Глава 5
Артём.
От боли не могу нормально дышать, каждый вдох – это сплошной ад. Вокруг меня темнота, и только я в лучах прожектора. Чувство полного бессилия, болтаясь подвешенным за крюк в потолке со связанными конечностями, охватывает все сильнее. Я вижу руку с ножом, которая собирается сделать очередной порез, а может, и чего похуже. Дергаюсь, пытаясь разорвать опутавшие меня веревки, как понимаю, что меня схватили за плечи и трясут, где-то вдалеке стонет Селина, все вокруг меня вертится. Сон, это сон! Но я не один! Инстинкты срабатывают мгновенно, выхватывая из -под подушки пистолет, я даже глаза не успеваю открыть. Приятное чувство действий заполняет моё тело, но женский вскрик и последующий мат окончательно возвращают в реальность.
Открыв глаза, понимаю, что ствол оружия упирает в висок девушки, которую второй рукой я схватил за предплечье. Огромные голубые глаза наполнены смесью страха, боли и раздражения, очень красивые и живые глаза моего персонального мучения.
- Господи, это просто снова я! Ужас, я ещё и заикаться начну сейчас! – сдавленно просипела девушка, но продолжала не двигаться, застыв в неудобной позе склонённой надо мною.
Убрал пистолет обратно, отпуская Анну, которая тут же поморщилась и потерла руку. Света ночника хватило рассмотреть на нежной коже большие синяки от пальцев, судя по размеру, мужских. Мой захват пришелся как раз на то же место. Мне, конечно, практически постоянно хотелось придушить эту девицу в воспитательных целях, кроме случая, когда она два часа своей сексуальной, в этой чертовой юбке, попкой кверху елозила вокруг офисного стола. Тогда тоже хотелось заняться её воспитанием, но определённо с другой целью. В реальности же, сделав Анне больно, хотелось придушить уже самого себя.
- Твою мать, что это? – снова перехватил ее руку, но уже за ладонь, слегка приподняв закатанный рукав рубашки, стал поворачивать, чтобы разглядеть отметины мужского козлизма.
Правда, сам не лучше! Сел на кровати, спуская ноги на пол, притягивая девушку ближе к себе. Она молчала и спокойно встала между моих разведенных коленей. Недоумевая и даже немного пугаясь, посмотрел ей в лицо.
Её голова была наклонена вперёд, часть лица была скрыта белокурой массой волос, но часто моргающие глаза застыли на наших руках.
Сказать, что я дебил, это ничего не сказать. Своими маханиями оружием у нее перед лицом я до чёртиков напугал Аню. Другая уже бы убежала или в истерике валялась, а эта только старательно хлопала ресницами, чтобы не заплакать.
- Ань, извини! Мне плохой сон приснился, и я … среагировал. Я забыл, что не один, – как можно мягче произнёс я, осторожно поглаживая большим пальцем ее синяки.
- Ага, хорошо. Я так и подумала, – спустя десять секунд ответила девушка, глубоко вздохнув и шумно проглотив слюну.
Она так и не заплакала. Я даже удивился, ведь женщины частенько управляют мужчинами солёными потоками, внушая чувство нашей вины и их слабости.
- Откуда? – снова спросил я.
- А, это!? Ерунда! В клубе один мужик решил, что он моё всё в этой жизни, а потом сверху Демон свою лапищу наложил, вот и вышло дурацкое совпадение синего цвета, – пояснила девушка, осторожно потягивая свою руку из моей.
- Теперь ещё я добавил! – подытожил я, сделав в уме заметку о том, что надо уточнить у вчерашней охраны клуба и наших парней, кто там так руки распускал.
Сделал вид, что не замечаю её потуг освободиться, посмотрел время на маленьких часиках на тонком запястье. Оказалось, что уже глубокая ночь, второй час.
- Ты осталась?
