Глава 21

Оставшись одна, я обвела взглядом комнату, мимоходом заметив, что Риан успел прибраться, пока я спала. Не все вещи стояли на своих местах, но откровенного беспорядка больше не было.

А я сидела полуголой на измятой кровати, растрепанная, тяжело дышащая и очень, очень голодная.

Вообще-то стоило умыться, расчесать волосы и одеться. Но жареная курица на туалетном столике выглядела куда соблазнительнее горячей ванны. К тому же времени было совсем немного.

Я нетерпеливо высвободилась из платья, оставшись в одной тонкой сорочке, плюхнулась перед трельяжем и взялась за вилку.

И тут внизу хлопнула дверь.

Экипаж. Неужели тот экипаж приехал к нам? Ко мне и к Геррене? Но кто это мог быть? Королевский маг только что был, гм, у меня, а других гостей мы не ждали.

— Ваше высочество! — раздался снизу голос Геррены. — У нас гости!

Ох, черт. Надеюсь, они не видели Риана, выпрыгивающего из моего окна.

Я с неохотой оторвалась от курицы и поглядела в зеркало. М-да. Раскрасневшиеся щеки еще кое-как можно выдать за смущение, а вот этот счастливый блеск в глазах и умопомрачительно довольное выражение лица, пожалуй, скрыть будет трудновато.

Ладно, справлюсь как-нибудь.

Я собрала волосы в скромный узел на затылке и надела голубое домашнее платье. Завершила свой туалет, то и дело жадно поглядывая на жареную грудку, истекающую соком, и все-таки не выдержала: отщипнула вилкой здоровенный кусок и отправила в рот. Ммм… кажется, есть захотелось еще сильнее.

— Ваше высочество!

— Иду, — проворчала я. Какая глупость, звать принцессу вот так, с нижнего этажа, словно горничную.

Принцессу…

Я вдруг замерла на месте. Геррена никогда, никогда не называла меня полным титулом. Что-то произошло. Что-то очень, очень неприятное.

На миг я задумалась, не выпрыгнуть ли мне в окно следом за Рианом, но тут же отказалась от этой идеи. Высокий второй этаж; с подвернутой ногой я далеко не ухромаю.

Что ж, посмотрим, что у нас за гости.

Я медленно спустилась по лестнице, чеканя шаги. И замерла, глядя на незнакомцев, расположившихся в гостиной.

Трое мужчин, и двое были мне незнакомы. Эти двое, впрочем, были в мундирах гвардейцев, и оба в чине не ниже капитана. А третий, крепкий молодой мужчина с тяжелой челюстью, был мне знаком лишь смутно, но, судя по его одежде, простым гостем он тоже не был.

Завидев меня, все трое встали.

— Ваше высочество. — Геррена выросла передо мной как из-под земли. — Позвольте представить вам нового герцога Критта и вашего будущего мужа.

— Н-нового герцога? — вырвалось у меня.

Я вдруг вспомнила слова Гая:

«Герцог скончался позавчера ночью; нам доставили письмо как раз перед нашей экспедицией в катакомбы. Маркус Критт стал новым герцогом».

— Маркус, — произнесла я вслух.

Мальчик, который третировал меня в детстве и которого я обстреляла сырыми яйцами. Младший брат Реймонда Критта, моего погибшего жениха. Новый герцог Критт.

Вот он, мой навязанный муж. И он приехал за мной.

Интересно, можно ли написать куда-нибудь, чтобы мне выслали другого?

— Ваше высочество. — Герцог едва обозначил поклон. — Будьте так любезны начать сборы. Мы уезжаем в столицу.

Я открыла рот.

— И даже чаю не попьете? — вырвалось у меня.

— Ваше высочество! — зашипела Геррена.

Я перевела взгляд в окно.

— Нас атакуют корабли южан, — безмятежно произнесла я. — Вы об этом знаете?

В глазах герцога что-то мелькнуло. Испуг? Страх?

— Бред, — с отвращением произнес он вслух. — Южане? С каких это пор у них появился флот? Это самоубийственная атака! Маги просто отразят атаку с берега, и корабли разнесет в щепки.

