Глава 35

События, которые разворачивались вокруг, были окутаны густым туманом, и я помню их лишь в виде ярких вспышек. Воспоминания о том, как я выбежала из кабинета жреца в большой зал, до сих пор стоят перед глазами. Я помню, как, не в силах сдержать эмоции, бросилась в объятия мужа, и в этот момент все тревоги и страхи словно растаяли. В моих руках было письмо от Юны, и я передала его Ллойду. С каждой строчкой, которую он читал, на его лице отражались глубокие чувства, и в конце он не смог сдержать слез. Это было трогательное мгновение, когда мы оба признались друг другу в любви, клянясь в вечной верности и преданности, несмотря на все испытания, которые нам выпали.

Затем пришло тяжелое время, когда мы забирали тело Юны, которая пришла в храм, чтобы покинуть этот мир, отдав себя в смертельные лапы проклятия, что преследовало ее так долго. Я запомнила ее умиротворенную улыбку на безжизненных устах. Теперь она, наконец, обрела покой и счастье на небесах, рядом с теми, кто был ей дорог.

А потом пышные похороны у нас в поместье у родового склепа ван Беккен. Вокруг собралась толпа скорбящих, но среди них я выделила лишь одно лицо – лицо моего бывшего мужа. Он выглядел опечаленным и красивым, держал на руках младенца, словно символизируя надежду на новое начало. Сухо попрощавшись с усопшей, он ушел, и в этот момент между нами не было ни слов, ни взглядов, словно невидимая преграда разделила нас окончательно.

На следующий день я приняла наследство, впитав в себя магию Водемон через ритуал, который стал для меня настоящим испытанием. После этого жрец сообщил, что я беременна и жду двойню. Эта новость переполнила меня радостью и страхом одновременно – новая жизнь, новая ответственность.

В тот же вечер Ллойд сообщил о том, что Даркар не прошел проверку и не смог принять ипостась дракона. Его уволили со службы, и в воздухе повисло ощущение безысходности. Резервация гудела, словно рой пчел, когда Дер-Аберкон начал распродажу своего имущества, чтобы покрыть долги, которые нарастали, как снежный ком. Все это привело к тому, что однажды к нашему поместью подошел некогда могущественный дракон, теперь же ослабленный и окруженный детьми.

Мы с Ллойдом, не раздумывая, впустили их в дом. Троих детей дворецкий увел в другую комнату по моему приказу, оставив лишь одного малыша, которого продолжал держать на руках Даркар. Его фигура, когда-то излучавшая силу и гордость, теперь выглядела сгорбленной, словно он постарел на десять лет за один день. Глаза его потускнели, и в них читалась печаль.

– Оставь нас, пожалуйста, – произнес Даркар, обращаясь к Ллойду, его голос звучал обреченно. Я заметила, как Ллойд с сомнением бросил на меня взгляд, и, получив мое одобрение, покинул каминный зал, оставив нас с бывшим мужем наедине.

Я жестом пригласила Даркара занять место рядом, и он, будто не веря в происходящее, осторожно присел на диван. Его руки крепко обнимали спящего малыша, как будто тот был единственным источником утешения в этот напряженный момент.

В комнате царила тишина, наполненная неразрешенными вопросами и неопределенностью, которая висела в воздухе, как тяжелый туман.

– Как ты? – спросила я, невольно прижимая ладонь к своему животу, и в первую очередь думая о своих детях, которые еще не появились на свет.

– Не очень, – ответил он, и в его голосе зазвучала усталость. – Сегодня я продал поместье Анхелю. Спасибо другу, выручил. Купил по завышенной цене, и теперь я полностью закрыл все свои долги. Ты прекрасно выглядишь, кстати. Беременность тебе к лицу, – добавил он, но тут же опустил взгляд, будто стыдился произнесенных слов.

Я сразу поняла, откуда ветер дует: Зельда не удержалась и рассказала мужу о моем интересном положении.

– Спасибо, – произнесла тихо, не желая углубляться в светские разговоры и обсуждения.

– Я рад за вас, правда, – произнес буднично, но в его голосе ощущалась явная фальшь, которая выдавала истинные чувства. В этот момент я осознала, как сложно бывает поддерживать видимость нормальности, когда внутри все переворачивается.

Вопросы о будущем, страхи и надежды смешивались в моем сознании, создавая хаос.

– Благодарю, но хотелось бы узнать о цели твоего визита, – подвела я сразу к делу.

– Юна и мне письмо оставила, – он тяжело вздохнул. – Я… хочу попросить у тебя прощения…

– Не надо, Дар, я…

– Прошу, выслушай, – наконец, он поднял на меня взгляд и всмотрелся прямо в глаза. – Я тебя обманывал. Юна не первая, с кем я тебе изменял, – безжалостно полоснул ножом мне по сердцу в очередной раз. – Не хочу больше лжи. Я всегда любил тебя и люблю до сих пор. Ты лучшее, что было в моей жизни. Я сам виноват, что потерял тебя. Упиваясь всевластием, не думал, что когда-то этому настанет конец, – «Ты лучшее, что было в моей жизни» – эта фраза, сказанная с такой горечью и раскаянием, резала слух, не принося облегчения, а лишь усиливая чувство предательства. – Я хотел жить на две семьи. Не знал тогда, что на ней смертельное проклятие. Думал, она хочет стать моей законной женой вместо тебя. Допустил это, стараясь тебя удержать. Не получилось ничего. Ллойд… мальчишка действительно влюблен. Слишком богат и своенравен, чтобы убрать его с пути. Могу только позавидовать его хватке. Ты в надежных руках, – нехотя признал превосходство моего мужа над собой.

