Глава 12. Причина Ханахаки

В прошлом бывали такие случаи, когда после прогулок на море или вообще в летнюю погоду, возвращаешься вечером домой и понимаешь, что все открытые участки твоей кожи болят, словно с них содрали верхний слой. И любое, даже самое малейшее прикосновение, приносило жгучую боль. Ты даже сама к себе прикасаться толком не могла. И лишний раз старалась не шевелиться.

Меня настиг именно этот случай. Вот только на этот раз болело всё. Не только открытые участки кожи. Одежда превратилась в лохмотья. Обувь вообще расплавилась, и всё пришлось выкинуть. К счастью, Владик пришёл на помощь, и пока я пыталась с матом и руганью отмыться от въевшейся в тело вони, мальчишка достал для меня новую одежду. Это была обычная женская форма для школьников «Уникум». Белая рубашка, голубой пиджак и юбка, а также скромненькие белые сандалии, на небольшом каблуке.

Хотя сейчас я сидела босиком едва сумев накинуть на себя юбку и блузку. Как же всё жжется…

— Бога ради! Развяжите меня! Я правда не понимаю, о чём идёт речь! Честно! Дядюшка Джуюн просто проходил мимо и пытался помочь! — раздалось с дальнего угла комнаты.

Ах, да… Забыла добавить. После того, как нас отыскал тот шаман, мы решили не медлить. Связали его тем, чем удалось и притащили в школу. В лазарет. Вернее я тут же связалась с Владиком и попросила об одежде, а после побежала в душевую при спортзале, и только когда запах жареной тухлятины наконец-то начал выветриваться, решила выйти наружу.

Этот китаец уже в который раз попадается на глаза со своими подозрительными побрякушками. И сейчас… Что он там говорил о звёздах? Или о том, что его направили к нам небеса? В общем… ересь редкостная. Я еле сдерживалась, чтобы не схватить бутылку с водой, которую мне передал Луи и не швырнуть её в этого болтливого.

Вообще, в лазарете были сейчас я, Луи и Дима, который вновь принялся молчать. Владик решил сбегать в столовую и быстро вернуться. Ждём нашего товарища.

— О-ля-ля! — воскликнул Джуюн, когда я прямо на его глазах взяла бутылку воды на полтора литра и опустошила её в один присест. — Красавица, да у вас определённо обезвоживание. Если хотите, дядюшка Джуюн может предоставить вам неплохую скидку на целебный чай и травяные сборы. Чай все любят. Чай полезен.

— Так, кто мне скажет, почему мы его ещё не прибили? — протянула я, злясь от того, что мне больно, что я устала, и что мои волосы теперь выглядят как копна сена. Чёрт его знает, как теперь их восстановить.

— У нас пока мало улик касаемо Джуюна, — пояснил Дима, сидя на свободной койке приблизительно в двух-трёх метрах от меня.

Я заметила, что с того момента, как мы вернулись в школу, парень буквально буравил меня взглядом, но выражение лица понять не могу. Да и, если честно, разбираться в этом абсолютно не хочется. Я зла на него и едва себя сдерживала, чтобы вновь не перейти на оскорбления. А пульсирующая боль во всём теле только подкидывала дров в огонь ярости.

Сам Дима особо не переодевался. Да, его одежду знатно потрепало. И запах гари от него исходил просто омерзительный, но, в отличие от меня, он решил на этом особо не останавливаться. Правда теперь из-за копоти у него и лицо стало чёрным. Этакий чёрт, а не человек. Хотя Луи предоставил ему влажные полотенца, бутылку с водой и салфетки, чтобы он мог привести себя в порядок.

Кстати, Луи вновь был в оранжевой форме.

Уборщик в действии.

Но что там Дима несёт про улики?

— Да какие улики?! Ты что сам его не видел?! — злилась я. — Явился, словно снег на голову! И идиоту станет ясно, что это он нас чуть не убил!

