Глава 39

- Быстро Всеволод Михайлович до нас добрался! – усмехнулся Антон и расслаблено откинулся на спинку стула, дожидаясь раннего гостя. – И не постеснялся же явиться с утра пораньше к новобрачным. А если бы мы сейчас были заняты более интересным?

Договорить ему не дал Сева, появившийся в дверном проеме.

- Доброе утро, господа! – он смущенно потоптался на пороге, переступая с ноги на ногу, и слегка покраснел, понимая, что его никто не зовет пройти. Что у Антона не отнять, так это его умение вгонять людей в краску. – Разрешите войти?

- Входи уж, раз пришел, - муж многозначительно приподнял бровь и скривил рот, давая понять, что столь раннему гостю здесь не рады.

- Я понимаю, что в такой час к молодоженам не ходят, - развел руки в стороны Сева. Затем бесцеремонно подошел к столу, отодвинул стул и сел на свободное место. – Но надеюсь, что у вас все же хватило ума не консумировать брак и дождаться того момента, когда вы сможете заключить магический?

- Поверь, мы не дурнее тебя, - усмехнулся муж. – И я вот думаю, вызвать тебя на дуэль или отправить к чертовой матери погостить?

- Если у меня есть выбор, то я выбираю второе, - сева в пораженческом жесте поднял обе руки вверх. – Мне там самое место. Князь, вам же не нужны проблемы, которые последуют за убийством графского сына? Я конечно уже ничего сделать не смогу, но папенька вряд ли это оставит просто так. Думаю, вы убедились накануне, что сил у него еще хватает.

- Да уж, - фыркнула я. – Преподнес он нам сюрприз вчера! Мы что, действительно с вами истинные? Что-то я в это не верю и ничего к вам не испытываю.

- Да? – на красивом лице гостя появилось хитрое выражение. – А вот вы мне, Анна Викторовна, очень даже нравитесь. И если бы я изначально был с вами знаком, то, возможно, не скатился по наклонной так далеко.

- Севочка, мне тебя сразу выкинуть или подождать чуток? Для чего ты сюда пришел? – нахмурился Ягр. Ему явно не нравилось такое начало разговора.

- Успокойся, Антон Павлович, я с добром так-то! – он махнул беззаботно рукой. – Решил облегчить душу и все вам рассказать, что знаю. Но сразу предупреждаю, что сдать меня в полицию я не дам.

После этих слов он достал какой-то голубой прозрачный камень и положил его на стол рядом с собой.

- Теперь ваше решение: выслушаете ли вы меня или нет?

- Это что? – я кивнула в сторону камня, побоявшись, что это некая местная бомба.

- Антизаписывающий артефакт, - негромко пояснил мне муж. И я успокоилась. Главное, что не бабахнет в неподходящий момент. Антон же громче добавил:

- Что ж, рассказывай! – и даже велел прислуге принести для гостя еще один прибор. – Присоединяйся к нашей скромной трапезе, Всеволод Михайлович!

- Благодарю, господа, - церемонна поклонился Сева. – От еды откажусь, аппетита с утра нет. А вот чайку выпью с удовольствием.

И с этими словами он налил себе полную кружку чая и мигом проглотил, даже не добавив себе сахара. Повторил все трижды и начал говорить.

- Думаю, что вы догадались, что мой отец был когда-то достаточно сильным менталистом. Он был рожден от пары подобной вашей. Мой дед был ликанитом, а бабушка – менталисткой. К сожалению, Он не умеет резать пространство, как Анна Викторовна. А то меня давно бы здесь не было, - что-то особо нового в его словах мы не услышали. Разве что про предков. Но сидели молча, не перебивая. Дальше пошел рассказ про Савушку. Тоже ничего нового. Но мы выслушали с вежливым интересом.

- Или вам совсем не интересно, или складывается впечатление, что вы все знаете? – гость вопросительно выгнул бровь.

- Допустим, знаем, - кивнул Антон. – Но я просто уверен, что дальнейший рассказ поведает нам много нового. Например, зачем ты убил Лёлечку?

- О, и это знаете? Опасные вы люди, - криво усмехнулся Сева. – Но я пришел сюда, чтобы все рассказать. Так что не стесняйтесь, задавайте вопросы.

Он откинулся на спинку стула, прикрыв глаза. Молчал несколько секунд, а затем начал говорить:

- Да, Лёля была убита моими руками. Но только я ее не убивал. Отец был фанатично уверен, что она ему изменила. И как вы поняли, в принципе был прав. Только она изменила, не изменяя, а я убил, не убивая. Когда он понял, что Савушка выжил, то решил устранить его мать. Позвал меня, а затем бессовестно влез в мои мозги и велел выбросить ее в окно. Я до сих пор просыпаюсь в ужасе от ее криков. И даже дурь не помогает избавиться от этих воспоминаний.

- А зачем Арбан мне всадил? – Антон забросил пробны камень. Он не был уверен, что это именно Дворкович-младший. Но решил рискнуть. Как выяснилось, белыми волками оборачивались лишь представители этого вырождающегося рода. У Михаила вряд ли бы хватило на это сил.

- Не поймите превратно, но все под тем же ментальным воздействием. Я слишком слаб и не способен на поступок. А отец этим пользуется. Официальные лица вряд ли подумают на меня. Он посчитал вас слишком сильным соперником, который может раскрыть все его тайны и найти все скелеты в шкафу. И если бы не эта удивительная девушка, вы бы уже никому и ничего не рассказали.

Он снова откинулся на спинку. По крутому лбу мужчины потекли капли пота. Рассказ дался ему непросто, и, похоже, заканчивалось действие очередной дозы:

- Я рассказал вам практически все. И сейчас последнее слово за вами. Я же прошу только отправить меня в тот мир, где много дури, и где я могу заснуть счастливым сном навсегда.

