Глава двадцатая

— Ты сегодня припозднилась.

Голос мамы доносится из гостиной. Из холла я слышу как бормочет телевизор. Наверное, смотрит сериал или новости. Прислушиваюсь: ага, новости. Что-то про планируемые праздники.

— Я…я заезжала пообедать.

— Обед — дело важное. У тебя поэтому голос дрожит?

Дрожит? Я прикладываю пальцы к губам, в зеркале мое отражение повторяет жест. Я опять бледная, а вот щеки красные, как и губы. Взгляд дикий, как у уличной кошки. М-м-м, я бы сказала даже похотливый. Всю дорогу в такси я смотрела в окно, а в голове изумленный взгляд Дейва. В тот момент когда я его поцеловала.

Сама не знаю как это произошло. Просто в один момент мое "хочу" пересилило разумное "нельзя". И так получилось…

Короче, теперь у меня с Дейвом два поцелуя, куча столкновений в местных туалетах и тысяча взглядов.

Я прокрадываюсь в гостиную. Мама там свернулась клубком на диване, рядом спит Нира. Обе выглядят такими довольными.

— А ты…

— Я собрала вещи. — зевает мама. — Завтра с утра уезжаем с подружками. Присмотришь за Рэем. Дочь, что с тобой? У тебя вид, точно ты ограбила банк и удирала от полиции.

— Ну я…

Если я никому не расскажу меня просто разорвет изнутри от эмоций. Внутри меня все бурлит, полыхает, требует уже сдаться. Теперь я понимаю когда эмоции и мозг начинают спорить. Точное ощущение, что сходишь с ума.

— Ма-а-ам.

— Что дорогая?

Нира тоже приподнимает голову, зевает во весь рот и снова засыпает. Ей все равно как там у меня на личном фронте. Она просто отдыхает.

— Я сейчас, — сглатываю и тараторю. — Я сейчас сидела в кафе, выпила ром с боссом, который вроде как приводил меня в себя после того как мне пришлось усыпить больную собаку. Скажи это нормально или нет? Фух!

Ф-ф-фак, я чувствую себя школьницей, которая впервые влюбилась и хочет с кем-то поделится. А мама еще так внимательно наклонила голову к плечу. В руках чашка с чаем, на самой — клетчатый домашний костюм. Наслаждается человек жизнью. Нира явно берет с нее пример. А я помню как мама работала на трех работах, потому что папа скрылся и алименты не платил. Потому что мы снимали квартиру, а еще помогали бабушке и дедушке. Это потом она нашла работу переводчиком и стало чуть полегче. А я в институте подрабатывала с первого курса, чтобы стараться не просить у мамы денег. Помню как она приходила домой ближе к одиннадцати вечера и просто падала на кровать. А вставала в шесть. И я вместе с ней.

Так что понимаю, почему сейчас она старается наслаждаться жизнью. Понимаю, почему она работает для удовольствия.

— И-и-и? — подначивает меня мама. — Пока не вижу состава преступления, дорогая.

— Просто это не прям вот босс, но я его ассистентка. А еще это он позвал меня завтра на винодельни, куда едет с его братом и золовкой. А еще у него есть девушка, потому не понимаю…

— Стоп! Тебе неприятно, что он так себя ведет?

— Приятно! — вырывается у меня.

Ф-ф-фак, опять щеки как помидор. Взрослая самостоятельная женщина, а все туда же.

— М-м-м, и в чем проблема? — удивляется мама.

— Он мой босс и у него уже есть девушка!

— А-а-а, да да, рабочая этика и угрызения совести. Дорогая, ты в курсе, что все это, я про запрет отношений на работе, в основном для того, чтобы пресечь домогательства. И да, поверь, романы среди коллег здесь встречаются весьма часто. Другое дело, что их стараются не афишировать. И признаются если дело заканчивается свадьбой, ну или совместным житьем.