— О-ля-ля! Девица-красавица, что вы такое говорите? — панически затараторил мужчина, сидя на полу и покрываясь крупными каплями пота. — Какое убийство? Я? Да дядюшка Джуюн и мухи за всю жизнь не обидел! Мамой клянусь! Вот вам крест! Ах, руки связаны… Но это правда! Дядюшка Джуюн не врёт!

— Ой, да что ты?! — присвистнула я. — Так значит те твои побрякушки прямо все настоящие талисманы, которые приносят удачу? Да? То есть, это не дешёвое барахло, по три-четыре рубля?

— Эм… — китаец занервничал ещё сильнее. — Ну… я не стал бы бросаться такими сильными словами… Ведь талисман действует, когда в него верят.

— Ох, да что ты! А ну-ка, давай проверим один из твоих талисманов. Надеюсь, ты в них веришь, — бросила я, после чего встала с места, схватила первый же попавшийся предмет, им оказался алюминиевый поднос, и уже собиралась швырнуть его в мужчину, однако меня остановили.

С одной стороны мгновенно появился Луи, схвативший меня за руки, а с другой Дима, вцепившийся в поднос и пытающийся отобрать его.

— Ирис, успокойся, — холодно произнёс парень, смотря мне в глаза. — Грубой силой ты ничего не добьёшься. Отдай мне поднос и вернись на своё место.

— Тц! — фыркнула я, всё же отдав парню своё небольшое оружие, и вновь вернулась на стул, обойдя Луи.

Тем временем китаец сжался в комочек, нервно дыша. От того, что Луи резко схватился за мои руки, кожа теперь вновь полыхала яростным огнём. Я на них дула, но ничего не помогало. Больно, блин… Как же больно!

— Лучше уведите эту девушку, — просил китаец. — У неё явно ПМС…

— ПМС?! — вновь взорвалась я, чувствуя, что ещё немного и просто взорвусь. — А давай-ка я обваляю тебя в дерьме, а после поджарю до хрустящей корочки, хм? А потом посмотрю, какой ты у нас будешь спокойный и рассудительный. ПМС, чтоб тебя…

— Пожалуйста, прекратите её провоцировать, — попросил Дима, обращаясь к Джуюну. — В каком-то смысле я её понимаю и также едва себя сдерживаю.

Видно, в глазах Димы шаман увидел что-то страшное, так как после этого он вжал голову в плечи и нервно заскулил, чуть ли не плача. Но минуту спустя, наконец-то в лазарет вернулся Владик, прижимая к груди какие-то банки. Что это у него? И зачем? Он так и не пояснил, зачем уходил, но теперь я вообще ничего не понимаю.

— Вот, — радостно отозвался мальчишка, ставя свою ношу передо мной на столик. Присмотревшись и прочитав этикетки банок, поняла, что Владик умнее всех вместе взятых. Ибо он притащил сметану. — Должно помочь.

— Отлично! — засмеялась я, взлохматив мальчику волосы. — Владик, ты настоящий друг!

От этого он лишь смущённо засмеялся.

Открыла первую же банку, погрузила туда два пальца, зачерпнув сметану, и… нет-нет, не принялась мазать на кожу. Вначале я немного попробовала. Так сказать, животику тоже будет полезно. Ух, густая… Хорошо…

А вот когда начала толстым слоем покрывать сметаной свои руки, Дима неожиданно не сдержался и высказал своё «Фи!»:

— Ты тут что, собираешься косметический салон открывать?

— Не нравится — не смотри, — отмахнулась от парня. — Зато мне сразу легче стало.

— Эх… всё равно… — прошептал он, скорее обращаясь к себе, нежели ко мне. Протёр переносицу и посмотрел на Влада. — Давай. Мы ждали только тебя.

На это мальчик вначале немного сжался в плечах, явно не испытывая особого желания копаться в чужих мыслях, но потом выдохнул и согласно кивнул. Подошёл к Джуюну, который всё же решил молчать. Влад присел перед ним на корточки, положив ладошку на голову мужчины, после чего закрыл глаза.

— Готово, — отозвался он.

— Хорошо, тогда я начну, — кивнул Дмитрий. — Кто вы и что делаете в школе «Уникум»?

