-58-

К нашему возращению, возле дома Аристовых уже стоял фургон, мы остановились в нескольких сотнях метров, не решаясь подойти ближе.

«Люди» — принюхавшись, определила волчица.

«Обходи дом со стороны бассейна» — попросила я, мне нужно было попасть в дом, туда, где я смогла бы взять одежду.

«Мне это не нравится...» — снова проскулила волчица, осторожно прокрадываясь к заднему двору.

«На стаю напала стая, которой нужна я, если не прекратишь скулить, я добровольно сдамся» — это была не угроза, а хладнокровное предупреждение.

Скулёж и сомнения моей волчицы меня отвлекали, а нужно было сосредоточиться.

«Кира, это не одна стая...» — шепнула она.

«Что?! В смысле?!» — это был просто удар ножом в спину.

«А чего ты хотела? Мы такие особенные, что нас все хотят!» — с неуместной гордостью заявила волчица.

«Сколько их?»

«Здесь было две стаи» — принюхавшись, определила волчица.

«Терпимо. Сколько их там, этих припадочных? Раз у них нет самок, значит, стаи не такие большие, как наша»

«Когда мы пробирались к нашим, я слышала ещё несколько» — призналась волчица.

«Ладно, помолчи!» — мы как раз добрались к входу в дом со стороны бассейна, и я с лёгкостью обернулась человеком.

Ноги были словно ещё не мои и я чуть не упала голышом в осколки. В доме с перебитыми окнами и дверями была хорошая слышимость, в гостиной Влад спорил с кем-то по поводу оружия.

«Люди твоего друга» — принюхавшись, точней определила волчица.

«Люди...» — с тоской выдохнула я.

В первом попавшемся шкафу я отыскала спортивные трико кого-то из мальчишек и хорошо тянущийся свитер, а вот с обувью были проблемы. Даже подростки имели здоровые лапищи и босиком, даже по осколкам, было бы ходить удобней, чем в кроссовках сорок первого размера. Решила проблему тремя парами носков и вышла в гостиную.

— Чудовище! Напугала... — выкрикнул Потап, хватаясь за сердце, от моего неожиданного появления.

— Спасибо, что не отстрелялся. Всем привет, — помахала своим старым знакомым, друзьям Влада.

— Парни, ну вы тут подготовьтесь, а мы на совещание.

Бывший схватил меня под руку и поволок в укромный уголок.

— Самойлова, либо ты мне объясняешь, как, у тебя, на моих глазах, со стопроцентным зрением, вдруг из задницы выскочил хвост, а ты превратилась в зверюгу, либо я тебя прямо тут как зомбячку вольну! Я серьёзно! — бывший, свою угрозу поддержал дулом пистолета, уткнув холодный метал в висок.

«Он врёт! Ему страшно» — тут же заложила Влада волчица.

— Я оборотень. Человек и волк в одном флаконе, — выпалила я, призывая на помощь своего бывшего, я должна была учитывать, что мне придётся ему объяснять всё.

А ещё десятку его друзей.

Бывший рассмеялся, на первый взгляд, не поверив в мои слова. Резко отстранившись, он повернулся, обдумывая сказанное и посмотрел на меня с хищной улыбкой.

— Чудовище да? — усмехнулся, радуясь идеально подобранному для меня прозвищу.

— Будешь стебаться, я тебе кадык выгрызу, — произнесла это с хладнокровным спокойствием, одним мгновением мысли выпуская из себя волчицу.

Влад, громко матерясь отшатнулся, но не сделал ничего, чтобы попытаться защитится, да и волчица не нападала, но нас было хорошо слышно. Друзья бывшего не смогли остаться в стороне и массово рванули к нам.

Отойдя от первого шока, семь здоровых мужиков начали вести себя словно дети, требовали повторить фокус и с радостью знакомились с моей волчицей и миром оборотней. На меня сыпались вопросы, волчицу все хотели погладить и ей это нравилось.

«Вот же ты потаскушка! Давай ещё пузо им подставь!»

«Я им нравлюсь! Они в восторге!» — радовалась волчица, столь бурному человеческому вниманию.

Возможно, она была не совсем адекватной волчицей. Вела себя словно щенок.

«Так ты тоже, в щенячьем!» — хмыкнула я, испытывая безотчётное чувство ревности.

Мне хотелось это всё прекратить, чтобы чужие мужские руки не лапали, не трепали за ушами и не чесали шею моей волчице. Моё упоминание о щенках и прекратило всё разом. Волчица мгновенно поникла, и сама подошла ближе, ткнувшись носом мне в ногу. Её тоска по волчатам слилась с моей по детям в одно бесконечное горе.

— Кира, давай ещё, для фотки, — попросил за всех Потап.

— Всё, цирк уехал. У нас вообще-то... Моего свёкра убили и меня хотят похитить несколько разных стай, а ещё я не знаю где мои дети.

— Вопрос простой, Чудовище, кого нашпиговать пулями? — спросил Влад, поднимая с пола пулемёт.

— Это оборотни, они больше той волчицы что вы видели в два, а то и в три раза. Стрелять нужно сразу в голову, тогда убьёте.

— Слушай, а как мы узнаем, что это чужаки? Я же правильно понимаю, ты такая одна, а остальные? Все как китайцы, на одно лицо? — спросил Влад.

— Морду! — заржал Потап.

«Я подскажу! Я определю по запаху и чувствую настрой!» — зарычала волчица, в ней чувствовался азарт, оно хотела утереть всем нос.

Маленькая пушистая задница оказалась очень, очень своеобразной сукой. Столько пороков в одной звериной тушке я не ожидала встретить. Безрассудная отвага, распущенность, высокомерие, хвастовство, и наконец угодничество, били из неё через край.

— Я буду подсказывать, — озвучила слова волчицы, думая, что всё-таки нам неплохо было бы объединиться со стаей сразу. Но как вернуться к ним после слов Егора, что я во всём виновата?

«Вообще-то, винил не Егор и не тебя вовсе...» — кротко рыкнула волчица, опустив голову.