50
50
С Марком за весь этот нервный, суматошный день они в университете больше не увиделись, да она, честно говоря, и не вспоминала о нём - просто не до этого было. Однако, к удивлению Илоны, Громов дождался её после занятий и пошёл провожать до дома, чтобы выяснить подробности произошедшего.
- Ну что? - беря её под руку, спросил он с беспокойством, - узнала что-нибудь про того парня?
- Ты про Рыбалко? - уточнила она устало.
- Кажется, да. Я сам не был с ним знаком, но...
- Я сразу предположила, что там не так уж всё и просто, как это пытаются преподнести общественности, - Илона тяжело вздохнула. - Мне удалось поговорить с его друзьями. Кирилл не бил ни окон, ни дверей. На самом деле, он побил одного... не очень хорошего парня, которому отказала одна очень хорошая девушка, и тот принялся распускать о ней грязные слухи. Этого урода необходимо было побить! - горячо добавила она.
- Необходимо? - Марк невольно улыбнулся. В его голосе отчётливо были слышны нотки удивления и даже уважения. - Не знал, что ты такая кровожадная...
- Да, необходимо! Нужно было проучить подонка как следует. Ну, а во время драки он просто влетел головой в дверь... понимаешь? Не было никакого пьяного дебоша. Кирилл позаботился о репутации той девушки... девушка, к слову, до сих пор не в курсе, что произошло. Она не знает, что, если бы не вмешательство Кирилла, вскоре о ней судачил бы весь универ.
- Выходит, парень у нас - настоящий рыцарь? - протянул Громов задумчиво.
- Да, но вот только он сам никогда в этом не признается - ни в деканате, ни, тем более, в ректорате. Слишком уж деликатная тема... порочащая невинных людей. Кирилл не хочет, чтобы они даже начинали копать в этом направлении.
- Ничего не скажешь, благородно, - хмыкнул Марк. - Бедный пацан... Так отчисление - уже дело решённое?
- Скорее всего... господи, как же всё глупо. Глупо и бестолково...
- Где он сейчас? В полиции?
- Его ещё утром отпустили. Друзьям удалось договориться и с избитым парнем, и с комендантом общежития - тот, на самом деле, просто здорово перетрусил, когда эти двое разбили стекло в дверях посреди ночи... Не разобрался со страху, заистерил, свалил всю вину на Рыбалко... Но ущерб уже возместили, и заявление потерпевший писать не стал. Тут проблема в другом! - горячо воскликнула она. - Несмотря на то, что дело по-любому удастся замять, в универ информация просочиться-таки успела, и Кирилла теперь всё равно отчислят!
- Хочешь, вместе сходим к ректору? - подумав, предложил ей Марк. - Попробуем поговорить, как-то убедить...
- Ректор у нас принципиальный в этих вопросах, ещё советской закалки, - невесело улыбнулась Илона. - Он до сих пор мыслит комсомольскими лозунгами и имеет своё представление о том, каков должен быть моральный облик современного студента - бесплотным и безгрешным... На уступки он точно не пойдёт.
Она почувствовала, как глаза против воли начинают наполняться отчаянными слезами. Впрочем, несмотря на тяжесть ситуации, Илона была безумно благодарна Марку за этот искренний порыв помочь, за поддержку.
- Ну-ну, успокойся, - он приобнял её, погладил по спине, - я понимаю, что это очень грустно, но слезами ведь горю не поможешь.
- Тут, видимо, и правда ничего нельзя поделать, - выдохнула она несчастным тоном. - Если просто пойти в ректорат и рассказать там всю правду, на слово мне никто не поверит, а Рыбалко мои слова не подтвердит. Меньше всего на свете сейчас он хочет разборок, чтобы снова начали трясти этим грязным бельём... Кирилл... он очень оберегает ту девушку, Катю, понимаешь? Он не хочет, чтобы вся эта мерзость коснулась её хоть краешком...
- Понимаю, - вздохнул и Марк. - Любовь?..
- Там всё сложнее. Это трудно объяснить словами. Они оба такие... такие... Да ты же знаешь этих двоих, наверное, - спохватилась Илона. - На "СтудОсени" они пели песню дуэтом.... тебе, по-моему, тогда очень понравилось.
- А, так это они? - Марк выглядел несколько ошарашенным. - Девушку я хорошо помню, мы встречались в доме у Астарова, когда он приглашал взглянуть на купленные старинные книги. Вот, значит, каков этот ваш знаменитый Рыбалко...
- Да уж... печально знаменитый, - она невесело улыбнулась. - На меня и так уже все косятся с недоумением, справедливо полагая, что, во-первых, я лезу не в своё дело, а во-вторых, что конкретно этот студент не стоит моих нервов и защиты. Астаров сегодня даже отчитал меня на кафедре при всех.
- Максим Павлович умеет отчитывать? - скептически хмыкнул Марк. - Вот уж не подумал бы.
- Ну, как... - смутилась Илона. - Сначала он долго мялся и мычал, в свойственной ему манере. Но вердикт прозвучал весьма недвусмысленно: меня это не должно касаться, мне стоит выкинуть все мысли о Рыбалко из головы, ибо это нехорошо и вообще вызывает у окружающих ненужные вопросы. Такое ощущение, ей-богу, что они все решили, будто у нас с Кириллом тайный роман... Идиотизм, - она фыркнула.
Некоторое время они шли молча, думая каждый о своём, пока Илона печально не резюмировала:
- Но самое паршивое - то, что Кирилл, похоже, и сам уже примирился с предстоящим отчислением. Сужу по тому, что мне рассказал его лучший друг... - она в бессилии махнула рукой и только сейчас заметила, что они практически дошли до её дома.
- Марк, спасибо тебе за то, что проводил, - остановившись у подъезда, произнесла Илона нерешительно, - но теперь мне нужно немного побыть одной. Я и в самом деле очень расстроена. Прости. Не обидишься, что не приглашаю тебя зайти?
- Ну что ты, - он понимающе улыбнулся. - Я же вижу, как тебя задела эта история.
- Да, - Илона отвела глаза. - Мне просто действительно надо это всё... переварить.
- Не извиняйся. Всё в порядке.
Он легонько коснулся губами её щеки на прощание. Это даже не было похоже на поцелуй любовников - скорее уж, брат чмокнул младшую сестрёнку. Но Илоне сейчас было не до самокопаний и всех этих тонкостей.
- Спасибо, - благодарно прошептала она и скрылась в подъезде.
ПРИКАЗ
Рыбалко Кирилла Геннадьевича - студента 2 курса бюджетной очной формы обучения факультета журналистики группы 24б - отчислить из университета за аморальное поведение, несовместимое с нормами, допустимыми в учебном заведении и в обществе.
Основание: решение ректората от 08.11.2019