— Но… это правда?!

— Нет, ну я могу ошибаться. — тянет мама с такой хитринкой в голосе. — Но у меня есть друзья, две пары, которые познакомились на работе. Одни так два года шифровались, потом пригласили всех на свадьбу. Та-дам! А этот твой босс симпатичный?

— Он… — я лихорадочно пытаюсь подобрать определение Дейву. — Он настоящий. И он часто бесит.

— О-о-о-о-о, — тянет мама, — тут похоже не просто флирт, тут кое-что серьезное. Хочешь совет? Выполнять ты его не обязана.

— Хочу!

Но вместо совета мама вдруг округляет глаза и вскрикивает. А Нира рядом с ней начинает биться в конвульсиях. Это уже не просто судороги, это приступ эпилепсии. Миг, и я оказываюсь рядом.

— Не трогай ее! — останавливаю маму.

Сама слежу за Нирой. И мысленно отсчитываю секунды приступа.

— Что… что с ней! Господи, Адри, она описалась!

На светло-коричневой коже дивана и правда расплывается лужа.

— Да, такое бывает. — отвечаю я. — Ну, милая, ну все хорошо. Ф-ф-фак! С какой дури то?!

Приступ длится почти двадцать секунд, а затем отступает. И оставляет Ниру с круглыми глазами, тяжело дышащую и дрожащую.

— Мам, принеси плед. — прошу я.

— Адри, что с ней?

Я понимаю состояние мамы. Она не ветеринар, а со стороны такой приступ смотрится жутко.

— Эпилепсия. Не знаю пока отчего. Но попробую выяснить.

Я укутываю Ниру в плед, и отдаю маме. Пока та воркует над ней, вытираю диван, а потом сажусь с планшетом.

— Так… — бормочу себе под нос. — Возраст десять лет. Давай, Нира, еще раз пройдемся по твоим анализам и обследованиям. Трам-пам-пам.

Я отрываюсь от планшета только часа через три. Голова гудит от информации. А вопросов стало ничуть не меньше. В чем-то Дейв прав, нам всем тяжело соображать, когда дело касается кого-то близкого. А Ниру я успела полюбить. И теперь ловлю себя на растерянности, на ощущении бессилии.

А еще хочется кое-что сделать. Очень хочется. И потому я этого не сделаю.

Тем более, если эпилепсия у Ниры врожденная, то тут только наблюдать. И поддерживать.

Еще и Рэй приходит домой. Уставший, явно мечтающий упасть куда-нибудь и просто лежать. Уж не знаю, что у него сегодня было на работе, но выглядит отчим так, точно разгружал вагоны.

— Я ее с собой заберу. — сообщает он, едва узнает, что случилось с Нирой.

Сгребает обалдевшую кошку в охапку и поднимается по лестнице.

— Только в кровать не писать. — слышу я его голос, удивительно нежный. — Слышишь, мисс Морщинка, не сметь прудить в мою постель. Слушай, ты чего надумала то болеть? Ты вообще в курсе, что болеть вредно?

— Вы ребенка родить не думаете? — интересуюсь я у мамы. — Кажется, у кого-то некуда родительскую любовь девать.

— М-да-а-а-а-а. — только и тянет озадаченная мама. Глаза у нее блестят как-то странно.

— Знаешь, — продолжает она. — Я ж что сказать то хотела, меня тут Нира отвлекла. Иногда стоит прислушиваться к тому, что называют "интуицией". У женщин она очень часто срабатывает в нужном направлении. Другое дело, что ее порой можно перепутать с дуростью. Но тут уже надо учить различать.

— Мам, а если кратко? У меня голова забита диагнозом Ниры и…

— Может, тот мужчина просто для тебя как запретный плод? Может, если его надкусить, он окажется червивым?

Мама выдерживает театральную паузу, а затем отправляется наверх. Прихватив с собой кувшин с лимонадом и пару стаканов.