— Может быть, — вступился один из гвардейцев. — Но у южан свои маги. И раз они решились атаковать с моря, значит, у них есть план, и неплохой.

Да уж. Наверняка южане мечтали напасть и с суши, и с моря, но трещина на границе внесла некоторые изменения в этот безупречный замысел. А раз южане не знают, что кое-кто здесь владеет и обычной магией, и родовым даром, они решили, что все наши маги на границе объединили усилия и теперь лежат пластом в истощении. Самое время грабить и жечь беззащитный город.

Вот только не такой уж он и беззащитный.

— Городу нужна помощь, — произнесла я вслух. — Ваша помощь, герцог. Вы и ваши люди должны остаться и защищать нас, разве нет?

Второй гвардеец обернулся от окна.

— Там и впрямь корабли, — потрясенно сказал он. — Боевая линия.

Маркус Критт даже не обернулся, и я отдала должное его хладнокровию.

— Тогда поспешим, — сухо сказал он. — Я получил сведения, что семейство Перре было замешано в заговоре южан. Я желаю видеть их обоих немедленно. Теон, Грегори, оставайтесь здесь — я еду в городскую тюрьму со своими людьми. Проследите, чтобы вещи ее высочества были погружены с должным тщанием.

Это означало, что с этой минуты нас с Герреной не выпустят из-под надзора.

— Я все-таки уточню, — произнесла я ровным голосом. — На всякий случай. Предположим, что меня устраивает жизнь в Фосбридже и я не желаю выходить за вас замуж. Что тогда?

Маркус Критт окинул меня холодным взглядом:

— Меня совершенно не интересует ваше мнение по этому поводу.

— Почему-то так я и думала, — пробормотала я.

Мой будущий супруг подошел к входной двери и распахнул ее.

— Собирайте вещи, — бросил он через плечо. — Можете написать своим подругам, если хотите: мой посыльный отнесет ваши письма. Но сначала, разумеется, мои люди проверят всю вашу корреспонденцию.

Слово-то какое умное. Может, они и постель мою проверят?

Мои щеки жарко вспыхнули, как только я подумала о своей спальне наверху. Я и Риан так близко… что, если бы нас застали вместе? Что, если кто-то из людей Критта увидел бы Риана, выпрыгивающего из моего окна?

Я перевела взгляд на Маркуса, но его лицо было спокойным. Трудно было представить, чтобы он настолько сдерживал себя, знай он, с кем я была наверху. Я выдохнула с облегчением. Он ничего не знал. Никто ничего не знал.

Маркус посмотрел на Геррену.

— Проследите, чтобы все было в порядке, — со значением произнес он.

Геррена присела в глубоком реверансе:

— Разумеется, ваша светлость.

Ее губы улыбались, но лицо было напряженным и бледным.

— Вообще-то южане наступают, и вот-вот начнется сражение, — осторожно сказала я. — Вам не кажется, что оставаться здесь, так близко к набережной, попросту глупо?

— Южане не пройдут, да и что с вами может случиться? — отмахнулся герцог. — Теон и Грегори за вами присмотрят. Ждите здесь и не вздумайте никуда уходить.

— Как скажете, ваша светлость, — произнесла Геррена.

Герцог отрывисто кивнул. Секунда, и за ним хлопнула дверь.

— Не желаете отправиться на небольшую прогулку? — поинтересовалась я. — Полюбоваться набережной, пока там еще не началась паника? Любопытно, открыта ли кондитерская.

— Ваше высочество, вы прекрасно понимаете, каким будет ответ, — произнес Теон, стоящий у окна.

Я вздохнула. Действительно, меня не выпустят. Осталось только писать письма. Но кому? Близняшкам? Они и так узнают рано или поздно. Гаю? Опасно, да еще и бесполезно; он уже на позициях.

