Глава 18

Александра

Ночь с контуженным лунатиком оказалась тем еще испытанием. Стоило мне чуть отодвинуться, как Артем куда-то рвался, выпучив свой остекленевший глаз и бессвязно мыча. Ох, и намучилась я! Ловила его на взлете и, повалив на кровать, оплела ногами и руками.

Даже целовать пыталась, в надежде, что он нечаянно проснется и приступит уже к реализации моего плана. Не проснулся, но на мои робкие поцелуи реагировал довольным мырмырр, а объятия воспринимал очень благосклонно.

Вконец измотавшись, под утро я поймала его в последний раз. И так как ворочать этого борова, откровенно говоря, устала, просто распласталась на нем, обвив шею руками, а ноги раскинув в стороны и уперев колени в матрас. Мой Кутузов затих, а его орудие, наоборот, восстало, вклинившись между моих разведенных ног. Ну, супер!

Я, конечно, не принцесса, и горошину под собой вполне бы пережила, но это его боеголовка ненавязчиво потиралась о чувствительные местечки, заставляя все тело дрожать и наливаться тягучим желанием.

Пока Артем умиротворенно сопел, я мучилась уже от совсем иных проблем. Проснулась рано. Разбитая, раздраженная, в насквозь мокрых трусиках. Уж лучше бы напрудила, честное слово.

Неудовлетворенные желания разгонялись в сердце до пугающего набата, гулко отдающегося в ушах. Даже пальцы покалывало, а искусанные губы жгло.

Повернувшись к причине своего неспокойного сна, подперла голову рукой и надула губы. Спит, зараза, да так сладко, что даже улыбается. Такой огромный, горячий, сильный.

Всего какие-то сутки, а я уже готова накинуться и изнасиловать совершенно чужого мне мужика. Дожила, блин! Притиснулась ближе и начала беззастенчиво разглядывать свой спящий трофей. Синяк стал угрожающе фиолетовым, но опухоль вокруг глаза и на переносице заметно спала. Продолжила осмотр.

Прямой нос, густые брови, пара глубоких складок между ними. Так, а это что? Провела кончиками пальцев по едва заметному шраму, пересекающему бровь, и хмыкнула.

Драчун? Теперь понятно, почему ему мой пяточный нокаут как слону дробина Пальцы скользнули ниже, провели до кончика носа и... опачки! Какая милая ямочка над верхней губой! А губы... мммм!

Умеренно пухлые, четко очерченные. Вспомнив вчерашний поцелуй, даже дышать перестала. Провела пальцем по щетинистому подбородку, по шее до пульсирующей впадинки над ключицами и застопорилась. Этак, я и до паха дойду? Призывно-опухшего, кстати.

Артем от моих манипуляций завозился. Я резко отпрянула, на миг почувствовав себя настоящей нимфоманкой. Так не пойдет! Надо успокоиться, привести себя в порядок и дождаться его инициативы. Как вчерашний поцелуй. И останавливать больше не буду. Сама не поняла, чего испугалась, когда он набросился. Ведь могла бы уже того, ну, этого, быть чуток беременной. С кряхтением сползла с кровати.

Ночные противоборства с невменяемым Артемом можно было смело отнести к полноценной спортивной тренировке.

На негнущихся ногах побрела в ванную и, немного подумав, сделала выбор в пользу ванны с пеной. Полежу, расслаблюсь, успокоюсь.

Огромная ванна набиралась медленно, но через несколько минут, скинув белье, я скользнула в шапку растущей пены Под голову сунула свернутое валиком полотенце и, пытаясь расслабиться, прикрыла глаза. Пузырьки обволакивали тело, щекоча и дразня и без того чувствительную кожу. Закусила губу и, выгнувшись, скользнула рукой по влажному животу.

Ну и что такого? Надо же как-то сбросить напряжение. Потом вспомнила про Артема и руку все же убрала. Вдруг войдет, увидит, обидится, что не позвала? Нет, надо что-то радикальное. Подняла взгляд на душевую лейку и, подумав, медленно встала. Про технику холодного душа уже слышала, причем не раз, но вот сама никогда не пробовала. Оглянулась на полуприкрытую дверь и, помявшись, все же крутанула ручку душа.

