Глава 3

– Ох, наконец-то! – восклицает моя лучшая подруга Юля, когда мы устраиваемся за столиком одного из самых крутых баров города. – И не говори, – подхватывает Диана. – Я думала, эта неделя никогда не закончится. – Да уж, бесконечная, – вздыхаю я. Всю неделю мне приходилось передвигаться по университету чуть ли не мелкими перебежками. И все равно это не спасало. Повсюду был он. Смотрел. Хищно улыбался. Одним своим взглядом то ли угрожал, то ли обещал. Что в случае Кулагина, в принципе, одно и то же. Потом была еще одна лекция в их группе. Все время, пока вела ее, вибрировала от страха и долбаного возбуждения! Клянусь, ткань трусиков уже не спасает. Я чувствовала, что внутренняя сторона бедер была влажная к концу этой пытки. Можно, конечно, сказать, что я просто вспотела. Только вот это будет не совсем правдой. Я не смотрела на него. Но очень отчетливо ощущала на себе его взгляд. Он опять раздевал меня им. Потом укладывал на парту и… нет, даже не трахал. Драл. Он меня просто вые… – Ох, – непроизвольно вырывается из меня, и я благодарна шуму в баре за то, что меня никто не услышал. – Так, девочки! – восклицает Юля, поднимая свой бокал с просекко. – Неделя закончилась. Помянем ее. – Тогда не чокаясь? – смеется Ди. – Как это? – отзывается Юля. – Очень даже чокаясь. Мы сталкиваемся бокалами и делаем по несколько глотков. – Я жду караоке, – говорит Ди, ставя свой бокал на стол, и давая официанту возможность поставить перед нами тарелку с фруктовой нарезкой. – Ой, мне после прошлого стыдно, – смеется Юля. – Да ты сейчас после пары бокалов будешь думать иначе, – произношу я, и мы снова чокаемся. – Девочки, вы здесь одни? – у нашего стола останавливается пара мужчин. Как Юля говорит, не наш формат. В каких-то толстовках. Один даже в кепке. – Нас здесь много, – говорит Диана. – А может стать еще больше, – ухмыляется один из них. – Так, мужчина, я тут пытаюсь быть вежливой, – говорит Юля, а мы с Ди хихикаем. – Поэтому скажу прямо. Мы польщены вниманием двух таких роскошных джентльменов, но сегодня у нас вечер только для девочек. Поэтому просьба оставить нас прямо сейчас. Мы хотим обсудить… менструальные чаши. Мужики хмурятся и переглядываются. Видимо, ничего не знают про чаши. – Она пытается сказать вам, что мы не расположены сегодня общаться ни с кем, кроме нашего круга, – говорит Диана. – Да! – восклицает Юлька и выразительно смотрит на мужиков. – Ну, если вам надоест женское общество и вы захотите разрядить атмосферу, мы будем за тем столиком. Они отходят, а мы провожаем их взглядами. – Чего там он предложил разрядить? – спрашивает Диана. – Обойму себе в голову, – отвечает Юлька, и мы хохочем над остроумной шуткой. Спустя пару часов и три бокала любимого апероля я наконец чувствую, как расслабляюсь. – Так и что там твой Артем? – спрашивает Юля Диану. – Я решила так, – твердо заявляет подруга. – Если он в течение этого месяца не сделает мне предложение, я разрываю отношения. Я ему что, девочка, что ли? Если мужик хочет быть с женщиной, он берет на себя обязательства. А мой отлично устроился. Каждый вечер приезжает ко мне. Ест, трахается, ложится спать, утром сваливает на работу. Я же при этом, кроме члена, ничего не получаю. – А еще полеты в отпуск трижды в году, подарки и цветы, – напоминает ей Юля. – Пф, – фыркает подруга. – Зато у него никаких обязательств. – Дорогие друзья, – наконец раздается голос ведущего, и все поворачивают головы в сторону небольшой сцены в глубине помещения. – Сегодня у нас вечер караоке, и первыми его откроют три очаровательные девушки. Юлия, Диана и Ия. Какое потрясающее имя! Девушки, мы вас ждем! – Господи, кто это сделал? – стонет Юля. – Я! – гордо заявляет Диана. – Пойдемте. – Будем разогревать толпу, – сокрушается Юля, и мы двигаемся к сцене. Откровенно говоря, пою я так себе, но поорать песни в три горла с девочками могу. Особенно когда уже навеселе. Главное, чтобы в баре не было моих студентов. Как я потом буду смотреть им в глаза на парах? Вот еще одна причина, почему я не работаю в учебном заведении на постоянной основе. Кроме довольно смешной зарплаты я еще и должна следить за тем, что говорю и делаю в свое свободное время. – Не могу поверить, – смеется Юля, когда начинают играть первые аккорды песни “I’m a woman”, которую пели подруги в “Сексе в большом городе”. Тоже в караоке, кстати. Мы начинаем петь. Хохочем. Нам хлопают. Кто-то даже подпевает. А потом в какой-то момент я чувствую, как волоски по всему телу встают дыбом. Кожа покрывается мурашками, и я сбиваюсь с ритма. Сглатываю, обводя взглядом посетителей бара. Я знаю это ощущение у себя на коже. Знаю, от чьего взгляда оно появляется. Нет, Святослава здесь не может быть. Что ему делать в таком месте? Студенты здесь не тусуются, даже мажоры, такие, как он. Здесь, как Юля говорит, место для тех, кому за тридцать. И все равно меня не покидает ощущение этого пристального взгляда на мне. Кажется, будто ткань моего темно-зеленого платья постепенно сползает, заставляя поежиться от неуютного чувства. Никогда так не делаю, но впервые прямо посреди песни я выключаю микрофон, отдаю его ведущему вечера и, соскочив со сцены, тороплюсь к уборным, чтобы прийти в себя. Меня охватывает необъяснимая дрожь. То ли ужас, то ли адское возбуждение, которое заставляет сердце колотиться быстрее и гнать мои ноги в относительную безопасность маленького помещения уборной. Влетаю в туалет, но не успеваю даже закрыть дверь, как следом за мной в комнатушку врывается Святослав и запирает нас изнутри. – Ну привет, – произносит он своим соблазнительным голосом, и воздух застревает у меня в горле.