Впрочем…

Я села за стол, придвинула к себе письменные принадлежности и быстро набросала несколько строк:

«Аннета, дорогая,

Не представляешь, какое счастье меня посетило. Я выхожу замуж, и мой жених знатен, богат и совершенно от меня без ума! Представляешь, он увозит меня в столицу! Новый герцог Критт — настоящий кавалер моих грез, и я желаю, чтобы весь Фосбридж немедленно знал об этом. Конечно же, наши доблестные маги отобьют атаку южан, но я бы так желала, чтобы они поторопились с этой досадной мелочью, чтобы мы могли устроить бал в честь моей помолвки уже этим вечером! Пусть они знают! Пусть знает весь город, как я безумно счастлива!

Твоя

Джен»

Я перевела дыхание, складывая письмо. Аннета видела меня и Риана на дуэли. Она знает, что они с виконтом дрались из-за меня. И…

…Она даст Риану знать. Как-нибудь, но даст. Я верила в нее.

За спиной послышались шаги.

— Не запечатывайте конверт, ваше высочество, — послышался голос Теона. — Сожалею, но я должен прочесть; таковы правила.

Я без звука отдала ему письмо и уставилась в окно. Черные точки на горизонте приближались с каждой минутой: уже можно было разобрать очертания парусов.

Риан. Где ты теперь?

Я отказалась собирать вещи.

На мой взгляд, это было бессмысленно. Единственным моим сокровищем был медальон с портретом матери, но мне не позволили взять его с собой в изгнание. Наряды, которые я носила в Фосбридже, для супруги герцога Критта окажутся бесполезны, никаких памятных мелочей я не сохранила, помня о надзоре Геррены, а все свои деньги я потратила на бальное платье, которое висело наверху в весьма плачевном состоянии.

Наряды у меня еще будут. Деньги — очень вряд ли. Неограниченный кредит у лучших портных — разумеется, но кроме этого? Вряд ли мне дадут купить даже книгу. С любовницами, по слухам, аристократы были куда более щедры. Впрочем, сначала невеста должна подойти к алтарю и сказать «да», не так ли? Что-то мне подсказывало, что с этим у герцога будут некоторые… проблемы.

Я вздохнула, сидя на диване. Я слышала о девушках из аристократических семей, которые отказывались выходить замуж против воли. Как правило, их уговаривали или запугивали собственные родители. Браки часто устраивала или одобряла корона, и отказаться от подобного союза значило пойти против воли его величества. Королевская немилость была страшной угрозой, и ни одному семейству не хотелось попасть в опалу, а то и лишиться земель. Девушкам более скромного происхождения приходилось куда проще: Аннету или Клаудию вряд ли принудили бы к браку собственные отцы, а короне до них не было дела. А вот мне…

Мне не повезло.

Но непокорные все же находились. Медленно, исподволь, но мир менялся: молодые аристократки не желали быть товаром и отстаивали свое право на свободу всеми возможными способами. Увы, нередко это плохо кончалось: их лишали наследства, от них отворачивались в свете, и они доживали свой век приживалками в собственном доме, плохо одетые, незаметные и несчастные. Единственным дочерям везло больше, но им, продолжательницам благородного рода, куда чаще приходилось склонять голову перед волей короля. Я не могла припомнить ни одного случая за последние пять лет, когда девушка высокого положения, подобного моему, отказалась бы выйти замуж — и осталась бы незамужней.

Что ж, кто-то должен стать первым, правда?

За окном вновь послышалась канонада, словно огненные снаряды с шипением рвались в воздухе. Канонаду сменил рокот волн, а потом пол под ногами вздрогнул. Я вздрогнула вместе с ним.

Бой шел уже больше четверти часа. Шторы по настоянию Теона были опущены, «чтобы не тревожить дам», и мне оставалось только сидеть на диване в гостиной и ждать. Я могла вернуться в спальню, но остаться одной мне не дали бы даже там.

Вещи Геррены уже были уложены и ждали в экипаже. Герцог, как я заметила, взял с собой отдельную карету для нас. Впрочем, я была уверена, что без конвоя не обойдется и там.

— Насколько же мужчина должен быть не уверен в себе, — произнесла я вслух, — чтобы так обращаться с беззащитной женщиной.

Оба офицера посмотрели на меня.

— Ваше высочество, — осторожно произнес Теон, — репутация герцога Критта безупречна, и нет никаких причин думать, что вам что-то угрожает.