– Сколько их было? Сколько женщин ты привел в свою постель, пока я верила в твою верность? Сколько раз я была обманута? Сколько раз ты смотрел мне в глаза и лгал? – не знаю, зачем я все это спросила. Видимо, угольки обиды все еще тлели в душе и мне хотелось окончательно окатить их ледяной водой, чтобы потушить навсегда.

Даркар опустил голову, его плечи поникли под тяжестью собственного бремени. Молчание затянулось, наполняя комнату густым напряжением. Казалось, время остановилось, застыв в ожидании ответа, который был мне уже не нужен.

– Забудь, – выдохнула и улыбнулась. – Говори, зачем пришел?

– Прости. Я думал, что ты всегда будешь рядом, что ты простишь все. Я ошибался, – прошептал и потянулся к поясной кожаной сумке. Достал бумаги и протянул мне. – Я здесь не для того, чтобы причинять тебе новую боль. Не хочу ворошить прошлое. Есть вещи поважнее. На днях я отправляюсь в Оклан. Не могу забрать с собой детей и обречь их на жалкое существование. Если сможешь простить и понять… Ты всегда была для них настоящей матерью. Дрейк нуждается в опеке, – я взглянула на документы и бегло прочитала текст отказа от детей в мою пользу. – Он совсем маленький. Я не справлюсь. Да и Юна хотела отдать его тебе, – Даркар протянул мне сверток с ребенком.

Я взяла малыша на руки и впервые увидела его личико. Заулыбалась.

– Юна была права. Он очень на тебя похож, – подметила с теплом в голосе. – Мне нужно поговорить с мужем, – поднялась я и унесла ребенка, передав его прислужнице по пути в супружеские покои.

Сердце бешено колотилось в груди, когда переступила порог спальни. Ллойд сидел за столом, рассеянно перебирая бумаги.

– Дорогой, – начала я, присаживаясь напротив. Он поднял голову и слегка кивнул.

Я наклонилась ближе, чувствуя, как тяжесть ситуации давит на плечи.

– Даркар отправляется в Оклан. Не хочет брать детей с собой. Подписал от них отказ в мою пользу, – протянула я мужу документы.

– Я так и подумал, – прошелся он беглым взглядом по бумагам и тяжело вздохнул. – Он понимает, что не увидит их, пока они под нашей опекой? Я не позволю ему посещать свой дом и детей в Оклан не пущу. Там опасно. Ты не обязана воспитывать его детей и можешь отказаться от опеки.

Молчание повисло в воздухе, густым и тяжелым, словно завеса. Я обошла стол и села к мужу на колени, взяв его руку в свою.

– Я люблю этих детей. Хочу для них счастливого будущего. Только мы сможем вырастить их сильными дваргами. Представь, что будет, когда они окажутся в приюте, – защемило мое сердце, стоило представить одиноких и несчастных сироток.

– Но это же его дети, – прошептал муж, голос его был полон сомнений, глаза – темной бездной, отражающей весь груз ситуации. – Ты берешь на себя огромную ответственность. Четыре ребенка… А если он… если он все-таки вернется? Если со временем захочет забрать Дрейка?

Я прижалась к Ллойду, чувствуя биение его сердца, такого же тревожного, как и мое собственное.

– Я осознаю опасность. Но дети… они ни в чем не виноваты. Они нуждаются в любви и заботе, а не в холодных стенах приюта. Представь себе их испуганные глаза, их непонимание… Я не могу этого допустить.

Муж обнял меня крепче, его тепло проникало сквозь ледяной страх, обволакивая утешением.

– Я поддержу тебя в любом решении, Мири, но нам придется полностью поменять нашу жизнь.

– Мы справимся, – уверенно сказала я, целуя его в щеку. – Мы семья. И мы вместе преодолеем все трудности. С тем даром, что я приняла от Юны, будет несложно поднять шестерых детей. Это в Граяне женщине-артефактору не пробиться. Здесь я дварга и часть великого драконьего рода ван Беккен! Пока Юна искала способ укротить смертельное проклятие, набралась таких ценных знаний, что я теперь смело могу пойти на королевскую службу Скайдора. Зачем ехать в Граян и тратить кучу лемир на заказ артефактов, пополняя казну другого королевства, если можно организовать собственную лабораторию? Я готова работать на благо короны!

– Тебе еще двух драконят родить нужно, – снисходительно улыбнулся Ллойд, опустив ладонь на мой живот.

– Хоть трех! – рассмеялась я, вспоминая, как Юна сразу после родов порхала на балу. Сила ее рода – великая мощь!

Мы обнялись, приняв окончательное решение, и спустились в зал, чтобы объявить Даркару о согласии на опеку.