Аааа! - заверещала, пародируя завывания Витаса. Дура, идиотка, да чтоб тебя! Способ разонравился мгновенно. Чуть не задохнулась от многогранных ощущений.

Воду выключила почти сразу же и, стуча зубами, обняла себя руками за плечи. В спальне что-то громыхнуло, дверь распахнулась, и в проеме возник сонный, взъерошенный Кутузов.

- Са-- сахарок, что случилось? - выпалил он И, в два шага преодолев разделяющее нас пространство, ухватил за талию и развернул к себе. - Упала, ударилась, обожглась?

- Нет, - выдавила я задушено, но уже не от последствий ледяного душа. Артем напряженным взглядом осматривал мое тело на предмет ранений, но, когда его взгляд остановился на моем лобке, громко сглотнул. Медленно оглядел меня всю и, посмотрев в упор, хрипло выдавил:

- Помощь нужна?

- Очень, - едва слышно отозвалась я.

Дальнейшее напоминало ураган. Молниеносно стянув с себя шорты вместе с бельем, Артем шагнул в ванну и, прижав меня к себе, впился губами в мой полуоткрытый рот. Ммм! Аж ноги подкосились.

Причем не только у меня. Артем начал отклоняться, утягивая меня за собой и, плюхнувшись на задницу, поднял столб брызг и фейерверк кусочков крутой пены.

Отклонился спиной на бортик, а меня распластал на своей груди, широко разведя мои ноги по обе стороны от своих бедер. В низ живота уперлось что-то твердое, горячее, пульсирующее. Приподняв меня за попу, Артем потерся членом о мой клитор, вынудив застонать и прогнуться в спине. Грудь бесстыдно выпятилась вперед, чем мой пират тут же воспользовался. Накрыл напрягшийся сосок губами и, втянув рот, чувствительно прикусил.

Находясь почти на весу, попробовала ускорить состыковку, но Артем почему-то тянул. Ухмыльнулся и, продолжая фиксировать меня руками за попу, продолжил терзать грудь. Членом все так же медленно и почти лениво потирался о мою промежность, доводя до неприлично громких вскриков и протяжного стона.

Умелыми и жадными ласками Артем раздраконил меня до состояния безумия. И только после этого тихо и бесяче-вежливо поинтересовался:

- Сахарочек мой, можно я тебя съем?

- Нет! - взвизгнула возмущенная и, вцепившись ногтями ему в плечи, зарычала: - Сожри уже меня.

Кого, спрашивается, хотела наказать? Не ест он такое. Ага! Засосал чуть ли не по уши, одновременно с этим насадив меня на свой агрегат по самые ааа. От нагулянного аппетита, из-за долгих хороводов или просто умелой прелюдии, но оргазм накрыл меня почти сразу же. Затрясло так, что Артем переместил свои руки и обхватил меня за талию, прижал к себе, фиксируя намертво, игнорируя мои вопли и конвульсии. Продолжил вбиваться снизу вверх, сходу задав бешеный ритм. Мне инициативу так и не предоставил. Уж не очень-то и хотелось. Уткнувшись носом ему в шею, я хрипло подвывала и, скользя руками по широким плечам и груди, полосовала кожу короткими ногтями.

В отличие от меня, Артем восполнял свой голод долго, методично, порой замедляясь или вовсе выскальзывая из моего тела.

Дорвался, что называется, сожрал так сожрал. Кожа шеи горела от множественных засосов и даже укусов, а соски ныли от жадных губ.

Когда Артем достиг своей разрядки, меня уже мелко потряхивало от очередного оргазма. Хрипло дыша, мы долго лежали, почти не шевелясь. А потом мой Кутузов выдернул из слива пробку и, встав из ванны, осторожно поставил меня на пол. Огляделся в поисках полотенца и, нахмурившись, попросил:

- Я быстро, стой здесь.

Ага! Еще бы ноги не подгибались. Плюхнулась мокрой попой прямо на коврик и, провожая затуманенным взглядом голый подтянутый зад, усмехнулась. Попу и ноги Артема покрывали большие красные пятна. Рассеянно заглянула в ванну и, заметив на дне пупырышки, предназначенные не то для массажа, не то для предотвращения случайного падения, хрипло расхохоталась. Ну а что?

Не только же мне на горошинах спать.