— О-ля-ля! Я же уже всё рассказал! — протянул мужчина. — Я работал. Продавал амулеты и талисманы. Но великие звёзды направили меня на праведный путь, дабы спасти вас и помочь. А также…

— Да что за трёп?! — не выдержала я. — Какие к чёрту «праведные звёзды»?! Отвечай кратко и по существу, иначе в следующий раз меня и военный отряд не остановит!

— Я… Я… — занервничал китаец. — Я — Джуюн. Я, правда, продаю все эти сувениры. А так как в школе «Уникум» учатся дети довольно состоятельных людей, то это приносит неплохую прибыль. Вот и всё! — заверил он. Влад посмотрел на нас и согласно кивнул. Сказал правду.

— Ты ведь не шаман, верно? — переспросила я.

— Нет, — признался Джуюн.

— Тогда кто? — тут же спросил Дима.

— Никто! — произнёс мужчина, но не тут-то было.

— Это ложь, — вставил Влад. — Он… — Нахмурился. — Он… предсказатель?..

— А? — удивился Джуюн, смотря на Влада, но похоже сразу понял, кто перед ним и протяжно выдохнул. — Да, я предсказатель. Я не умею делать амулеты и талисманы, но способен разговаривать со звёздами, когда те желают дать ответ. Это в последнее время происходит всё реже и реже, поэтому я и перешёл на талисманы. Зачастую я предсказываю судьбу, учитывая имя, место и дату рождения, но особым спросом этот способ не пользуется. Но клянусь, я в том, в чём вы меня подозреваете, я не причастен! Убийство?! Боже правый…

Все посмотрели на Влада, что он скажет. Но ответ мальчика был прост — лишь небольшой кивок головы. Твою ж мать! Значит, мы вновь ошиблись, и этот китаец действительно случайно оказался поблизости.

— Луи, освободи, пожалуйста, господина Джуюна, — попросил Дима, теряя интерес к беседе. — Придётся вернуться к тому, с чего начали…

— И всё же я не понимаю, — произнесла я, после того, как Джуюн вновь был свободен. — Как именно вы тогда нас нашли с Димой?

— О-ля-ля! Так я уже сказал, — заверил он. — Звёзды. Я как обычно разместился на своём месте, но сегодня был какой-то пустой день. В принципе, в последнее время вообще всё с клиентами не очень. Вот я и решил бросить персиковые косточки. На удачу. Но… они начали взрываться. Одна за другой. Как в тот случай, с вашей… — напомнил он, но замолк, решив не упоминать, как пытался погадать мне. — В общем, я понял, что что-то не так. А когда принялся осматривать уцелевшие косточки, то сложил их в послание и понял, что нужно было немедленно идти в сторону школы, в лесок, с западной стороны. Правда, я нашёл вас не сразу, но…

Звёзды значит? Персиковые косточки? Ян-Ян говорила мне о таком методе гадания, но его используют на востоке и не все. Мало кто умеет трактовать значение косточек. Это даже не руны и не карты. Обычные персиковые косточки. Но этот мужик на такое способен? Надо же… И кто-то послал его, чтобы отыскать нас? Что ж… Отыскал, вот только поздновато.

— Вот же! — вздохнула я. — Получается, что настоящий преступник до сих пор где-то здесь.

— Именно, и он знает, кто мы такие и как выглядим, — подчеркнул Дима. — Впредь действуем осторожнее и по одному не передвигаемся.

— А чего это ты тут приказываешь? — злобно бросила я. — Забыл? Ты мне больше не начальник. Сам от меня избавился. Ты сам по себе, я сама по себе и действуем мы аналогично.

— Ирис, учитывая обстоятельства, считаю, будет разумнее забыть на время о наших разногласиях и объединить усилия для поимки преступника. Сейчас он станет более осторожен и, как ты уже заметила, попытается избавиться от нас. Отказываться от помощи неразумно.

— И это ты мне говоришь о «помощи»? Ха… — усмехнулась. — Знаешь, что, Драгомиров Дмитрий, так и быть, я сделаю всё, чтобы разрешить это дело, но потом…

— Что? — переспросил он, заметив, что я не договорила.

