23

23

Домой Илона спешила, улыбаясь идиотской счастливой улыбкой; с этой же улыбкой бродила по супермаркету, толкая перед собой тележку и закупаясь необходимыми продуктами. Пирог-то она Марку пообещала, и не какую-то банальную шарлотку, а её фирменный, "цветаевский" - но в доме нет ни муки, ни сметаны, ни лимонного сока. Подумав, Илона взяла также хороший кусок говяжьей вырезки и бутылку вина. Марк - взрослый мужик, поэтому нужно прежде всего накормить его нормальным ужином... а чаёк с пирогом - это так, баловство после основной трапезы.

Она возилась с ключами, пытаясь одновременно удержать в руках пакеты из супермаркета, как вдруг дверь сама распахнулась ей навстречу. Радостно-приподнятое настроение Илоны тут же испарилось: в квартире её поджидала мама.

Она уже много раз пожалела о том, что сгоряча отдала ей когда-то запасной комплект ключей. Мама, совершенно не обладающая даже минимальной деликатностью, имела свойство сваливаться, как снег на голову, без звонка - и затем часами выедать мозг, читая мораль и раздавая непрошенные советы.

- Мамуля... - растерянно проговорила Илона, машинально подставляя щёку для традиционного поцелуя. Милая, славная, идиллическая картинка: заботливая любяшая мама и кроткая послушная дочурка.

- Что-то ты скисла, - проницательно заметила мать. - Не рада?

- Тебе я всегда рада, - отозвалась Илона, запнувшись, - но, откровенно говоря... сегодня ты немного некстати, уж извини. Я жду кое-кого, у меня куча дел, нужно прибраться в квартире и заняться готовкой.

- Кого ты ждёшь? - глаза матери хищно блеснули. - Неужели мужчину, слава тебе, господи?!!

Чувство такта было ей абсолютно неведомо. Она так откровенно, так неприкрыто радовалась тому, что у дочери - наконец-то! - хоть кто-то появился!  Но Илона решила с ней пока не откровенничать. С Марком всё ещё так зыбко, так призрачно... она просто боялась сглазить. А мама... мама никогда не щадит и всегда бьёт по самому больному. Ни к чему ей об этом знать.

- Нет, не мужчину... подругу с кафедры. Мусю... то есть, Машу, - быстро соврала она.

- Подруги, подруги... а годы идут, - брови матери поднялись скорбным домиком. - Ты что, совершенно махнула на себя и на свою личную жизнь рукой? Все твои бывшие одноклассницы и однокурсницы уже обзавелись семьями и детьми, а ты после смерти Андреса словно запретила себе даже думать об отношениях с противоположным полом! Боже, как же вы с ним сглупили, когда решили не торопиться с детьми... Сейчас ты хотя бы была не одна!

- Мам... пожалуйста, не начинай! - взмолилась Илона; всего за пять минут общения родительница успела надавить поочерёдно на все её уязвимые точки. - Мне правда не до этого сейчас.

Мать поджала губы, давая понять, что уступает, но не меняет при этом своего отношения к ситуации.

Однако долго молчать она не умела - это было не в её характере. Проследовав за дочерью на кухню и одновременно пытаясь вырвать у неё из рук пакеты, чтобы распределить покупки по местам (ещё одна материнская привычка, которую Илона терпеть не могла - всюду сунуть свой нос и самой навести порядок в шкафах и холодильнике, "я же лучше знаю, как надо!"), она внимательно рассмотрела лицо Илоны при ярком дневном свете, проникающем через окно, и вынесла приговор:

- Ты похудела... даже морщинок прибавилось. И под глазами синева. Слушай-ка, тебе надо обязательно проверить почки.

Илона ровным голосом пообещала непременно проверить почки.

- А почему цвет лица такой нездоровый? Плохо спишь? Мало гуляешь? Много нервничаешь? - вопросы сыпались, как горох из дырявого мешка.

- Работа такая... - неопределённо пожала плечами Илона, на секунду потеряв бдительность. Мама тут же уселась на своего любимого конька: "а ведь я говорила! а ведь я тебя предупреждала! ну что это за профессия - преподаватель? ни денег нормальных, ни мужчин приличных в коллективе! зато нервов - хоть отбавляй!"

Через полчаса, напоив навязчивую гостью чаем, не вступая с ней в пререкания и просто молча кивая, как китайский болванчик, Илона сумела-таки выпроводить её вон из квартиры, заполучив бонусом ноющую боль в висках и затылке.

А вот теперь и впрямь следовало поторопиться. До прихода Марка оставалось несколько часов...