Глава 7 · Никому не говорил

Алик

Мы с Ником сидели в самолете и пили виски.

Холодный струился по моему горлу… А лучше бы это было что-то другое, например…

Ладно, не буду мыслить так жестоко и так радикально. МОжет все еще обойдется.

Но как я могу не злиться? Они отняли ее у меня. Они отняли ее у нас.

Как же я мечтаю взглянуть в глаза этой суки, стервы и просто жестокой женщине. Думает, что на шаг впереди? Посмотрим. У нас есть свои тузы в рукавах. Те карты, которые смешают все.

Ник смотрел в окно.

— О чем думаешь?

— О том, как они нас обманули, я ведь поверил. В первые минуты я поверил, — он нахмурил брови, — сука. Я был так жалок.

— Ты не жалок. Такой эмоциональное потрясение вывело бы из строя любого, — мне хотелось его поддержать.

Я давно не видел его таким… Потерянным.

— Сука, я даже подумать не мог, что меня, меня жестокого и бессердечного могут так сломить обычные новости.

— Это были не обычные новости, — напмонил я.

— Все равно, сам факт. Я просто не узнаю себя, смотрю в зеркало и не понимаю, что со мной не так, что изменилось. А вот недавно понял, мне просто стал кто-то дорог. По-другому дорог, понимаешь? Не так как мой друг или как отец с которым у нас своеобразные отношения. А правда, до глубины сука сердца. За такой короткий период у меня появилось очень слабое место.

— Не у одного тебя, я тоже ее люблю, — я выпил стопку залпом, — я признался ей, я признался ей, что люблю ее и одержим ей. Она оставила в сердце у нас всех свой особый след.

Ник нахмурился. Он взглянул на меня, сильно изогнув брови.

— В чем ты ей признался? — он видимо не мог поверить в мои слова.

— Что люблю ее.

— Ты? — переспросил он снова.

— Да я, да, я! Наливай, — я протянул ему стакан, — руку не меняют.

— Подожди, я не могу просто осознать, что такой бабник как ты, не пропускающий ни одной короткой юбки признался кому-то в любви.

— Это говоришь мне ты? Сам то, забыл какой ты не пропускающий ни одной юбки? Вспомни, это ты ее на заднем сиденьи машины раздевал, святой ты наш, — я усмехнулся, припоминая день нашей первой встречи, — ты с нее рубашку снимал, ненасытный.

— Так все, заткнись. Я не хотел. Я не знал. Я ничего не сделал. Мы сейчас о другом говорим вообще, ты не забыл? Или ты решил так с темы съехать? Купидон блять, — Коля принялся пилить меня гневным взглядом.

Жук.

Я буду припоминать ему ситуацию еще долго. Издеваться над другом — основа дружбы.

— Да если честно, я сам в шоке. Я такого еще никому не говорил. Даже Еве, — я тут тоже осознал.

Никогда и никому… Кроме нее.

Резко перед моими глазами всплыло ее лицо, ее ясные серые глаза с голубым отливом, ее темные волосы, которые кудрявятся от воды, ее запах. Приятный запах ее тела. Ее милый голос и то, как она звала меня Булыжником тоже забыть не могу.

Я тяжело выдохнул и забрал у друга уже полный стакан.

— Фармацевт, мы ее спасем. Мы заберем ее оттуда. Я без нее не уйду.

— Я знаю, — ответил Коля, тоже допивая стакан, — без нее мы не уйдем.

Когда мы приехали нас встретила машина.

Черный бронированный автомобиль с двумя парнями с оружием.

У нас и тут есть знакомые и они нас тоже ждут.

Я сел в авто на заднее сиденье и смотрел на закат.

Интересно, как она там? Как там Карина? Прошло два дня и нет никаких новостей. Нет никаких действий. Что там происходит?

Думаю Инга ей не навредит, а вот промыть ей мозги может. Ой как может направить ее против нас всех. И если это все таки случиться, эту войну мы проиграем.

Если она встанет на их сторону, мы проиграем все…

Кто знает, что Инга ей там наговорила? Что ей наговорил ее бывший муж?

Еще Артур… Сукин сын. Он решил забрать всех моих женщин? Я отрежу ему яйца если придется, я его растопчу, но ее он у меня не заберет.

Ревную, дико. Бывший муж моей принцессы не дает мне покоя, так же как и ее безопасность.

Я смотрел в окно и ехал. Завтра у нас важная операция и мы просто обязаны быть готовыми.

Обязаны.