— О да, — серьезно сказала я. — Скажите, а вы сами хотели бы выйти за него замуж? Если бы были женщиной? Ведь это не так сложно представить, правда?

Оба гвардейца закашлялись. Я подняла брови:

— Я сказала что-то не то?

— Довольно, ваше высочество, — оборвала меня Геррена. Она сидела в кресле, сцепив руки, с безупречно прямой спиной, но ее губы подрагивали. — Вы совершенно зря не стали складывать вещи: это бы вас отвлекло. А так мне пришлось сделать это за вас.

Я вздохнула. Кажется, серое платье на пуговках будет преследовать меня до могилы.

А потом совсем близко раздался взрыв, и полыхнуло так ярко, что я увидела вспышку даже через плотные шторы.

Не помня себя, я рванулась к окну. Теон попытался удержать меня, но куда там!

Я рывком раздвинула шторы. И далеко слева, на каменном пирсе, который еще вчера казался незыблемым, а сегодня лежал в руинах, — я увидела крошечную темную фигурку, над которой закручивался огненный шторм.

Гай? Нет. Риан.

Все вокруг было фантасмагорическим, нереальным. Так должен был выглядеть настоящий магический бой? Именно так?

Я не верила своим глазам. Огонь и небо; дым над водой и перевернутый корпус корабля, расколотый пополам. Море отхлынуло от пирса, но рядом бушевали волны-языки с полнеба, и корабли южан зацеплялись за них килем, повисая в воздухе.

Кто побеждал? Кто проигрывал?

Кто останется жив?

От фигурки на пирсе полукругом пошла белая слепящая волна, и я торопливо задернула штору, закрывая локтем глаза.

— Что вы делаете, ваше высочество?

— Я видела эту магию, — выдохнула я в лицо Теону. — Она ослепляет на время. Даже если свет направлен прочь от нас, смотреть на него опасно.

— Какие у вас, оказывается, глубокие познания, — раздался насмешливый голос.

Я повернула голову.

В дверях стоял Маркус Критт. Мокрый с головы до ног, с непокрытой головой, без капюшона и плаща, но с рассеченным лицом.

— Не уберегся, — небрежно пояснил он, кивнув на свою окровавленную щеку. — Осколок пронесся мимо. Здесь оставаться опасно. Южане вот-вот войдут в город… проклятье, они сильнее, чем я думал.

— Почему же вы медлили, ваша светлость? — поинтересовалась я. — Почему не сбежали сразу, поджав хвост?

Герцог бросил на меня такой взгляд, что я тут же пожалела о своих словах. Вот кто мешал мне побыть вежливой? Но он все-таки соизволил ответить:

— Род Перре, даже захудалый, слишком влиятелен, чтобы им пренебрегать. Я мечтал смести кузена с доски давным-давно, а тут такой удобный случай: маркиза и ее сын замешаны в заговоре. Ведь королевский маг не ошибается, не так ли?

На губах герцога играла очень жестокая усмешка.

— Я не понимаю, — светски заметила я. — Чем они вам помешали?

— Тем, что были живы, — резко сказал герцог. — Овдовев, маркиза Перре сделалась владелицей имения и титула, а ее сын был ее единственным наследником. С их смертью наследником становлюсь я, ее двоюродный племянник. Маркизат как раз граничит с герцогством; очень удобно, не так ли?

«Ее сын был ее единственным наследником».

Был.

— Виконт Перре мертв? — чужим голосом произнесла я.

— Еще в пути я написал его матери и назначил встречу в ратуше, предлагая ее сыну помилование, — бесстрастно произнес герцог. — Как только она явилась, я обвинил ее в участии в заговоре. Я счел, что доказательств предостаточно: время военное.

— И они… были казнены? Оба?!

— Вместе с семейством Беверли. О, разумеется, я не представляю здесь формальной власти. — Герцог желчно усмехнулся. — Но королевский маг оставил господина градоправителя распоряжаться в его отсутствие, и мне не доставило особых хлопот… убедить его не откладывать казнь долее. В конце концов, приговор был всего лишь отложен, не отменен, не так ли?

