16 Бардак

16 Бардак

- Остановись, пожалуйста, - накрываю Костину руку своей.

Я уже поняла, что его плей лист состоит из детских песен, рока и жизнеутверждающих речитативов. Одно «я сотни раз проигрывал, но миллион раз побеждал» чего стоит. Я не большой ценитель музыки. И всё бы ничего, если бы Костя не переключал песни как дорвавшийся до пульта ребёнок. Такие скачки всерьёз раздражают.

Вот и сейчас Костя прищуривается и нажимает кнопку.

Что ж, его машина – его правила.

Достаю из сумки книгу и перестаю обращать внимание на действия водителя.

- Книжка наоборот? – Костя не даёт о себе забыть.

- Ага.

Не успеваю пискнуть, а книга уже в мужских руках. У него ощутимые проблемы с тактом!

- Прорисовка мимики зачётная, - резюмирует после недолгого изучения, и отдаёт книгу.

- Ты художник?

Припоминаю слова Раи о том, что у Кости творческая профессия. Чем конкретно он зарабатывает на жизнь я не знаю, ведь слушала вполуха.

- Архитектор-проектировщик на минималках, то есть начинающий, - сразу видно гордится своей профессией.

- Должно быть, ты хорошо рисуешь, - говорю после заминки. Представление о данной специальности расплывчатое. Вернее, ноль с плюсиком.

- Сколько себя помню, тянуло стены расписывать, - очаровательно оскалился.

- Представляю, как радовались твои родители, - бездумно констатирую, вспоминая наши с братьями художества на стенах. Когда подрастали Серёжка, Никита и Ангелина мама махнула рукой на наскальную живопись.

Костя стиснул зубы и ничего не сказал. По моей вине салон машины наполнился неловкостью.

- Извини, если сказала что-то не…

- Яся, завязывай с извинениями. Мне с них не перепадает, - чиркнул предостережением.

Давясь воздухом, отворачиваюсь к окну. Мне не нравится смысл, скрытый во фразе. Я бы поняла, если б он шутил, а так…остаётся только промолчать.

- Родителям неслабо досталось. Я вечно куда-то рыпался и нарывался. Дрался, влипал в неприятности, прогуливал школу неделями и…офигею перечислять, - морщится, задумчиво ероша волосы. Я вообще удивлена, что он решил продолжить тему. – Нам с пацанами было около шестнадцати, когда нас сплавили на каникулах кататься на бордах и лыжах. Мне быстро надоело булки мять со всеми, и я, схватив борд, попёрся на трассу для профи. Короче, очухался в больнице с гипсом на руке, ноге, парой сломанных ребер и с хреновой тучей ушибов, в том числе шейного отдела. Мама тогда едва на соседнюю койку не слегла, - распарывает воздух тяжёлым, даже болезненным, вздохом.

Охваченная ознобом бессознательно прикладываю руку к шее и активно растираю. Я всегда остро воспринимаю подобные истории и долго перевариваю. Воображение работает само по себе и очень живо.

- И ты больше не катаешься? – осторожничаю. Костя витает в своих мыслях, и я боюсь сболтнуть лишнего.

- С рождением Лиски я мутировал в диванный пуфик, иногда выбираюсь лайтово проветриться, времени толком нет хернёй страдать.

- А сноуборд ты оставил? – хочу услышать утвердительный ответ.

- На мне всё зажило как на собаке, только парочка шрамов осталась. Я нанял инструктора, и научился сносно кататься, но всё равно на нормальные трассы больше не совался, переключился на мотоциклы, - с легкостью сообшает. Что ж ...можно считать он ответил, как я надеялась. – А ты была примерной девочкой? - дарит мне загадочную полуулыбку.

- Не всегда, братья меня подбивали, а я не хотела от них отставать. Со временем они поняли, что родители их вычисляют по моей реакции, и перестали посвящать меня и брать с собой куда-либо, а я всё равно бегала за ними хвостиком, - признаюсь, ностальгически улыбаясь.

- Например?

- Ну, мы с братьями любили разжигать костры. Однажды я сделала факел и случайно подпалила одежду, которая сушилась на верёвках. Пока мы соображали что делать и как не получить от папы, вещи заметно пострадали, - сейчас смешно, а тогда я ревела безостановочно весь вечер. Даже думала, что родители меня выгонят из дома.

- Хулиганка, - озорно подмигивает и возвращает внимание к дороге.

- Не, это всё дурное влияние братьев, - поднимаю руки, шутливо сдаваясь.

Мы продолжаем рассказывать друг другу свои детские проступки и незаметно подъезжаем к дому. В квартиру поднимаемся в сопровождении эха нашего смеха. Около квартиры накрывает паникой. У меня дома ураган прошёлся. С утра места себе не находила, хотела отвлечься и вывала почти весь инвентарь на диван. А ещё я три раза переодевалась и не убрала вещи.

- У меня дома бардак, - медлю, вжимая связку ключей в ладонь.

- У меня тоже.

Костя забирает связку ключей и сам открывает дверь. Галантно пропускает меня вперёд. Закатываю глаза пока он не видит. Он оказывается джентельмен.

Сняв верхнюю одежду и обувь, проходим в комнату.

- Неслабо, - присвистывает, подойдя к дивану.

- Я же говорила…- и стыдно, и обидно.

- Яна, я офигел с количества, - кивает на диван.

- Сейчас, - суечусь, сгребая всё в одну кучку.

