29

29

И опять - тяжесть чужого любопытного взгляда на собственном лице... Как ни пряталась Полина за книжкой, как ни отворачивалась, а скрыться от назойливого внимания Ксении, находясь с ней в одной комнате, было решительно невозможно.

Подруга резво лупила по клавишам своего старого многострадального ноутбука, ваяя очередную нетленку - то ли рассказ на какой-то литературный конкурс, то ли главу новой повести, Полина не вникала особо. И всё-таки, даже погружённая в творческий процесс, Ксения умудрялась то и дело поглядывать на Полину поверх очков нахальными зелёными глазищами. Так и хотелось предупредить её миролюбиво: не заработай, дорогая моя, косоглазие.

- Ты из-за Громова расстроилась, да? - быстро ввернула Ксения, заметив, что Полина вздохнула и с усталой обречённостью посмотрела на неё - дескать, давай, спрашивай, раз уж так хочется.

- Скорее, не из-за Громова, а из-за Селивановой, - Полина брезгливо поморщилась. - Ужасно не люблю сплетен и... сплетниц.

- Ой ли? А всего пару часов назад мы с тобой, помнится, преспокойно перемывали кости нашей русичке... Что за двойные стандарты?

Полина вспыхнула.

- Почему ты всё время пытаешься уличить меня в чём-то недостойном и низменном? Выставить намного хуже, чем я есть, подловить на каких-то несостыковках и тайных подлых мыслишках?.. Поверь, не все люди получают удовольствие от злорадства. Это совсем другое.

- Ух, раскипятилась! - Ксения откровенно троллила её, Полина это прекрасно понимала, но не могла не реагировать и злилась на себя за эту слабость ещё больше.

- Я действительно уважаю Илону Эдуардовну и, кстати, вовсе не собиралась высмеивать её или выискивать в её прошлом что-то неприличное, хотя тебе, наверное, этого не понять, - добавила Полина. - Там было просто... любопытство, если хочешь знать, совершенно безобидное, а не заведомый поиск и передача негатива из уст в уста. А вот то, что наша блистательная Ирина сообщила про Громова...

- Но если это не сплетни? - оживилась Ксения. - Нет, погоди, не вскидывайся и не ругайся сразу, но... если чисто теоретически предположить, что тот случай действительно имел место? - предвкушая интересный разговор, она отставила ноутбук в сторону.

- Если бы да кабы, да во рту росли грибы, - вполне по-филологически отбилась Полина. - И я не расстроилась, нет. Мне просто... противно. Марк Александрович хороший человек, очень умный и образованный, и он не заслуживает, чтобы о нём чесали языками, передавая друг другу сомнительную информацию, как в игре "испорченный телефон".

- Ох, Полинка, - подруга сокрушённо покачала головой, - какой ты всё-таки ещё ребёнок... Мой тебе совет: бди! Даже кандидаты наук бывают мудаками.

- Спасибо за совет. Я бдю и бдить буду, - Полина попыталась улыбнуться, чтобы перевести неприятный разговор в шутку. Её тяготила эта тема, а ещё она испытывала странное чувство - будто предаёт Громова, обсуждая с Ксенией такие вещи о нём.

- И он ни разу не пытался к тебе подкатить? - всё-таки не удержалась Ксения от любопытства. - Ну, там, под ручку взять, или как бы невзначай прикоснуться...

- Что ты глупости болтаешь! - возмутилась Полина. - У нас с ним исключительно деловые отношения.

И тут же всплыло непрошенное воспоминание - странный взгляд Громова, устремлённый в распахнувшийся воротник её блузки... Ну, хватит, этак можно в любом человеке заподозрить маньяка, рассердилась она на себя. В конце концов, нормальная мужская реакция на внезапную обнажёнку... он просто слегка растерялся от неожиданности. Было бы хуже, если бы женская грудь вообще не волновала доцента Громова. Но как, в таком случае, воспринимать его просьбу о том, чтобы она взяла его с собой на остров? А вдруг это именно "подкат", как выразилась Ксения?.. На душе сделалось совсем муторно. Полина вспомнила собственные недавние мечты о приезде Марка Александровича в её родную деревню... вспомнила - и невольно покраснела. Нельзя, нельзя думать в подобном ключе о своих научных руководителях. Это у тебя просто дурь и блажь, Полина, от нервов и недосыпа. Ложись-ка спать, утро вечера мудренее... тем более, завтра тебе ещё с Рыбалко встречаться.

Ксения с удвоенным энтузиазмом забарабанила пальцами по клавиатуре. Полина разделась и легла, натянув одеяло до самых ушей. Хорошо бы выкинуть из головы весь вздор и мусор, оставив в памяти только хорошее, случившееся за день... Немного мешает быстрый перестук клавиш, но в принципе, терпимо. Можно полежать и подумать о своём, пока сон не сморит окончательно...

А сплетники пусть злословят. Всё равно никто не отнимет у Полины право на воспоминания о той особенной улыбке, с которой он иногда смотрит на неё... улыбке, в которой расцветает что-то невысказанное, тёплое, что-то очень важное...

- А пытливый любознательный читатель уже давно обо всём догадался, - тихо пробормотала Ксения себе под нос, не отрываясь от работы.

Ну и пусть себе догадывается.