— Э-э-э… — только и могу протянуть я вслед ей.

— Нет-нет, дочь, сама решай и сама понимай, что я имела в виду.

— Ну е-мое-е-е!

Я откидываюсь на спинку дивана, прикрываю глаза. Очень зря, потому что перед глазами — глаза Дейва, на губах — вкус его губ. А тело начинает гореть только лишь от мысли, что он может меня коснуться.

Не уверена, что это "яблоко" окажется червивым. Более того, в глубине души зреет уверенность: если что-то произойдет, то я не смогу ограничиться одним "глотком". Мне понадобиться больше, гораздо больше.

Возможно, все дело в том, что у меня очень давно не было мужчины.

Но тогда почему другие не вызывают такой реакции? Рядом с тем же Робби я спокойна и сдержанна.

— Ф-ф-фа-а-ак! — издаю стон куда-то в пространство гостиной.

За окном уже сумерки, весенний воздух вливается из открытой двери на задний двор. Пьянящий запах, коварный. Под его воздействием совет мамы кажется все более логичным. Ведь я очень увлекающаяся личность. Вдруг и правда, Дейв меня интересует как нечто недоступное? Ведь не зря же многие фанатеют от музыкантов, артистов и так далее. Почему бы мне не фанатеть от ветеринара? Он все-таки жизни спасает и все такое.

Проблема в том, что фанатка из меня паршивая. Я вижу в Дейве недостатки, но они меня хоть и бесят, но не отвращают. Я не могу смотреть на него, затаив дыхание. Не могу глотать каждое слово и кивать восторженно.

Но при этом сейчас мне хочется позвонить. Наверное, ужасно непрофессионально, но я уверена, что рядом с ним смогу собраться и продумать план обследования Ниры.

— Сама смогу! — издаю тихое шипение. — Я тоже ветеринар!

А самой аж смешно. Точно маленькая девочка, топающая ногой перед взрослым дядей.

* * *

"Адри, я заберу тебя сам. Через час буду".

Я моргаю осоловело. Только что видела сон, в котором Дейв, мой бывший и еще куча народа смешались в странных эпизодах. Там еще были самолеты с прозрачными крышами, инопланетяне и что-то еще. Сны мне всегда снятся немного сумасшедшие, о них то рассказывать неловко.

За окном только-только занимается рассвет, но соловей под окном решил, что пора начать распевку. Из приоткрытого окна тянет прохладой, так что приходится натянуть на плечи одеяло.

"Адри, я заберу тебя сам. Через час буду".

Я перечитываю еще раз пять, не меньше. И ведь, паршивец такой, выбора мне не оставляет. Куда подъезжать не сказал, я уже пообещала, что поеду.

Еще и поцелуй этот вчерашний. Сейчас я не знаю как вести себя с Дейвом. Точнее, знаю, но и боюсь, и стесняюсь. И вообще точно школьница перед первым свиданием с самым популярным парнем школы. Никогда такого не замечала за собой.

У меня час. Я почему-то не сомневаюсь, что Дейв приедет и вытащит меня из дома. Причем сделает так вежливо, что отчим и мама сами меня ему отдадут. Еще и платочками вслед помашут.

В итоге я вскакиваю и начинаю метаться по комнате в шортах и майке. Потом останавливаюсь и на цыпочках бегу в ванную. Там контрастный душ смывает остатки сна. Я безжалостно расчесываю волосы, пока они не начинают падать на плечи блестящей волной. А после стягиваю их в хвост. Крем, защита от солнца и немного затонировать синяки под глазами. Они меня всегда выводят из себя.

Родители спят, только Нира с сонным видом ходит за мной по пятам. Явно выпрашивает есть.

— Немного. — предупреждаю ее строго. — И не подлизывайся, у тебя расписание на холодильнике висит. Изучи для разнообразия.