- Да. Я звонила маме, она сказала, что ночью лихорадка может снова вернуться. Решила вздремнуть в гостиной, а проснулась от твоих периодических стонов и даже вскрика. Решила, что тебе снова плохо, хотела проверить температуру.
Анна кивнула в сторону, где на полу в длинном ворсе ковра недалеко от кровати валялся термометр.
- Нет, я себя чувствую неплохо, это всё сон.
- Да я поняла, что просто дурной сон. Обычно люди так и делают, когда снится что-то плохое, хватают пистолет и тычут им в будящего.
В голос девушки вернулся лёгкий сарказм, и будь я проклят, но меня это радовало.
- Ну, мы все разные, так что...
- Да, да, я намёк поняла, уже ухожу, – шмыгнув носом, девушка собралась уходить, но я по- прежнему держал ее за руку.
- Как уходишь? Я, вроде, еще не просил.
- И не надо просить, вот сейчас лапку мою выпустишь, и я испарюсь. Пойду домой, а то Боня один не любит спать.
- Господи, в два часа ночи?! Совсем с ума сошла? - возмутился я. – Утром пойдёшь хоть на все четыре стороны, и Боня твой переживёт. Вон, какой упитанный, может, похудеет малость на нервной почве и без ужина. Ты меня, вроде, лечить собиралась! – закончил своё бухтение, отпуская ее пальцы.
Девчонка снова только выдохнула и ушла из спальни, прихватив с пола градусник. Прилёг обратно на постель, так как слабость кружила голову, а возможно, это цветочный чарующий аромат женских духов. Удивительно, как терпеливо Анна лечит мою «больную задницу», спрятав свои коготки и острый язычок, но тут главное не расслабляться.
Сейчас милая, ласковая и заботливая, а потом нож в спину, пискнуть не успеешь. Знаем таких… проходили. Я был благодарен за ее помощь, но чувствовал всем нутром, что утром от нее надо быстро избавляться. Это как в слежке, когда я со сто процентной уверенностью могу сказать, что пора валить, иначе накроют. С ней мой контроль страдал, но, самое главное, она так глубоко проедала мне печенку, что руки безбожно чесались перекинуть ее стройное тело через колени и хорошенько надавать по этой волнующей меня уже вторые сутки заднице.
Я по жизни старался избегать чрезмерных эмоций, так моя явная нелюбовь к общению быстро охлаждала пыл строптивых девиц, а в тяжёлых случаях с брутальными пацанами шел плюсом удар в челюсть. После знакомства с этой блондинкой мои нервы стали ее «качелями», которые она постоянно запускает в самую высь. Именно по причине своего нестабильного состояния даже Селине с Даном звонить не стал, а телефон на беззвучном где-то валялся. На подругу я тоже злился за беспечность вчерашним вечером, мог в лёгкую сорваться. Походу, правда, пора нервишки подлечить.
Анна тихо вернулась, протягивая мне стаканчик с шипучим содержимым. В глаза снова бросились синяки на её руке, отчего снова захотелось дать кому-нибудь в рожу.
- У меня тонкая кожа, синяки от любой ерунды появляются, – прокомментировала Аня мой пристальный взгляд.
Просто кивнул, так как слова девушки не успокоили, а, кажется, даже наоборот. Залпом выпил лекарство, вернул стакан и откинулся на подушки. Чёрт, что за парфюм у неё, как - то раньше не встречал такой, вкусный, что хотелось найти источник и проглотить целиком.
- Ложись здесь, – коротко бросил я, наблюдая за ней из полуприкрытых ресниц.
Анна осмотрелась вокруг и, не найдя ничего другого, кроме моей кровати, изумлённо посмотрела на меня.
- Я в гостиной прекрасно размещусь!
- Нет, ложись здесь!
- Да никуда я не сбегу! – возмутилась девушка, делая шаг от кровати.
- Аня, чёрт, ложись здесь, я не кусаюсь, когда больной и сплю, – успокоил девушку, но видя, как воинственно загораются эти голубые глаза, ждал продолжения.
