Глава 102. Не жертва

Тогда же:

Аля

«Я не жертва, я охотник!» — повторяю про себя уже несколько часов подряд. Лишь эта простая фраза не дает окончательно свихнуться.

Если Закревский на свободе, значит, та Луиза, которая была здесь в две тысячи шестнадцатом году, так и осталась ненайденной. Скорее всего, ее нет в живых. Та же участь ждет и меня. Теперь понимаю это ясно. Будь я трижды послушной, прибьет и получит от этого удовольствие! И одному богу известно, сколько до этого успеет помучить. Что-то подсказывает, вчера он был со мной просто душкой.

За ночь я исследовала этот подвал вдоль и поперек. Не нашла и намека на какой-нибудь другой выход, кроме той железной двери, через которую этот псих меня сюда принес. Обшарила каждый уголок в поисках какого-нибудь оружия, но здесь не оказалось даже обычного ножа. К слову, еды тоже не нашлось. Лишь зеленый чай, но нет чайника, чтобы согреть воду, ничего вроде газовой горелки тоже нет.

Закревский обещал, что будет кормить, если стану хорошо себя вести. Видимо, пока мое поведение его не устраивает.

«Что... если просто заморит голодом?»

Он может…

У меня два варианта:

Первый — ждать помощи, которая может и не прийти. Из плюсов здесь только то, что он не убьет меня сразу. Но, находясь здесь, я всё равно в постоянной опасности. Ребенка выносить точно не смогу.

Второй вариант — спастись самой.

Решаю попытать счастья. Разбиваю в ванной зеркало, выбираю осколок, похожий на клинок, отрываю от голубого халата кусок ткани и обматываю ей нижнюю часть осколка. Встаю за входной дверью и готовлюсь ждать.

Как только дверь откроется, я воткну этот осколок в спину Закревскому... и будь что будет! Надеюсь, мне удастся выбежать, может, даже запереть его здесь.

Понимаю — возможно, делаю глупость, но по-другому не могу. Я не позволю ему заморить моего ребенка голодом.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем в замке раздается звук поворота ключа. Десять минут? Полчаса? Жизнь?

И вот это происходит... Дверь открывается, человек заходит в прихожую. Я уже заношу руку для удара, но вижу, что передо мной никакой не Закревский. Спина у него гораздо шире, и волосы светлые.

— Миша! — кричу я.

Бросаю стекло и кидаюсь ему на шею.