-19-

Из-за проблем с рукой следующие четырнадцать дней показались очень короткими. Мне не хватало времени в сутках, причём с учётом того, что я была вынуждена соблюдать режим. Спать требовалось минимум по восемь часов, да и есть что-то, кроме одних бутербродов.

Признаться честно, мне даже некогда было думать о Аристове и той нелепице, что произошла между нами. Наверное, я бы окончательно об этом забыла, если бы он о себе не напомнил, по традиции написав сообщение мне в Ватсап. В последнем было фото моих туфель и папки с проектами, которое оказалось грубо подписано: «Забери свои шмотки сегодня. Завтра они уже окажутся на помойке».

— Козлина! Козлина! Козлина! — Я ругалась на его мизерную фотку контакта до тех пор, пока Арчи не зашёлся лаем. Пришлось выдохнуть и, по уже заведённой традиции, не удосужиться ответить козлу.

Было некогда, ведь я собиралась не на повторный приём к психиатру, а уже в «Атлант» за своими вещами. По классике мне следовало нарядиться так, чтобы у несостоявшегося босса челюсть бы отвалилась, но много чести. Спортивного платья из велюра цвета сливы и белых кед оказалось достаточно, а я уже почти была готова, когда застряла на причёске.

Собрав волосы в высокий хвост, неожиданно поняла, что он навеивал дурные воспоминания о кулаке Аристова. Распустить тоже было не то, поэтому я хотела косички, но моя рука ещё не зажила, а у меня и со здоровыми выходило не очень. Вздохнув, поломала голову и с трудом, но всё же сделала себе французский пучок.

Выйдя из дома без каких-то особых волнений, я быстро добралась до «Атланта», а уже на подходе почувствовала, как сердце заколотилось в бешеном ритме. Во рту моментально пересохло, а кожа покрылась неприятной испариной. «И по кому такие нервы?» — удручённо подумала и, сделав несколько глубоких вдохов, потянула на себя ручку злополучной двери.

Оказавшись внутри здания, я слегка растерялась, ведь совершенно не знала, где можно было забрать вещи. Впрочем, меня подозвал охранник в чёрном костюме с металлическим именным бейджем на груди и протянул мне пакет.

— Вам просили передать. Туфли и папка с фотографиями.

— Угу. — Взяв выданное, я зачем-то полезла проверять содержимое пакета.

«Ну мало ли? От младшего Аристова можно всего ожидать», — подумала про себя.

— Прошу вас. — Охранник взял меня под руку и повёл к выходу.

— Что вы делаете? — Я попыталась высвободиться и пойти самостоятельно, а то со стороны всё выглядело так, словно меня выставляли, как какую-то воровку.

— Егор Олегович попросил сразу же проводить вас на выход, как только передам пакет в руки, — невозмутимо отозвался мужчина.

— Нечего меня провожать! Я и сама здесь не задержусь! — резко ответила ему и вырвалась, под недоумённые взгляды направляясь к выходу.

«Вот же козлина! Вещи мои на помойку, да ещё и меня решил вышвырнуть так, словно я назойливая собачонка!» — думала про себя, а меня от злости так накрыло, что стало ясно — действие успокоительных давно закончилось.

Шагая вперёд, я мысленно представляла, как расколачиваю машину Егора, вот только, к несчастью, мне так и не удалось уйти. Возле дверей вышло столкнуться с Аристовым-старшим, который как раз заходил.

— Кира! — начал он было радушно, однако закончил на моём имени.

Его лицо, поначалу довольно радостное, резко исказилось и стало злобным. Поджав губы, он медленно прикрыл яркие янтарные глаза и выдохнул. Мужчина был зол, однако пытался совладать с этим чувством, что явно не относилось ко мне.

— Я уже ухожу! Вещички вот забрать зашла, — поспешно сообщила ему и потрясла пакетом перед его носом, а затем потянула дверь на себя.

— А ну-ка, пойдём со мной, милая. Есть разговор. Жизненно важный, Кира.

Олег Евгеньевич посмотрел на меня просящим взглядом, причём так по-особенному, словно действительно кто-то мог умереть, если бы я отказалась. Пришлось согласиться и покорно пойти за ним, словно бы на верёвочке.