— А ничего, — коротко ответила. — Вообще ничего.

Странно, но, кажется, этот короткий ответ задел его. Нахмурился, поджав губы. А мне плевать. После небольшой порции сметаны, тело больше не пульсировало так, словно я лежала на раскалённой сковородке. Да, болело, но двигаться можно было. Влад отошёл от Джуюна и приблизился ко мне. Возможно, неосознанно, а может целенаправленно, но всем видом дал показать, на чьей он стороне. Это также не прошло мимо глаз Дмитрия.

— Для начала, разделимся на группы, — предложил парень, переходя к стратегии. — Мы не знаем, кто наш противник, чего он хочет и самое главное, не можем быть уверены, что он до сих пор в школе. Так что держим связь друг с другом. Влад, — обратился к мальчику. — Тебе лучше передвигаться с Луи.

— Я пойду с Ирис, — отрезал Влад.

— Ещё раз повторяю, сейчас речь идёт о нашей безопасности, и будет лучше, если…

— Я пойду с Ирис, — повторил мальчик, не меняя тональности.

— Всё в порядке, — отозвалась я, обняв Владика за плечи. — Я присмотрю за ним.

— Вот как? А кто присмотрит за тобой?

— О себе позаботиться я сумею, — заверила в ответ, на что Дима удивлённо приподнял бровь.

— Неужели? Точно также как в мусоропроводе? — На это я гневно стиснула зубы. Сказать было нечего. Хотя немного подумав, всё же также улыбнулась и произнесла:

— Во всяком случае, если я попрошу Влада о помощи, я знаю, что он поможет.

Да… Между нами атмосфера так сильно накалялась, что периодически даже искры сверкали. Даже Луи, который всегда молчит и особо не присоединяется к разговорам, неожиданно сделал шаг вперёд, привлекая внимание окружающих. Но смотрел он не на нас, а на Диму. Когда их взгляды встретились, он лишь медленно отрицательно покачал головой, выражая свой протест.

Дмитрий уже что-то хотел добавить, набрав в лёгкие воздуха. Было видно, что так просто отступить от своего решения он не намерен. Но в кабинете вновь перебили его, и на этот раз это был Джуюн.

— Прошу простить, но я могу помочь, — улыбнулся мужчина, проводя рукой по длинным прямым усам. — Раз вы так беспокоитесь за девушку и ребёнка, то я пойду с ними. Втроём мы будем точно в безопасности, верно?

Против такого Дима не нашёл что сказать, поэтому устало вздохнул:

— Хорошо, — согласился он. — Проверьте, у всех ли включены телефоны. После чего выдвигаемся. Осмотрим школу.

***

Все принялись осуществлять план. Дима и Луи направились в сторону кабинета хранения видеозаписей с камер. Они хотели проверить последние записи и те факты, что недавно всплыли на поверхность. Что касается нашей команды, то мы решили осмотреть сами места происшествий. Особенно те, где преступник устроил нам ловушку. Он использовал масло, прекрасно зная, как я поступлю.

Хм… Моя эмоциональность и привела к такому глупому исходу. Теперь лучше держать себя в руках и быть действительно настороже. Влад шёл рядом со мной молча, а вот дядюшка Джуюн решил поболтать. И не с мальчиком, а со мной.

— Так значит, вы… помогаете в подобных делах, да? — с улыбкой спросил он, потирая свои усы. — О-ля-ля! Я удивлён, что в мире существуют подобные организации, которые помогают людям с… особой стороны нашего мира.

— Это естественно, — отозвалась я. — Если есть проблемы, значит, и найдутся те, кто захочет эти проблемы решить.

— О-ля-ля! Спрос порождает предложение? Возможно-возможно, — продолжал улыбаться мужчина, чем сильнее выводил меня из себя. И чего он за нами увязался? Бесит. Но Джуюн смотрел на меня, как на некую диковинку. То с одной стороны, то с другой.

— Да что такое?! — не выдержала я, развернувшись в сторону мужчины. Честное слово, ещё немного и я бы точно намотала на кулак его усищи и врезала пару раз между глаз.