- Это по твоей узколобой логике должно меня сейчас успокоить?!
- Или ты ложишься сама, или я встаю и тебе помогаю. Какой выбираешь вариант?
- Я выбираю вариант, что после температуры у тебя оплавились последние извилины и теперь ты бредишь на яву. Очнись, малыш! Аууу! – прищурив глаза, высказалась девушка, начиная ход к двери.
- Ну, ты сама выбрала! – начиная вставать, сделал вывод.
- Да вашу ж… я сама, не надо меня таскать, как тряпичную куклу, – громко вскрикнула Анна, подходя к постели с другой стороны.
Я, стараясь не улыбаться во весь рот, только хмыкнул, укладываясь обратно. Рядом доносилось пыхтение насчёт самодурства начальников и превышения полномочий, а в итоге всё свелось к типичному, что мужики- козлы. Я бы с ней даже согласился, так как сам не знаю, какого хрена меня дернуло заставить ее лечь рядом.
Повернув голову, увидел прямую спину и затылок с пучком волос. Вспомнил, что ещё днём хотел, видимо, в приступе лихорадки стянуть резинку и выпустить локоны на свободу. Когда она будила меня, волосы были распущенными, а с лекарством она вернулась с завязанными. Повернулся к ней лицом, чувствуя, как протестуют мои рёбра. Медленно протянул руку, стягивая аккуратно резинку- пружинку.
Аня дернулась, но не остановила.
- Селина говорит, что, когда спит с завязанными волосами, утром голова болит, – решил хоть этим объяснить девушке свой поступок, раскладывая длинные локоны по подушке.
- Вы с Селиной близки? – тихо спросила она.
- Ну, конечно, мы вместе росли, учились, у нас общее прошлое.
- Вы встречались?
- Нет! – резко ответил я, так как эта тема меня всегда напрягала.
- Но она тебе нравилась?! – снова ненавязчиво спросила Аня, хотя мне показалось, что это был не вопрос.
- Возможно, – ушёл я от прямого ответа.
- И до сих пор нравится?!
- Ты начинаешь наглеть!
- Извини, но ты первый начал, решив тронуть мои волосы.
Тут крыть было нечем, так что я просто промолчал, вдыхая ее запах. Я не был таким великим парфюмером, как моя подруга Селя, но этот аромат запомнил ещё с первой встречи, когда Анна повисла на моем плече.
Спустя время спина девушки так и не расслабилась, и, судя по звуку, она нервно теребила кулон на цепочке.
- Что, так противно? Или кровать недостаточно мягка? – начал я злиться.
- Вот почему сразу недовольства? – тоже нервно ответила девушка.
- Что не так?! – стараясь не заводиться ещё сильнее, спросил я.
- А обязательно, чтоб тот пистолет лежал под моей подушкой?! Можно его убрать хотя бы под твою.
Я мысленно и грязно выругался, совсем позабыв, что оружие там.
- Конечно, можно! – пропыхтел я, подсунув руку под ее подушку, убрал эту «горошину для принцессы» рядом на тумбочку к пустому стакану.
- Могла и сразу сказать, – пробурчал я.
- А обязательно с ним спать? – как-то задумчиво спросила она, укладываясь поудобнее.
- Обязательно! – не допуская возражений, ответил, ощущая нервозность и явные признаки своего возбуждения от новой волны ее запаха.
- Всё, хватит крутиться! – проиграв борьбу с самим собой, одним махом притянул ее к себе вместе с подушкой.
- Я могу уйти, а это переходит… - воскликнула девушка.
- Аня, помолчи, пожалуйста, и спи! – устраивая свою ладонь на её животе.
- Дааа это … - снова попытка возражений.
- Аня, молчи, а то ремней у меня в шкафу много, на любой вкус.
- И что, даже розовый есть? – тихо спросила она, но я чувствовал ее улыбку.
- Если дойдет до этого, то я покрашу или специально куплю, а сейчас и черный сойдет. Спи!