Нира зевает и всем своим видом говорит, что в расписаниях не нуждается. А я продолжаю с ней беседовать, чтобы хоть немного успокоиться. Но сердце все равно колотится так, что даже немного не хватает воздуха.

Я хватаю телефон, едва он начинает вибрировать. Вместе с ним внутри меня тоже что-то вибрирует. И ладони становятся влажными.

Да что ж такое то? Это просто мужчина! И это даже не свидание!

Себе то хоть не ври, шепчет нечто внутри меня. Ехать рано утром по винодельням, весной, да ее в компании его кузена и золовки. Ну да, нефига не свидание, а деловая встреча.

— Да. — выдыхаю в трубку. Выходит едва слышно, но Дейв весело отвечает.

— Я уже возле дома, Адри. Ты еще спишь? Или все же готова выходить.

— Сейчас. — отвечаю коротко и первой разрываю разговор.

Ф-ф-фак, руки, руки дрожат. Я смотрю на пальцы с бесцветным коротким маникюром. Эй, прекратите трястись!

И буквально через пару минут выхожу из дома. С сумкой через плечо и курткой на плечах. Погода сейчас такая, что проще перестраховаться и взять что-нибудь теплое.

Знакомая машина рядом с домом. А Дейв видимо решает поиграть в джентльмена. Потому и стоит рядом с ней, сияя улыбкой. Такой искренней, что я сглатываю и мысленно говорю "мамочки".

На нем обычные синие джинсы и темно-серая рубашка, поверх наброшена кожаная куртка. Небритость прибавляет плюс сто к харизме, как и черти в глазах. На таких мужчин оглядываются, их приглашают сняться в рекламе чего-то брутального.

— Привет. — говорит он. — симпатичный костюмчик.

— Спасибо. — я радуюсь, что звуки у меня выходят вполне нормальными. И да, я выбрала для поездки голубой спортивный костюм. А он чего ожидал? Платье в горошек или мини?

— Поехали. Кузен ждет нас на выезде из города.

— Мы не на одной машине?

— Зачем? — удивляется Дейв.

Он распахивает дверцу, а взгляд не отрывается, скользит по моему лицу.

— Адри, мы с Картером ненавидим когда за рулем кто-то из нас. Так что ради всеобщей безопасности решили ехать на двух машинах. Так удобнее и лучше.

— Согласна.

На самом деле еще неизвестно, что хуже: ехать с незнакомыми людьми или наедине с Дейвом. Я час назад хотела спать? Ха! Сейчас внутри меня все дрожит, точно струна. И странное чувство разливается по жилам. Такое…весеннее предвкушение. Оно будоражит, искрит. И утро начинает пахнуть парфюмом Дейва.

Как и салон автомобиля. Я устраиваюсь впереди, надеваю очки от солнца. А из динамиков уже играет рок.

— Ну… вперед.

И мы отправляемся. В Ванкувере даже в такой час машин много. Приходится немного потолкаться в пробках, прежде чем выезжаем из города. В одном месте на трассе Дейв сворачивает на небольшую дорогу, что ведет к площадке для отдыха. Тут уже стоит красный Jeep Wrangler. А возле него Картер и та рыжеволосая…как ее…

— Карт и Лора.

Точно! Лора! Я смотрю на рыжеволосую женщину, такую тоненькую, хрупкую, в голубых джинсах и короткой курточке. Внутри меня нечто начинает тихо-тихо шипеть. Кажется, эта Лора мне не нравится.

— Адри.

Дейв касается моего плеча, отчего внутри струны начинают дрожать и точно звенеть.

— Чего?

— Так и будешь сидеть? — усмехается Дейв. — Идем, поздороваемся и поедем. Ты успела позавтракать?

Мой завтрак состоял из кофе и печенья, но я киваю. Да, успела, успела.