- Всеволод, возможно, это был бы замечательный выход для всех, - Антон внимательно посмотрел на собеседника. - Да проблема в том, что Анна родилась и выросла в немагическом мире. И, несмотря на то, что владеет огромным потенциалам, пользоваться на практике им не умеет. И нужно время, чтобы она освоила эту непростую науку. И неужели вам так хочется попрощаться с жизнью?

- Как не умеет? Но здесь же она каким-то образом оказалась! - Сева перевел взгляд полный надежды на меня, словно я могла пообещать ему что-то другое.

- Давайте договоримся так, - Антон снова перетянул внимание на себя, - мы тоже заинтересованы избавиться от вас скорейшим образом. Поэтому дайте нам подумать, как это все можно провернуть.

Всеволод прищурился, раздумывая. А я решила успокоить его, поэтому добавила:

- И обещаем, что не будем стремиться убить вас в этом мире! – несмотря на все его пакости, никаких чувств, кроем жалости, этот высокий худой мужчина со следами былой красоты в моем сердце не вызывал.

- А в том значит можно? – расхохотался в ответ гость. Надо же, он еще и шутить способен в таком состоянии.

- В другом тем более нельзя, - покачала я головой. – У нас убийства караются очень строго. А дуэли запрещены более 100 лет назад. Однако должна предупредить, что и дурь у нас тоже преследуется по закону. И если попадетесь полиции, окажетесь не на том свете, а в Российской тюрьме и познаете все прелести трудотерапии.

- По крайней мере там отца не будет. И я буду полностью отвечать сам за себя, - поморщился Сева. Это как надо затюкать собственного ребенка, что они хочет сбежать от вас в другой мир?

Дворкович встал, церемонно раскланялся и со словами:

- Я буду ждать! – покинул нас, недовольно хлопнув дверью.

- Тоже мне недовольный! У вас правда так строго с наркотой? И какое слово красивое «трудотерапия», - растянул губы в улыбке Ягр.

- Ага, лет пять фуфайки прошьет, возможно про наркоту на какое-то время забудет, - объяснила ему нашу суровую реальность. Правда не учла одного:

- А что такое «фуфайки»? – в этой России если их кто и носил, то называли по-другому. Пришлось объяснять значение всем известного термина.

- Теплые, наверное! – Антон сладко потянулся. – Может нам в кроватку вернуться?

- Господи, а что будет, когда мы сможем консумировать брак? – засмеялась я.

- Ты будешь получать еще больше удовольствия, обещаю! – с улыбкой сытого кота пообещал муж. Но снова вернулся к Севе:

- А что у вас везде так строго карают за наркотики?

- Нет, есть одна страна, где зависимость приравнивается к болезни. Даже дается инвалидность и выделяются наркозаменяющие препараты[1]. Только у них там своих хватает. И приблудного Севу вряд ли примут.

- И что будем делать? – он побарабанил пальцами по столу.

- Я сюда попала через зеркало. Может вернуться смогу через него же? – предложила я.

- Ты так хочешь от меня сбежать? – темная бровь мужа возмущенно поползла вверх.

- Нет, ты же знаешь, что это не так. Я поняла, давно, что мое место здесь. И для полного счастья осталось лишь перетащить сюда маму. Но отправить Севу абы куда мне совесть не даст. Я потом всю жизнь буду переживать, куда его отправила, - и рискнула выложить все свои соображения.

- Хорошо, - кивнул в ответ муж, - значит, я пойду с тобой. Мы пойдем все вместе.

В итоге, порассуждав, мы решили, что раз меня сюда отправило зеркало, то его двойник должен быть где-то здесь. И по всему выходило, что оно в здании в Стрешневом переулке, где расположен офис агентства. Поэтому в итоге в кровать мы не пошли, а отправились туда.

Как-то последние дни все завертелось, закрутилось. И мы не были в офисе неделю точно. Слава богу, там ничего не изменилось. Все по-прежнему. Горы бумаг в шкафах, кроме той небольшой части, что я успела разобрать. На столах скопилась пыль.

Меня словно какой-то чертик укусил. Я подошла к большому темному столу Антона и нарисовала там два сердечка и сделал надпись: «АЯ+АЯ=ЛЮБОВЬ».

Ягр широко улыбнулся:

- Предположим, я прекрасно понимаю, о чем ты хотела написать. Но если через тысячу лет сюда придут археологи, а уборщица так и не придет, они будут долго думать, какая связь между любовью и двумя алфавитами.

Я непроизвольно хихикнула, а затем уже с озабоченным видом уточнила:

- А что, в твое отсутствие здесь пыль не протирают?

- Естественно, нет, - отрезал муж. – Здесь столько секретных материалов, что я точно сюда хозяйничать никого постороннего без себя не пущу. И плюс экономия.

На последнюю фразу я лишь пожала плечами и покачала головой. В этом был весь Антон. И как я поняла, переделывать его бесполезно. Разве что подготовить аргументированную лекцию о вреде пыльных клещей и на досуге ему прочитать.

- И где твое волшебное зеркальце? – сыщик растерянно оглядывался по сторонам.

- Стоп, точно не в твоем кабинете. Я же очнулась в холле. К тебе меня потом запустили. Следовательно, и зеркало нужно искать там же, - выдвинула свою версию.

Нашлось оно в закутке, прикрытое темно-синей тканью. Поэтому никто на него внимания не обратил. Я подошла к артефакту с внутренней дрожью и осторожно стянула ткань.

Зеркало блеснуло таинственным светом. А ровно по середине зеркальной поверхности зияла круглая дыра – след от пули.

[1] Наркоманов признают инвалидами в Израиле.