К моему облегчению, фыркнув, девушка замолчала и расслабилась.
- И ты совсем не похожа на тряпичную куклу, очень даже … упругая! – решил в отместку тоже её немного позлить.
- Демидов, если это был комплимент, то я сейчас расплачусь, – донеслось глухое из соседней подушки.
- Это не комплимент, просто отметил факт, – буркнул в ответ, чтоб последнее слово осталось за мной.
Девушка, только понукав, привычным движением прихватила волосы, перекидывая на плечо, а потом снова начала возиться, задевая пресловутой попкой мой пах, и вдруг замерла.
- Артём Николаевич, а что это у вас в кармане штанов? – с ехидцей в голосе протянула она.
- Анна Олеговна, это точно не пистолет или нож, даже не фонарик! Можете спокойно спать.
Вот знал же, что зря с ней связался!
- Знаете, Артём Николаевич, у вас очень странные методики успокоения девушки, – философски отметила девушка, вдохнув, явно собираясь продолжить дискуссию по начатой теме моего возбуждения.
Притянул ещё ближе к себе изящное тело и грозно прошептал на ушко.
- Аня, лучше закрой рот и спи, пока я тебе весь ассортимент ремней не продемонстрировал!
Недовольно посопев, девушка всё-таки угомонилась и довольно быстро уснула. Хотел отодвинуться, но ее тепло и равномерное дыхание странным образом успокаивало, кроме определенных частей тела, неподдающихся общим правилам.
Утром твердо решил поблагодарить Анну за помощь и намекнуть, что детские шалости закончились, а ее следующий проступок будет серьезно наказан. Эта девица с огромной тягой к авантюризму должна быть ликвидирована, иначе в итоге я за убийство сяду или за изнасилование.
Анна.
Во сне мне снилось, что Бонифаций, наглая морда, улёгся своей немаленькой тушкой на меня, придавив как пойманную мышку. Скинув его рукой, перевернулась на другой бок, уткнувшись в теплую, но твердую подушку. Покрутила головой, но мягче не стало, решила, что надо ее определённо сменить, хотя спать было приятно, запах от неё такой до боли знакомый, волнующий. Уткнувшись носом, вдохнула глубже, чувствуя, как по нервам пробегает знакомое искрящее возбуждение, что даже краешки ушей стало покалывать. Котяра снова залез на меня, пощекотал лапкой шею, ушко, потом лениво в волосах покопался и снова устроился на талии, ещё сильнее прижимая к подушке. Мне так сладко спалось, что шевелиться уже не хотелось, тем более устраивать разборку с любвеобильным комком шерсти. Решила, что утром проведу воспитательные беседы.
Проснулась от потрясающего запаха кофе и блинчиков. Я обожаю блинчики, а если ещё со сметаной и сгущенкой, ещё и клубничку туда. Ммм… мамулька снова решила порадовать свою доченьку!
Стопе!!!! Я же у себя в квартире, в городе! Резко открываю глаза, одновременно садясь на постели. Постель не моя, спальня и квартира тоже, как я догадываюсь, не мои. Ну, фига себе, кумушка, ты спать в гостях, как Белоснежка в хрустальном гробу, а вокруг семь гномиков.
Надо отметить, один вполне реальный гномище отсутствовал. Потерев ладонью глаза, пытаясь окончательно сбросить сонливость, пригладила хаос на голове, но без результата. Решила, что надо идти на поиски хозяина квартиры, так как другого выхода из квартиры, кроме балкона, не было.
Память услужливо подкинула воспоминания сна про Боника, что я снова прикрыла глаза рукой и тихо простонала. Вот же черт! Этот вредный мужчина теперь решит, что я к нему приставала, выставит себя несчастной жертвой моего морального изнасилования. Хотя у самого рыльце в пуху! Мысль о балконе стала вполне осязаемой, но двенадцатый этаж меня крайне смущал.