И мне приходится вылезти на свежий ветерок и под взгляды Картера и Лоры. Они не сразу замечают нас, увлеченные разговором. А когда все же вскидывают взгляды, то я сразу понимаю: меня тут не ждали. Картер удивленно прищуривается, но затем улыбается и машет рукой. В то время как Лора молча переводит взгляд с меня на Дейва и обратно.

Так, тут явно не ждут, что Дейв приедет с кем-то. Лора вон аж губы поджала, что ее не красит совершенно. Они у нее итак узкие, а так и вовсе тонкая ниточка.

Я же улыбаюсь. Так широко, что у меня челюсть едва не сводит. Ну Дейв, ну…п-п-паразит. А он точно улавливает мои мысли. Я едва не дергаюсь, едва его пальцы едва заметно касаются моей руки. Но как ни странно, это меня успокаивает. Ха! Подумаешь, поедем с его кузеном и женушкой, которая явно видит во мне соперницу. Хотя с чего бы?

Себе то не ври, Адриана.

Мы подходим к семейной парочке. И тут Картер одаривает нас улыбкой. Вполне искренней кстати, а по мне еще и взглядом проходится. Точно маслом обмазал.

— Какой сюрприз. — его тон бархатистый, учтивый. — Дейв, а ты с коллегой!

— Помогаю адаптироваться, а заодно предложил показать как красива природа в Канаде.

— И правильно делаешь.

Картер пожимает мне руку, продолжая улыбаться. А мне все не нравится его взгляд. Не смотрят так на других женщин, если жена рядом.

— Адриана, кажется?

— Верно.

— Рад, что наша компания пополнилась такой чудесной женщиной. А это моя жена — Лора.

— Мы знакомы. — отвечает та и кивает мне. — Адриана ассистировала Дейву, когда я приезжала с нашим Рони. А теперь, видимо, ее обязанности распространились на то, чтобы сопровождать его в поездках.

— Почему бы и нет? — улыбаюсь ей в ответ. — Я чуть больше месяца в Ванкувере, много не видела. А тут поездка на винодельни?

— Надеюсь, проблем с алкоголем у вас нет?

Вот же сучка рыжая, еще и подколоть пытается. И с таким вежливым видом, точно и впрямь беспокоится.

— Скорее у алкоголя проблемы со мной. Всегда знаю меру.

— И на этой ноте я предлагаю ехать. — прерывает меня Дейв. — Путь неблизкий, а нам еще обратно. И кучу виноделен объехать.

Картер кивает и, одарив меня еще раз улыбкой, утаскивает Лору в машину. Я же чувствую себя как полководец, за которым осталось место боя.

Пока осталось. В память западает взгляд Лоры, который она переводила с меня на Дейва и обратно. Ой вот не верю я, что к моему спутнику у нее исключительно дружеские чувства. Плавали, знаем.

Я так хлопаю дверцей, что Дейв оборачивается и удивленно смотрит на меня.

— Извини. — бурчу в ответ. — Нервы. Работа знаете ли…

— И язык без костей. — кивает этот несносный мужчина. — А еще акцент такой, что шибануться можно.

— А у кого-то сленг прет. Я правильно перевела?

— Практически, еще учиться и учиться.

Машина Картера уже выруливает на трассу, а мы все сидим и смотрим друг на друга.

— Эй, хочешь ответку?

Я моргаю и не сразу понимаю о чем он. А когда доходит… то кажется в груди разливается море кипящей лавы и опускает в низ живота. Даже нет сил, чтобы выдавить хоть какой-то звук. Вместо этого неотрывно смотрю на твердые мужские губы, такие обольстительные. Такие, что просто схожу с ума.

И киваю. Быстро, коротко. Точно боюсь, что заметит. И при этом хочу, чтобы заметил.

Дейв замечает. Как всегда. Я лишь закрываю глаза, когда он подается ко мне.

Поцелуй выходит коротким, но настоящим. Таким, от которого кружится голова, а губы моментально становятся горячими, податливыми. Я лишь покорно раскрываю рот, позволяя его языку скользнуть внутрь. Это распаляет пожар до такой степени, что кажется еще немного и сгорю.