- Иди, собирайся, - ладонью жалит мою ягодицу. Нет, это уже совсем по-хамски.

Отпрыгиваю и, прищурившись, сердито топаю мимо. Костя берёт самую большую коробку и быстро скидывает в неё всё с дивана. Освободив диван, он ложится и вытягивается в полный рост. Я тем временем перетряхиваю ящики комода. Заканчиваю наводить бардак в комоде и иду потрошить шкаф. Кажется, спортивный костюм запропастился с концами.

Наконец, найдя костюм, я бегу в ванну привести себя в порядок и сменить блузку на кофту со скромным вырезом, который прикрою шарфом. Оттягивая время, заплетаю волосы в косу и перекидываю её вперед.

У меня есть немного времени разобраться с эмоциями. Замешательство и томительное удовольствие соперничают в голове. С одной стороны, с Костей легко и происходящее кажется естественным, а с другой…он ещё недавно встречался с Раей, мы только второй день встречаемся. Не слишком ли у нас всё быстро? Я понимаю, что он мыслит другими категориями, но сладостная тяга, бегущая по венам, пугает.

В целом, выгляжу неплохо. По крайней мере, на растерянную малолетку не похожа. Никаких следов красителя на лице, цвет лица здоровый, а не блёклый будто я сейчас в обморок грохнусь. К тому же ресницы кажутся длинней благодаря туши.

Вернувшись в комнату, присаживаюсь на краешек дивана. Парень задремал.

- Костя, - зову шепотом, кончиками пальцев пробегаюсь по мощному бицепсу.

- Ммм... ?

- Я собралась.

Он открывает глаза и тянет меня на себя. Одной рукой крепко удерживает талию, второй притягивает мои бёдра. Сглотнув комок жара во рту, сажусь к нему на низ живота. От макушки до пят меня сковало смущением. Молча исследую темные крапинки вокруг зрачка. Хищная улыбка и не затуманенный взгляд подсказывают, что он не спал. Обхитрил меня, значит.

- Специально, да? – толкаю его в грудь кулаком.

- Немного, - приглушённо.

Останавливает жадный взгляд на ложбинке моей груди и наклоняется, чтобы провести языком. Отталкиваю его и подаюсь вперёд. Целую скулу, уголок губ и подбородок с впадинкой по центру. Костя кладёт ладонь мне на щёку и пленяет губы. Прихватив зубами, посасывает мою нижнюю губу.

Выгибаюсь дугой, чувствуя ладони на ягодицах. Раскаленная цепь бьёт по сознанию. Хватаю его за волосы и целую, забывая о необходимости дышать.

Костя управляет мной, не давая сорваться окончательно. Он уводит губы вверх по моей скуле и вбирает в рот мочку уха. Языком играет с ней, а его руки уже беспощадно глядят мои рёбра под кофтой. Ласкают нежно. Перед глазами всё плывёт и…в голове не лучше.

- Ясёнок, - хрипло тянет Костя, убирая мои руки со своего паха.

Убираю руки с выпирающего участка и зажмуриваюсь. Я становлюсь какой-то ненормальной рядом с ним. Совсем забываюсь. Так же не нельзя...или можно, если кровь превращается в кипяток?

- Яна, у нас немного времени, - ему тоже жаль. Это приободряет.

В тишине разлепляемся и поправляем одежду.

Из дома выходим в спешке. От греха подальше, называется.

По дороге пульс и мысли медленно приходят в норму. С тредом представляю, насколько далеко мы бы зашли, если б здравый смысл не одержал верх над Костей. Чем больше думаю об этом, тем больше оттенков красного проявляется на лице.

Через минут тридцать въезжаем на парковку, где ровными рядами стоят люксовые авто. Они реально ослепляют своим блеском.

- Titul, - вслух читаю надпись на вывеске. Рядом с красными буквами изображена голова собаки в шипованном ошейнике. – Это спортивный клуб?

- Бокс, MMA, кудо, самбо, - Костя решил меня запугать. – Научим тебя разбивать носы по-взрослому, - ненавязчиво изъявил желанием быть первым кому достанется «по-взрослому». Я ж с радостью, а то заносит человека! Какой мне бокс? Самой себе в глаз стукнуть или на мате поваляться разве что.

- Костя, я не…

- Я не в маразме и всё помню. Ты сначала ответь – сколько раз ты упала с мотоцикла? – приподнял одну бровь, глядя на меня с насмешкой.

- Нисколько, - выдавливаю. Для меня связь между днём вчерашним и сегодняшним по-прежнему призрачная.

- Была бы неуклюжей, как ты заявляешь или тебе кто-то сказал, то вчера пропахала бы землю десяток раз, - раздражённо чеканит, сжигая расплавленным золотом в глазах.

Мысли обгоняют другу друга, я всё равно не понимаю чего он хочет добиться. Костя берёт меня за руку и кладёт пальцы на запястье. Он будто считает мой пульс. Хмыкнув, опускает руку.

- У тебя глаза блестят , - пронизывающе понижает голос.

- Ага, от гнева светятся, - хмурюсь, не сводя глаз с Костиного лица.

- Либо пошли, либо...я предпочитаю коленно-локтевую, - грубо стискивает материал пуховика в районе груди.

Оторопело моргаю.

Хам!

- И чего ты стоишь? Пошли, - я резко воспряла духом.

Грубиян заходится грудным бархатным смехом и идет за мной, не забыв про вещи.