— Королевский маг вовсе не собирался обвинить маркизу!

— О, оставьте, — отмахнулся он. — Я всего лишь сделал короткую приписку к вердикту по делу ее сына. Поверьте, моих доводов оказалось достаточно.

— Казнить маркизу Перре? Боюсь даже представить, в какую сумму обошлись вам эти доводы, — произнесли мои губы.

Я потрясенно смотрела на него. Маркус Критт убил их всех. Вряд ли герцогу удалось бы так надавить на Риана, чтобы тот приговорил к казни престарелую маркизу, но ему очень повезло наткнуться на нашего безвольного градоправителя, который наверняка был ослеплен высоким титулом.

…Впрочем, кого я обманывала? Было совершенно очевидно, что виконт Перре ни шагу не сделал бы без веления матери, и, раз в заговоре был замешан он, маркиза тоже все прекрасно знала и одобряла. Крум Беверли и его отец провели магов южан в наш город. А Сильвия Рейстерс…

Сильвия!

Я похолодела.

— Стойте, — хрипло сказала я. — Я дала Сильвии Рейстерс свое слово, что ее не тронут. Она помогла королевскому магу, она…

На лице герцога появилась холодная улыбка:

— Я знаю. Она сама мне об этом сказала.

— И? — нетерпеливо сказала я. — Вы выслушали ее?

— Самым внимательным образом. Не поверите, сколько интересных вещей мне повезло услышать.

Да уж. Я не сомневалась, что Сильвия попыталась очернить меня всеми возможными способами, забыв о том, что именно я спасла ее от заточения в обители.

Герцог явно забавлялся, глядя на меня.

— А что? Вы хотели бы, чтобы я проявил к ней милосердие?

Сильвия еще была жива. Моя клятва не была нарушена.

— Да. Я дала ей слово, и я желаю, чтобы вы его сдержали.

— Как бы вам самой не пришлось об этом пожалеть, — почти промурлыкал герцог. — Но я исполню ваше желание. Собственно говоря, я уже его исполнил, и куда полнее, чем вы бы хотели.

Я непонимающе смотрела на него:

— Что вы имеете в виду?

— Увидите.

Герцог кивнул Геррене, которая уже принесла тазик с горячей водой и сейчас раскладывала на столике все необходимое для обработки раны.

— Это для моего лица?

— Да, ваша светлость, — почтительно сказала Геррена. — Нужно промыть и зашить, иначе щека может воспалиться. Всего лишь пять минут: в дороге мы этого сделать не сможем.

Он вздохнул, падая на диван:

— Что ж, валяйте.

Геррена склонилась над ним, промакивая лицо чистой тканью. Я вдруг почувствовала, что у меня снова разыгрался аппетит, и шагнула в сторону кухни.

И тут в гостиной с грохотом вылетели окна.

Я едва успела пригнуться. Маркус Критт с завидной скоростью сгреб Геррену в охапку и бросился с ней через диван. Теон кинулся на пол, но стекло успело иссечь ему предплечье и задеть спину.

Второму гвардейцу, который стоял ближе всех к окну, повезло куда меньше. Огромный кусок стекла врезался ему в горло, и я с ужасом смотрела, как он рухнул, истекая кровью. Пара мгновений, и его глаза остекленели. — Нет, — прошептала я.

Стена пламени взвилась перед глазами. Я невольно прикрыла рукой глаза от жара. Это было понарошку, не всерьез, будто мы стояли перед огромной сценой, будто это все было спектаклем…

Нет. Это было по-настоящему.

— Лошади! — закричал герцог. — Что с ними?

— В трех кварталах отсюда, — послышался голос Теона. — Я взял на себя смелость переместить их подальше от моря.

Герцог сорвал с лица влажную ткань:

— Отлично. Идем, немедленно!

Я покачала головой:

— Нет.

Геррена посмотрела на меня как на сумасшедшую. По знаку герцога Теон тут же встал ко мне вплотную.

— Я никуда не поеду, — сообщила я. — И уж точно — с вами. Я не желаю выходить за вас замуж или ехать в столицу. Вам придется тащить меня волоком, и я буду сопротивляться.

