Глава 42. Пропажа

Даниэль

*

Время шло, а Ангелина всё никак не возвращалась.

Где-то с полчаса я успокаивал себя мыслями, что девушке просто хочется немного побыть одной и обо всём подумать. Оно и понятно: ведь на неё столько всего свалилось за такой короткий срок!

Но с каждой минутой в груди нарастала тревога.

Надо было всё-таки остаться с ней, найти слова уговорить её помыть ей спинку. Или просто отвернуться и стоять в углу – дожидаясь, пока она примет душ.

Не выдержав, я всё же отправился к девушке в санузел. Не впустит – так хотя бы откликнется, что всё хорошо.

Подёргал за ручку – заперто. Постучал – ответа нет. Громко постучал – результат нулевой.

Вот теперь я заволновался по-настоящему.

Сомневаясь, что искусственный интеллект «Ястреба» меня послушает, всё же отдал приказ:

– Искин, открой эту дверь.

– Как прикажете, капитан, – огорошил меня ответом робот.

С каких веселящих грибов или системных вирусов искин назвал меня капитаном? Что тут вообще происходит?

Дверь передо мной распахнулась, и я быстро вошёл внутрь. И оторопел.

Да, это была ванная. Но не та! В прежней – в той, где я оставил девушку, всё было отделано позолотой. А здесь – хромированный стиль хай-тек.

И, разумеется, никакой Ангелины тут не наблюдалось.

– Искин, тут была девушка, моя невеста. Где она сейчас? – хрипло задал я вопрос.

– Леди Ангелина покинула корабль вместе с Люмьеном Дарком двадцать минут назад, – отчитался робот.

– На чём? – я схватился за голову.

Всё, когда я доберусь до этого пирата – ему не жить! Порву на банданы с особой жестокостью!

Только бы он ничего не сделал Ангелине…

– На одном из транспортных модулей. «Ястреб» – это корабль из серии «Трансформер». Каждое помещение – это отдельный блок, который может передвигаться. Господин Дарк переместил девушку на стартовую площадку, занёс в модуль и улетел в неизвестном направлении, – бесстрастно пояснил искин.

Значит, он её ещё и на руках потаскал! Бедная моя девочка! Представляю, как она сейчас напугана!

– Тот модуль можно отследить? – уточнил я, уже догадываясь, что мне на это скажут.

– Никак нет, капитан, – последовал ответ.

Так я и думал.

– Почему ты называешь меня капитаном? – спросил я, лихорадочно прикидывая в голове план дальнейших действий. И первым пунктом там шло – разбудить Рыжулика. Этот супершпион обязательно поможет вернуть его ангелочка.

Пункт второй – активировать Криса. Пусть он проникнет в систему «Ястреба» и попытается обнаружить транспортник. Они где-то поблизости: не успели ещё улететь далеко.

Ответ искина меня ошарашил:

– Господин Люмьен Дарк оформил дарственную на ваше имя. Три часа назад вы стали владельцем этого судна.

– Это что, шутка? – не поверил я.

– Никак нет, капитан, – спокойно отозвался искин. – Господин Дарк просил вам передать, что вы найдёте все ответы в рубке. Он записал для вас видеообращение.

– Паразит! – глухо выдохнул я и рванул к Рону и Рыжулику, в то время как робот возразил:

– Никак нет, капитан: господин Дарк не относится к паразитирующему отряду. Он гуманоид, дартаниец.

Неожиданно понял, как сильно я соскучился по Крису.

– Ещё как относится! И не спорь со мной никогда, ясно? – рявкнул я на него.

– Принято, капитан, – равнодушно донеслось в ответ.

Друг и коты уже спали без задних ног. Ворвался в их каюту как вихрь:

– Подъём! Ангелину похитили!

– Какую ещё Ангелину? – сонно пробормотал Рональд и тут же вскочил: – Что, нашу девчулю? Кто посмел?

А Рыжулика и вовсе как подкинуло неведомой силой: он взвился в воздух с яростным шипением и кинулся на меня, вопя в моей голове:

«Ангелочка проморгал, скотина ушастая!»

Эту перекошенную в гневе рыжую морду и острые когти на подлёте к моему лицу я запомню надолго.

Я бы уклонился от этого зверского нападения, но меня опередили: раздался треск электрических разрядов, и кот безвольной тряпочкой рухнул на пол.

– Нападение на капитана корабля. Угроза обезврежена, – бесстрастно отчитался искуственный интеллект «Ястреба». Одним словом, смертник.

Он ещё не понял, что совершил самую роковую ошибку в своей жизни.

«Убью проклятого искина», – раздалось в моей голове с таким утробным рыком, что даже кончики моих ушей покрылись холодными мурашками.