— Вот черт.

Дейв выдыхает мне это в губы. Мы сидим, прислонившись друг к другу лбами и оба тяжело дышим. Лично я удивляюсь, как у меня из ноздрей пламя не вырывается. А еще понимаю, что мои руки лежат на его груди. И на левой стороне, под рубашкой, бешено бьется сердце. Отдается мне в пальцы.

Почему-то это кажется даже более интимным, чем секс.

— Я не черт. — возражаю шепотом. — Я — твоя ассистентка. И то, что мы делаем, нехорошо.

— Просто ужасно. — также шепотом отвечает Дейв. — Предлагаю оштрафовать.

— Кого?

— Обоих.

Мы оба тихо смеемся, хотя непонятно над чем. Два здравомыслящих ветеринара вдруг превратились в пару подростков. И лично я чувствую себя тем еще бунтарем.

Дейв отстраняется с видимой неохотой и все же выводит машину на трассу.

— Надо нагнать Карта с Лорой. — говорит он. — Лучше ехать друг за другом. Хотя я и так знаю в какую винодельню едем сначала. Elephant Island Orchard. Одна из моих любимых кстати.

— Почему?

Дейв пожимает плечами. Машину он ведет играючи, но при этом взгляд с дороги не отводит. Оно и понятно: вокруг дикое движение. Погода хорошая, многие явно решили рвануть за город.

— Как тебе сказать. Это небольшая винодельня, в основном делает вина из фруктов и ягод. Они изумительны настолько, что в прошлом году я купил три ящика. Но полтора в итоге у меня забрали родители.

— Так и спится недолго.

— Вино пьют для удовольствия, а не для того, чтобы нахрюкаться.

— Еще и эстет.

— Ты обо мне много не знаешь.

— Как и ты. — парирую я.

Дейв на миг отвлекается от дороги и отвечает:

— Это временно, Адри. Я хочу тебя узнать.

И на миг становится тяжело дышать. Настолько серьезно звучит его голос, а взгляд такой при этом красноречивый. Я же отворачиваюсь к окну и молчу. Что мы делаем, а? У него же девушка! Напомнить ему?

— Зачем тебе это? — мой голос звучит хрипло, точно я килограмм мороженого съела.

— Потому что я так хочу.

— Типично мужское решение.

— Не представляешь насколько оно мужское. — хмыкает Дейв.

— А как же Латиша? — все же не выдерживаю я.

В машине повисает такая тишина, что аж в ушах звенит. Хотя нет, вру, это просто муха в салон попала. Что он ответит? Мне прямо интересно. Очень-очень.

— А как же Робби? — задает встречный вопрос Дейв.

Я чуть с сиденья не падаю, хотя вроде и некуда. Ну сравнил!

— Эй, я с ним не встречаюсь! А вот вы…

— А вот про нас ты ничего не знаешь. — рявкает Дейв. — Отношения бывают разными, Адри. Или ты не в курсе?

— Это какие же отношения разрешают целовать другую девушку?

— И не только целовать!

Дейв сжимает руль так, что тот аж трещит.

— Знаешь, Адри, у меня такое чувство, что ты воспитана в женском монастыре. Люди встречаются, расстаются, влюбляются в кого-то еще. С Латишей мы по обоюдному согласию, нам хорошо вместе, у нас отличный секс. Люблю ли я ее? Нет, но она мне нравится.

— Прямо душу открыл. — а вот у меня язвительность так и прет.

— Хочешь знать, что я ощущаю к тебе? — Дейв почему-то злится. — Ок, Адри, к тебе я ощущаю то, что не чувствую к Латише. Ты меня бесишь, но я о тебе постоянно думаю. Ты точно отрава. Или этот… приворот. Гребаный приворот, в который не верю.