Пусть теперь думает, как расценивать и понимать мои слова.

Сжав в кармашке плаща заветное приворотное зелье, довольно щурилась, главное, чтобы после того, как внезапно воспылает ко мне любовью, он не догадался, что чувства эти не совсем истинные. А также, чтобы зазнобу свою, о которой они в доме накануне отъезда с Жеаном говорили, он забыл. А там уж я, пока Этьер под зельем, посуечусь и раскрою себя в полной красе. Влюбится по-настоящему, никуда не денется. Нужно верить в свои силы и в свою неотразимость.

Войдя в помещение, я сразу увидела у стойки управляющего высокого светловолосого ведуна. Жеана вообще не заметить было сложно, уж больно высок и широкоплеч он был. Проскочив мимо толпы грозного вида мужчин, я мимоходом оценила стать каждого. Сразу видно, что воины: и фигуры что надо, и выправка, и меч на поясе в ножнах висит у каждого. Наемники. Интересно, что за важную особу они сопровождают. Как только этот вопрос возник в моей голове, так на весь зал раздался визгливый женский вопль.

— Как это у вас нет апартаментов для высокопоставленных особ. Я что должна буду спать в простой комнате?

Повернув голову на верещащий, режущий слух, вопль, узрела даму с собачкой. Высокомерная особа с гладкими щеками и при этом морщинистой шеей выглядела странно. Если бы Малика не была столь отличным зельеваром и не набивала руку на кремах, я бы не поняла, что с этой женщиной не так. Но опыт у меня был, и я догадалась, что особа так увлеклась омолаживанием лица, что совсем забыла про дряблую кожу на открытых плечах и шее. Выглядело это так, словно на тело старухи насадили голову молодушки. Тут и не знаешь: то ли жалеть даму, то ли хохотать с нее.

— Мне нужны особенные апартаменты! — женщина встала в позу и пушистый комок, что сидел у нее на руках, глухо зарычал, поддакивая хозяйке, — Зюзе нужна своя кровать.

Услышав такое, этот Зюзя всполошился и залаял громче. Нет, я люблю животных, особенно собак, но вот конкретно эта шавка вызывала желание придушить ее по-тихому. Пакость мелкая.

— Мы найдем для вас лучшую комнату, — хозяин постоянного двора вид имел озадаченный. Видимо нечасто к нему столь высокие гости заезжают. Дойдя до стойки, я встала рядом с Маликой.

— И кто это такая? — тихо шепнула я.

— А кто ее знает, но охраны при ней аж целый отряд!

— Жена какого-нибудь успешного торговца, — отмахнулся Жеан. — Они любят пыль в глаза бросить.

Наобещав вредной даме чуть ли не императорские апартаменты, владелец постоялого двора вернулся за свою стойку и неуверенно глянул на нас.

— У вас, господа, комнаты забронированы? — промямлил он.

— Забронированы, — пробасил подошедший Этьер.

Мужчина заметно расслабился и даже выжал из себя улыбку. Через пару минут мы уже поднимались по лестнице на второй этаж. Наши вещи несли за нами двое служек.