— Ваше высочество! — зашипела Геррена. — Из-за вас мы все можем погибнуть!

— Очень ценное замечание.

Я вздрогнула, услышав этот голос. И обернулась.

Риан, перепачканный сажей, в разорванной рубашке, стоял, держась за косяк.

— Ваше высочество, ваша светлость. — Он отвесил каждому из нас короткий поклон.

Глаза герцога сузились:

— Дейверс.

— Он самый, — беспечно произнес Риан. — Слышал, вы тут уже успели всех казнить, оставив мне чистые руки и репутацию героя. Делайте так почаще, пожалуйста.

Он вновь поклонился мне:

— Ваше высочество, примите еще раз мою глубочайшую благодарность за вашу помощь и содействие, но теперь вы должны уехать немедленно. Мы отбросим южан — собственно, последние часы я только этим и занимался, — но беспокоиться еще и о вас, увы, нам не хватит сил.

— Почему вы не в бою? — ледяным тоном поинтересовался Маркус Критт.

Риан вскинул бровь:

— А у вас есть запасной магический резерв? Потому что я бы взял парочку. Едва держусь на ногах, а это не самое приятное ощущение.

Он повернулся ко мне, и на его лице не было улыбки:

— Едва по городу разнеслась благая весть, что ваш жених увозит вас в столицу, я, признаться, вздохнул с облегчением: одной головной болью меньше. Увы, его стратегический гений чересчур глубок для моего бедного разума, поскольку я до сих пор не понимаю, почему вы, ваше высочество, все еще в городе.

— Я хочу остаться, — тихо, но твердо сказала я. — Помочь вам. Если мы вернемся к родовому алтарю, может быть…

— Тут мы расходимся во мнениях. Боюсь, южане не будут ждать на пляже под зонтиками, пока мы будем полдня пробираться по туннелям. — Голос Риана стал жестким. — Уезжайте, ваше высочество. Сейчас же. Гай и его люди держат море, но их силы не бесконечны. Южане вот-вот сметут эту полосу. Буду невежлив, но убирайтесь тотчас же во главе с его светлостью, или я выброшу вас за шиворот.

— С его величеством вы бы тоже так разговаривали? — поинтересовался герцог.

Геррена коснулась его руки:

— Ваша светлость… идемте. Сейчас не до пикировок.

— Именно, — негромко произнес Риан. — Уверен, его величество меня бы понял.

Теон потянул меня к заднему выходу, и в этот раз я не сопротивлялась.

Мне очень хотелось сказать Риану что-нибудь на прощание. Обнять его. Просто сжать на миг его руку.

Но я не могла. И это было тяжелее всего.

Я успела обернуться, выходя из гостиной.

Но увидела лишь закрывающуюся дверь.

Мы бежали все три квартала, пока с неба падал огонь и валились осколки.

Маркус Критт был идиотом. Если бы он хоть немного подумал головой, он отправил бы нас из Фосбриджа тотчас же, едва увидел корабли южан. Риан положился на то, что мой жених это сделает, — и тоже наверняка сейчас считает себя таким же дураком, что не предусмотрел этой возможности.

Выживет ли он? Увижу ли я его снова?

Я уже заметила впереди экипаж, когда Геррена вдруг горестно охнула. Я повернулась — и увидела, как вспухает огненный шар на месте дома.

Нашего дома.

У меня подкосились ноги. Если бы мы задержались там еще хотя бы на десять минут…

— Быстрее, — нетерпеливо произнес герцог, останавливаясь рядом со мной. — Лошади здесь есть только у нас, а в городе полно обезумевших людей, мечтающих выбраться. Мои гвардейцы пока их сдерживают, но это не навсегда. Идите же!

Он почти силой втолкнул меня в экипаж. Я рухнула на сиденье — и поперхнулась, увидев, кто сидит напротив. Сильвия Рейстерс.

Кажется, у меня галлюцинации. Впрочем, я слишком устала для всего этого.

— Пошла вон, — произнесла я. — Геррена, помогите мне вытолкнуть ее из экипажа.

