Глава 35

Александра

О том, как глупо прокололась, я поняла ещё на середине фразы, но язык, вывывал неоспоримый компромат, нисколько не постеснялся игриво показать свой наглый кончик между зубов.

Естественно, я его тут же прикусила, но было слишком поздно. Рожа Кутузова приобрела весьма довольный вид.

А хищная улыбка расползлась до ушей, демонстрируя белоснежные зумы и собирая сеточку мелких морщин вокруг хитроприщуренных глаз.

Ля-ля-ля-ля, пропел мозг прежде, чем захлопнуть дверцу в отделе хороших идей.

Подбитый глаз заплывал очень быстро, зато второе я распахнуло пошире, компенсируя утрату потерянного пространства для обзора. Рот тоже открыла. Вот только сказать, что-то умное пока не решалось. Поэтому ляпнуло очередной бред.

- Пойду аптечку найду, - мявкнула тихо, и, приложив пальцы, к пульсирующей вокруг глаза коже, рванула к двери.

- Стоять! - прилетело в спину. И я слегка замешкалась, тормозя и теряя драгоценные секунды.

Тут же взяла себя в руки, и, добежав до двери, успела схватиться за ручку. Но Артем догнал меня в два прыжка. Одной рукой опёрся в дверное полотно, второй накрыл мою.

Осторожно, буквально по пальчику, отцепляя от спасительной ручки. Потом привлёк к себе, удерживая за талию, и тут же закрыл замок, делая два полных оборота.

- Иди-ка сюда, мой сахарок, - хрипло проворчал Артём мне на ухо, и, развернув к себе лицом, присел, ловко подхватывая меня под бёдра, вынуждая схватиться руками за шею, а ногами обвить его торс.

- Ой! - выдохнула, растерянно, и, закусив губу, закрутила головой, тщательно избегая прецельного взгляда.

"Всё, блин! Буду молчать, пусть там выкручиваются из созданной мной ситуации. Я беременная, у меня гормоны, мне можно".

Кутузов вернулся к диванчику, и сев умостил меня верхом на своих бедрах. Его руки по-хозяйски прошлись по моему телу, а потом сомкнулись жёстким капканом.

- Зачем похудела? — спросил, напрочь, выбивая почву из-под ног. Нашёл о чём спросить, дурень?

- Ты же такое не ешь! - огрызнулась и вместо запланированного саботажа.

- Ах, вон оно, что! - протянул он, растерянно, и хмыкнув передразнил. - Всю жизнь мне припоминать будешь? Ем, ещё как ем! Аппетит, знаешь ли, приходит во время еды. Зачем называлась другим именем? Мстила? Только не ври.

- И давно ты знаешь, - глядя на пуговичку его рубашки, проворчала я, всё ещё пряча взгляд.

- С самого начала, - отозвался Артём, и, положив руки на мою попу, добавил конкретики, ещё с момента знакомства в отеле.

- Ой, - мявкнула я и чувствую, как краснею, закрыла лицо руками. Прерывисто посопела и, раздвинув пальцы, глянула здоровым глазом на жутко довольного Артёма.

— Ты тоже мстил, да? Только не говоришь, что мое трудоустройство — спланированный спектакль?!

— Нууууууу... - многозначительно протянул Кутузов.

Смеряя меня дотошным взглядом так, что я невольно сжалась в камок. Взгляд мне его совсем не понравился.

Когда он пожирал меня одним подбитым глазом, было как-то проще, что ли. Сейчас же его зрачки расползлись, завалакивая почти всю радушку, а сдвинутые на переносицы брови намекали, что он зол. Ну, очень зол! За что?

Чуть отклонившись, Артём растегнул пряжку ремня, и демонстративно медленно вытянул его из шлёбок на поясе брюк. Громко сглотнула и попыталась вырваться. Ну кто бы мне позволил? Мой неловкий рывок сыграл ему на руку.

Кутузов ловко переместил меня, укладывая животом на свои бедра, и задрал подол платья почти до талии.

На задницу легла горячая ладонь, и пожамкав легонько шлёпнула.

— Эй, что за бедэсэм-штучки? - возмутилась, заёрзав ещё активнее, но вторая рука Артёма пригвоздила меня к месту.

— Ты почему сбежала? - очередной шлепок и провокационный вопрос прозвучали почти вонесом.

— Ой, ай, пусти!

— Почему не рассказала, что у тебя проблемы? - прорычал ещё злее Артём, а вместо руки моей попы коснулась холодная кожа ремня. — Сашка, ты почему такая вредная? Я бы помог. Решил бы, все твои проблемы, по щёлочку пальцев.

— Зачем? — искренне удивилась я, и, начиная злиться, перечислила. — Ты богатый, красивый, бабы косяками вьются, а я — ты такое не ешь, забыл?

