36

36

Разговор с Аней не занял много времени. Полина, запоздало спохватившись и вспомнив о своём обещании, подловила девочку перед самым началом следующего урока. Увела в уголок, подальше от пристального внимания любопытных одноклассников, и быстренько расспросила о случившемся. То, что она услышала от ученицы, не способствовало улучшению настроения, и школу практикантка покидала ещё более опечаленная и взбудораженная, чем раньше. Она, конечно, взяла у Ани номер телефона и вообще обещала не пропадать, но чувство собственного бессилия в сложившейся ситуации только усиливало мрачный настрой.

Она уже почти пересекла густо заваленный листьями школьный двор, когда её громко окликнули от дверей:

- Полина!..

Ещё не оглянувшись, девушка безошибочно узнала по голосу Илону Эдуардовну и, остановившись, с досадой поморщилась, пока русичка не могла видеть её лица. Этой-то что надо? Летит с очередной порцией утешения?.. Спасибо ей огромное за заботу, но сейчас Полине не хочется видеть вообще никого. И разговаривать ни с кем по душам - тоже.

Однако, обернувшись, она заметила, что Илона Эдуардовна была не одна, а с Громовым. Опять совпадение?.. Полина вспомнила, как они переглянулись во время урока, демонстрируя удивительное единодушие и понимание друг друга без слов. Да ну, не может быть. Просто вместе идут к трамвайной остановке. Обычные дела...

Парочка медленно приближалась. Илона Эдуардовна, как всегда, выглядела изысканно и стильно: чёрная широкополая шляпа оттеняла её золотистые волосы, а приталенный плащ подчёркивал женственность и гибкость стройной фигуры. На Марка Александровича Полина старалась не смотреть, пытаясь по-детски отплатить ему той же монетой: вы меня в упор не видите, ну так и я вас тоже!

- Вы расстроены? - участливо поинтересовалась русичка. - Не огорчайтесь, всё было вполне достойно и прилично. Во всяком случае, вашей вины в случившемся нет. Эта девочка... 

- Она тоже не виновата, - буркнула Полина. - Я только что с ней говорила. Там, судя по всему, дома не всё благополучно. Отец выпивает... и накануне как раз бурно отмечал что-то с друзьями. Я так поняла, у Ани вчера просто не было возможности сделать уроки.

- Вот как, - лоб Илоны Эдуардовны пересекла озабоченная морщинка. - Да уж, ситуация... Можем ли мы хоть как-то на это повлиять? Сейчас, конечно, чуть что - сразу рекомендуют обращаться в органы опеки, но... сложно ведь вламываться в чужую семью, открывая дверь с ноги. Вдруг у них там всё... не так просто.

- Жаловаться в органы опеки? - Полина скептически хмыкнула. - Хорошо бы матери промыть мозги как следует.

- На предмет чего?

- Да пусть забирает ребёнка и уходит от этого урода! - со злостью выдохнула Полина, сама дивясь своей горячности. - Зачем жить с алкоголиком?

- Женщины иногда боятся предпринимать столь решительные шаги. Тут целый ряд факторов: и страх одиночества, и надежда, что муж ещё исправится, и совместно нажитое имущество... причин может быть много, - мягко произнесла Илона Эдуардовна.

- У них много причин, а ребёнок страдает! - возмутилась девушка.

- Какая вы строгая, - подал, наконец, голос Громов, до этого застывший рядом с ними безмолвным изваянием. - Но в жизни, к сожалению, действительно не всё так просто. Это для вас он - алкоголик и опустившийся тип, а для его жены, возможно, бесценное и любимое сокровище.

- Такое сокровище надо бы без сожалений выставить за дверь! - вспыхнув и глядя ему в лицо, убеждённо произнесла Полина.

- Понимаете... - не выдержав её взгляда, он отвёл глаза первым. - Жалость порой бывает очень сильным чувством. Сильным и... определяющим те или иные наши поступки. В отношениях двоих иногда всё очень и очень сложно.

- Сложные отношения - это, большей частью, лживые отношения. Отмазка для всяких негодяев! - припечатала Полина. - Для правды всегда найдутся простые и понятные слова.

- Слова - самое главное? - он печально улыбнулся, и с Полины вдруг моментально слетел весь боевой запал. Ну вот, теперь Громов, чего доброго, подумает про неё, что она истеричка и психопатка, у которой явные проблемы с нервишками...

Она опустила глаза и увидела, что на рукав его плаща прилепился жёлтый кленовый лист. Полина ощутила дикое желание протянуть руку и стряхнуть этот листок... А затем пригладить чуть взъерошенные, точно их постоянно продувает сквознячок, густые тёмные волосы Марка Александровича. А потом разгладить его презрительно сжатые губы поцелуями...

Но с дикими желаниями можно и бороться.

- Вы тоже на трамвай сейчас, Полина? - кивая в сторону остановки, примирительно спросила Илона Эдуардовна.

- Нет, нет... мне совсем в другую сторону. До свидания, - струсила она и поспешно зашагала прочь в противоположном направлении.