— Не получится, — медовым голосом произнесла Сильвия. — Его светлость взял меня под свое покровительство.

— Я думаю, увидев тебя с выдранными волосами и расцарапанным лицом, он тут же повторит свое предложение, — согласилась я. — Ты как, помнишь, что тебе на особу королевской крови нападать нельзя, а вот мне — очень даже наоборот? Учти, у меня был очень тяжелый день.

— За два года, я смотрю, вы слишком привыкли к независимости, — раздался голос моего будущего мужа. — Сильвия едет с вами, и это не обсуждается.

— Кажется, она успела произвести на вас впечатление, — ровным голосом сказала я. — Могу представить, какие аргументы она предоставила, когда вы вызвали ее на допрос.

Да уж, похабное письмецо виконта Перре натолкнуло меня на некоторые мысли, которые я бы с радостью выкинула из головы. Увы, у меня была очень живая фантазия.

— Я собираюсь вывезти эту девушку из осажденного города, а вы представите ее ко двору, — ледяным тоном сообщил герцог. — Вам все понятно?

Нет, я прокушу ей яремную вену, пока она спит. Платье, правда, придется отстирывать, но меня это не волнует.

Тем временем Геррена села рядом с Сильвией с таким видом, будто проглотила лимон. И в этакой компании мне предлагается ехать до столицы?

— Геррена, вы поможете мне вышвырнуть ее из экипажа на полном ходу? — спросила я. — Да или нет?

Геррена оторопела:

— Ваше высочество, я…

— Мой жених наносит мне оскорбление, заставляя путешествовать со своей любовницей, — произнесла я. — Если по дороге с ней произойдет несчастный случай, при дворе меня только зауважают.

Сильвия сжала кулаки.

— Хватит, — выпалила она. — Я отказываюсь ехать с этой… с этой…

— С ее высочеством, которая даровала вам жизнь, — холодно уронила я. — И не забывайте об этом.

Сильвия выскочила из экипажа, чуть не оттолкнув герцога.

— Вернитесь немедленно, — сухо сказал он. — Моя невеста позволила себе лишнее.

— И еще позволю, — сообщила я. — Если эта особа окажется неподалеку, она ни на секунду не будет чувствовать себя в безопасности, обещаю вам. Я в жизни не поднимала руку ни на одну женщину, но все когда-нибудь меняется, правда?

— Бешеная, — пробормотала Сильвия, прячась за спину герцога.

Да уж. Благородные леди уж точно себя так не ведут. Но что делать, если на другие аргументы герцогу плевать? Я могу изойти на убедительнейшую риторику, но он пропустит любые мои возражения мимо ушей.

— Вы поедете со мной, Сильвия, — утомленно произнес герцог. — Пожалуй, так будет даже лучше. Теон, сядешь в один экипаж с Дженис и ее компаньонкой.

«Дженис». Он будет называть меня по имени? Серьезно?

Кажется, наш брак будет очень недолгим. Впрочем, какой, к дьяволу, брак? Словно я по доброй воле пойду с этим мерзавцем к алтарю.

Я откинулась на мягкую спинку сиденья. Геррена сидела напротив, расправляя юбки. Теон запрыгнул в экипаж, устраиваясь рядом с Герреной, и сделал знак трогаться с места.

Геррена опустила занавески. Мы ехали в полутьме, но я прекрасно слышала грохот взрывов и крики раненых. Кому-то удалось уехать из осажденного города, кто-то ушел пешком, лишившись лошадей, но многие, слишком многие остались. И сейчас выбор у них был невелик: бросить все на разграбление мародерам и попытаться спастись, сбежав в более или менее безопасную часть города, или погибнуть.

Должно быть, мне стоило быть благодарной судьбе, что я была спасена. Но сейчас я бы куда охотнее стояла рядом с Гаем и Рианом, обороняя свой город. Защищая свою землю.

Я вспомнила огненные лепестки, которые летели с башни маяка, ведомые моей рукой. Скоро. Совсем скоро я сделаю это. Я стану настоящим магом.

И тогда никто меня не остановит.