Зайдя в ванну, пришла в ужас от отражения в зеркале: вместо локонов – воронье гнездо, на щеке отпечаток подушки, глаза припухшие, одно хорошо, что вчера в гости к начальству пришлепала без макияжа. Сделав все туалетные делишки, пригладила влажными пальцами волосы и смело шагнула в коридор в направлении запахов.
Зашла тихо и присела за барную стойку. Насчёт клубнички к блинчикам я не ошиблась, если за ягодку посчитать потрясающее мужское тело в одних потрепанных джинсах, которое разливало кофе по чашкам. Блинчики с пиалкой сметаны стояли на столе, подозрительная идиллия!
Со спины он смотрелся так же превосходно, как и спереди: рельефы мышц, гладкая кожа с участками шрамов от ран, татуировка вдоль позвоночника: «Никогда, ни с кем, навсегда». Набор слов заставлял задуматься. Да всем бы так после лихорадки выглядеть: свежо, бодро!
- Налюбовались, Анна Олеговна!? - хрипло и недовольно.
Тихо вздохнув, сморщила нос. Пора всё-таки привыкнуть к его манере общения, иначе быть вечной войне. Видимо, здороваться в его семье считалось неприличным, в расчет не шла даже совместная ночёвка.
- Доброе утро, Артём Николаевич! Хотя для вас, видимо, снова не очень доброе. Как здоровье? Проблемы? Доставка блинчиков забыла привезти ваш любимый черничный джем?
Мужчина, развернувшись, окинул меня своим излюбленным оценивающим взглядом, задержавшись на волосах. Уже хотела снова поправить волосы, но во время одернула руку. Ещё не хватало прихорашиваться!
- Налюбовались, Артем Николаевич? – вернула ему вопрос, прихватывая блинчик с тарелки.
- Уверены, что есть, чем любоваться? – вскинув бровь, перекинул мяч мой оппонент. – Или обычно с утра мужчины пред вами колени преклоняют?
Медленно откусила кусочек блинчика, чувствуя взгляд мужчины на своём рте. Не спеша слизнула с нижней губы капельку масла, заметив, как сжались челюсти босса. Ммм, ну, вот я же знала, что мне вчера в постели не показалось! Решила продолжить проверку, повествуя томным голосом.
- Конечно, каждое моё утро начинается с преклонения мужчины в знак благодарности за потрясающую ночь. Может, сегодня вы примите эстафету? Я даже подскажу – моя эрогенная точка- это щиколотки. Парочка поцелуев и поглаживаний язычком, и я готова к употреблению!
Артём Николаевич явно завёлся, вот только по прищуренным глазам и огненному взгляду мне было не понять, что больше он хочет сделать: стукнуть или подарить оргазм.
- Блинчики потрясающие! Прямо как у моей мамульки! Номер службы доставки не скажете? Я тоже буду у них заказывать? – решила сменить тему, так как напряжение в кухне грозило меня поглотить.
- А что сами? Пальчики боитесь измарать?
- Нет, не боюсь. Не готовлю я. – прожевав вкусняшку, ответила я.
- Что, совсем не готовите? – с лёгким изумлением в голосе спросил Демидов.
Ну, вот почему, по мнению мужчин, если ты женщина, то обязана готовить, минимум, как шеф-повар среднестатистического ресторана, а максимум, как мировая звезда кухни, просто пока ещё неизвестная обществу. Аппетит начал пропадать.
- Совсем и никак, абсолютно не умею, не могу и далее по списку! Подборку эпитетов, Артем Николаевич, сами сделаете и можете внести в мой список отрицательных качеств. Уверена, что вы уже и блокнотик завели.
- Обязательно внесу! А вы запейте, а то ещё, не дай Бог, подавитесь, – прихватив чашку, он подошёл ко мне, останавливаясь в полуметре от моего стула.
Поставил ароматный кофе передо мною, но обратно не вернулся, продолжая сверлить меня недовольным взглядом.