Когда мы зашли в лифт, то мужчина нажал кнопку двадцать второго этажа, отчего внутри меня всё перевернулось. Ладони от волнения быстро вспотели, а моя температура явственно повысилась, отчего по телу пронёсся жар, и сознание слегка помутилось. В тот момент мне очень хотелось очутиться в бассейне с ледяной водой, а не в кабинете напыщенного павлина.

Пара мгновений — и двери лифта раскрылись, а мои ноги мгновенно подкосились от врезавшегося в меня взгляда несостоявшегося начальства. Впрочем, стоявший рядом Олег Евгеньевич удержал меня, при этом громогласно срываясь на сына:

— Егор! Какого чёрта она беременна?! Ты должен был ей всё объяснить, а не оплодотворять!

— Чего? — Ничего не понимая, я рассмеялась.

«Что он несёт?!» — возмутилась про себя, а моим ногам сразу вернулась устойчивость, ведь отойти подальше от этих психов было лучшим из вариантов.

Аристов-младший перевёл взгляд с меня на отца и обратно. Самое поганое было то, что заявление последнего его ничуть не смутило, а двери лифта сзади закрылись.

«Какое беременна?! Что значит, оплодотворить?! Что это означает?!» — лихорадочно думала я, слегка отступая назад.

— Хорошо. Объясняю. Ты оборотень! И не полукровка, а чистокровный оборотень. Но при этом у тебя нет связи с твоей волчицей. Ты её не чувствуешь, а она не может достучаться до тебя. Пытается, но не может, — с абсолютно серьёзным выражением лица выдал Егор.

— Чего?! Оборотень? Чем вы здесь ширяетесь, мальчики? — спросила я, звонко рассмеявшись. — Долбанные наркоманы!

Кинувшись к кнопке вызова лифта, стала долбить по ней, удерживая их в поле зрения. «Это ж надо! В общем-то, сама виновата. Просто профессиональный ходок по полю с граблями! С самого начала было ясно, что они с головой не дружат. Так и знала, что с ними что-то не то. А ведь заведение солидное. Видимо, чем больше средств, тем больше дури», — понимала я, желая как можно скорее свалить.

— Раздевайся! — тем временем рявкнул Олег Евгеньевич, но, к моему удивлению, совсем не мне, а своему сыну.

Ощущая нарастающую панику, я ещё несколько раз ударила по кнопке, но поняла бесполезность сего мероприятия и полезла в пакет за туфлей. «Шпилькой глаза им выбью!» — мысленно решила, занимая оборонительную позицию.

— Я?! Она меня в изнасиловании обвинить хотела! — уязвлённо выпалил в ответ Егор.

«Может, они вместе решили мне за всё отомстить, сыграв на информации, что я стою на учёте? И загнать в психушку? Сволочи!» — мелькнуло у меня внезапное осознание.

— Ну не мне же перед ней раздеваться? — Старший Аристов усмехнулся.

И, к моему ужасу, Егор, смотря на меня с презрением, нехотя стал раздеваться.

— Я буду сопротивляться! У меня справка! — заорала я в истерике, выставив перед собой в защиту острый каблук своей туфельки.

Олег Евгеньевич отступил в сторону, а его сын же шагнул ко мне, скидывая на ходу ботинки, стягивая рубашку и брюки, а затем и трусы с носками. Меня вынуждали отходить всё дальше от дверей лифта, на которые я ещё рассчитывала в слабой надежде спастись. Но то, что я увидела дальше… Это не имело никакой связи с реальностью, по всей видимости являясь лишь жуткой галлюцинацией.

Я орала буквально до визга, вжимаясь в стену, а в сантиметре от меня из тела человека, поглотив его массой, шерстью и клыками, вырвалась страшная зверюга. Туфелька выпала из моей руки, как бесполезный предмет, а я не могла даже пошевелиться и только визжала, пока воздух в лёгких не кончился. В какой-то момент здоровенный волк толкнул меня мордой под подбородок, отчего перед моими глазами всё мгновенно померкло. Отключаясь, я понимала, что не сумасшедшая и видела совсем не галлюцинацию, ведь почувствовала, как моей кожи коснулся холодный нос животного.