— Значит, те три дня и три ночи для тебя ничего не значат? — взревел Кутузов. — Тоже мстила, проучить хотела, зарвавшегося мажора, да? Неужели реально считаешь меня таким ушлёпком?

- Учителя хорошие были, - огрознулась я, вертя попой подальше от ремня, скользящего по ней с пределёнными намерениями.

— Ты по своему бывшему-то меня не равняй, я тебе предлагал продолжить.

— Что? Ну что ты мне предлагал, — заверещала я, исказив голос напомнила. — Как ты смотришь на продолжение наших встреч? Работы много, и на личную жизнь времени совсем нет, а мы с тобой вроде как неплохо стыкуемся. Вот что ты мне предложил, забыл?

- Это я, конечно, ляпнул не подумав, но ты мне даже шансов не оставила, - невозмутимо пророкотал Тёма, и щёлкнув ремнём предупредил. — Буду бить больно, но аккуратно, в качестве науки, так сказать.

— Ааа, пусти! - Чувствуя, что любимой попе будет плохо, заорала я, и, пытаясь найти весомый довод, поспешно выпалила. — Меня нельзя бить, я беременна!

Артём охнул, замер, и в приёмной повисла гнетущая тишина. Я уже мысленно обмозговывала вариант ляпнуть, что ребёнок от бывшего, но когда Кутузов осторожно перевернул меня, и навис, прожигая ошалелым взглядом, тоже затихла.

- Круассанчик мой, сахарочек, булочка моя с изюминкой, - голос Артёма слегка дрожал, но его щедро разбавляли металлические нотки. - И когда ты планировала мне сообщить?

— Ну, - я тянула как могла, но дальнейшее не вписалось ни в один из воображаемых на досуге сценарий.

- Только не говори, что собиралась избавиться от нашего малыша, — прошипел Кутузов и прещурившись пообещал, — только попробуй, жопу отшибу по самую шею.

- Ничего я такого не собиралась, — возвизгнула я, внутренне, холодея от такого предположения, выпучила здоровый глаз, и покрути в пальцем у виска присвиснула. - Ты совсем того? Я ребенка хотела давно, а тут такой подарок. Я его люблю и хочу, а тебя беспокоить не планировала. У тебя вон Катя, и Надя, и бизнес, и родители.

Мой писк становился все тише и неразборчивей, зато Артем выдохнул с заметным облегчением, згребает меня в охапку, и покрывая лицо хаотичными поцелуями, довольно заурчал, постепенно спустился ниже. И, задрав подол платья, воткнулся носом мне в живот.

А у меня же гормоны, сама не заметила, как по лицу потекли горячие капли, а пальцы нашли густую шевелюру, и вцепившись в отросшие пряди, не то отталкивая, не то удерживая на месте.

- Темочка, мне щекотно, - хихикнула, покрываясь мурашками от прикосновения жесткой щетины к нежной коже живота.

- Терпи, - буркнул он откуда-то снизу, лезнул в выемку пупка, и вскинув на меня потемнеший взгляд, поделился. - Я сейчас голодный и злой, столько времени потеряли, скажи спасибо нашей изюминке, но, как родишь, все равно отшлепаю.

Артем вернулся к своей дегустации, и стягивая трусики вниз, высунул язык и заскользил влажной извилистой дорожкой к моему лобку.

Охнув, вытянулась по струнке и, запрокинув голову, закусила губу.

«Гормоны — это все гормоны…»

В дурной башке запульсировало напряжение, а я потянула подол вниз, отгораживаясь от ноглых губ Арёма.

- Саша... - предупреждающе прорычал он, и, покачав головой, хмыкнул. Больше не опущу.

— Тёма, а что теперь будет? — все эти его, не отпущу, отшлёпаю, никакой конкретики не добавляли. Ни слова про чувства, ни намёк про планы, ни тебе предложений, ни кольца, за то голодный он, видите ли, оборзел.

— Саша, мы поговорим об этом чуть позже. - расплывшись в хитрой улыбке, мурлыкнул Кутузов, медленно, словно нехотя, одёрнул подол моего платья, томно вздохнул, и поднявшись в диван, опротянул мне руку.

Замешкалась, продолжая буравить его вопросительным взглядом, но вместо пояснения Артём скомандовал.

— Вставай, идём, у нас много срочных дел, хм, по работе.

— Да? — буркнула, разочарованно, встав скрестила руки на груди, и, насупившись, уточнила, - По работе, а конкретнее.

— Ну вот ещё, — фыркнул Тёма, и, взяв меня за руку, потянул к двери, ворча уже на ходу. - У нас три важные встречи. Поймёшь всё на месте.