Как бы ни было смешно, но я всем телом чувствовала его желание от меня избавиться! Желательно, чтоб прямо на стуле в воздухе растворилась. Вот почему жизнь так несправедлива?! Я, желающая понимать людей с полувзгляда, смогла прочитать человека, который меня на дух не переносит.
Аппетит, как и настроение, пропал в один миг. Стало противно, обидно, и шквал эмоций захватил меня.
- Я пойду, загостилась что-то! – резко оттолкнула чашку, проливая часть горячего напитка на стол.
Быстро соскочив со стула, шагнула на выход мимо босса, задевая его плечом. Уже в дверях меня остановил его голос.
- Спасибо за вчерашнюю помощь, но впредь мне бы больше не хотелось с Вами пересекаться.
Развернулась так резко, что волосы хлестнули по лицу. Подойдя вплотную к Демидову, ткнула указательным пальцем в мужскую грудь. Меня переполняли злость и грусть, адский коктейль для сердца.
- У меня только один вопрос!??? Чем я тебе так насолила!? А? Может, когда обидела, а теперь забыла об этом? – подавляя желание орать с использованием русского матерного, спросила я.
- Уверен, таких случаев у тебя было предостаточно! – сквозь зубы прошипел мужчина. – Крутишь, вертишь, ломаешь чьи-то жизни на завтрак, обед и ужин. За тобой вьётся длинный список мужских имён, рекомендую вопрос об обидах задать им. Точно знаю, что найдутся желающие высказаться, а лично мне ты ничего не сделала, просто противны такие, как ты, думающие, что любой мужик им подвластен!
- Противна, значит?! Это ты своему члену в следующий раз скажи, а лучше вообще, как мантру повторяй, каждый раз, как в офисе меня увидишь.
Напоследок ткнув его пальцем, быстро пошла к дверям, чувствуя, что, если задержусь, хоть на минуту, убью.
- А насчёт списка моих мужчин рекомендую проверить информацию! Особенно в том случае, если источником был недомужик Димасик, он у нас создание нежное и очень ранимое, до сих пор не может мне простить, что ему в минете отказывала, а боссу своему бывшему на раз делала.
Высказавшись, не глядя на хозяина квартиры, рванула в гостиную. Быстро собрала свои немногочисленные вещи, стараясь ничего не забыть. Пальцы слегка дрожали, выдавая моё нервное напряжение. Вот дура, дура! Нахрена, простите, вчера поперлась сюда?! Спасительница нашлась, жалко стало больного человека?! На вот теперь, получи посылку дерьма и бандерольку злости.
Чтоб узнать о появлении Артёма в дверном проёме, мне не нужно было видеть. Я каждой клеточкой своего глупого тела чувствовала его присутствие. И мне на миг захотелось, чтоб сейчас случилось как в романе, что я читала на прошлой неделе. Обиженная женщина, оскорбивший ее мужчина, который, признав свою ошибку, готов на все, не отпускает ее от себя ни шаг.
Мысленно пнув себя под задницу, чтобы мозг прекратил генерировать бредовые идеи, схватила со стола связку ключей и куртку и в прежнем темпе двинулась на выход.
Уже перед дверью обнаружила в руках лишнюю пару автомобильных ключей, остановилась в непосильных раздумьях: вернуть их законному владельцу или выбросить далёко и надолго?!
- Передумали уходить, Анна Олеговна?! Или чего, не дай Бог, забыли? – сарказм гномища решил судьбу этих ключиков.
- И не надейтесь, Артём Николаевич! И спасибо, что проводили, хотя не стоило! – в тон ему ответила, не разворачиваясь, открыла дверь и ушла.
Пока шла к лифту, думала, какую расправу учинить над случайно украденным автобрелком. В итоге же, чтобы я ни сделала с этой связкой, должна быть вторая запасная, так что тут главное позлить, а не раскрошить на мелкие составные. Ничего дельного в голову не приходило, поэтому просто забрала их с собой.