— О-ля-ля! Простите меня за грубость, если я вас задел, — тут же отозвался он, подняв перед собой ладони. — Просто… интересно. Я… Я впервые в своей жизни встречаю «Мёртвое дитя». До последнего момента до меня доходили только слухи.

— Ну, вот и радуйся, — раздражённо бросила я, продолжая путь. — Можешь этот день красным в календаре выделить.

— Вначале, я испугался, как и все нормальные люди в моём положении, — продолжал мужик, явно не понимая прямых намёков. — Но потом, пообщавшись, понял, что вы вполне неплохой человек.

— Ох, ну спасибо! — наигранно улыбнулась. — Вот только не могу сказать того же о тебе.

— Ну, это потому что мы мало знакомы, — тут же со смехом отмахнулся мужчина.

— А кто это «Мёртвое дитя»? — неожиданно спросил Влад, прислушиваясь к разговорам.

— Медиум, — коротко ответила я.

— О-ля-ля! И не только! — встрепенулся китаец, хлопнув в ладоши. — В преданиях гласит, что Мёртвые дети наделены уникальным даром видеть, и разговаривать с миром мёртвых. Влиять на него и подчинять своей воле.

— Иными словами — медиум, — повторила я, всплеснув руками.

— Да-да, но также снимать проклятия, насылать их, предвидеть знамения…

— Снимать порчу, насылать порчу, видеть скверну… — перечисляла я, после чего повернулась к ребятам и указала на себя: — Медиум, экстрасенс, шаманка, ведунья, мастер Шеф с шоу «Адская кухня»… В общем, как не назови, всё одно.

Владик негромко хихикнул.

— Эх, да, это так, — согласился китаец, немного обеспокоенный тем, что мальчик терял интерес к беседе Джуюна. — Но также говорится, что Мёртвое дитя наделено особой защитной силой. Правда, не ясно какой. Дальше какая-то путаница идёт о четырёх стихиях, небе, земле и так далее. Одно знаю точно, чему я убедился лично. У Мёртвых детей отсутствует Судьба.

— Что? — удивился Влад. — Как такое может быть? Даже я знаю, что Судьба есть у каждого человека. Когда Нить Судьбы обрывается, умирает и сам человек.

— Это так, но у Мёртвых детей Судьбы нет. И причина тому… не ясна.

— Эх… — вздохнула я, чувствуя очередную волну раздражения. — Судьба есть у всего, старик. У людей, животных, даже у обычных предметов. Просто есть некоторые экстрасенсы, чью Судьбу прочесть на палочке не так-то просто. Ибо заговор хороший лежит на их защите. И такому простофиле, как ты, её просто не увидеть.

— Ну, знаете ли! — возмутился китаец. — Я вообще-то в своё время был довольно известным предсказателем. Люди со всего света съезжались к моим дверям, чтобы получить хотя бы небольшое пророчество.

— Ага, — усмехнулась я. — А потом тебя этим потоком смыло прямо на улицу, около ворот школы, побрякушками торговать. Верно?

— Вот прямо сейчас отчётливо увидел вашу Судьбу, девушка, — буквально зарычал Джуюн, у кого усы стали напоминать щётку для обуви от напряжения. — С таким язвительным характером вы никогда не выйдите замуж.

— Конечно! — серьёзно кивнула я, оборачиваясь в сторону мужчины. — Какой муж, когда у меня мечта свой мужской гарем организовать? Тут, знаешь ли, всё серьёзно… Брак только помешает.

— О-ля-ля… Просто вопиющая возмутительность… — прошептал Джуюн, теперь уже смотря на меня как на некое недоразумение. — Что за молодежь в наше время пошла?..

Владик уже чуть ли не хрюкал от смеха, и я едва сдерживалась, чтобы не присоединиться к нему. Но это помогло. Джуюн больше лишнего не говорил и как как-то по-особому на меня не смотрел, чем бы только привлёк лишнего внимания. Слишком уж болтливая личность попалась. Хотя уверена, что сейчас он и сам сожалеет, что пошёл именно с нами.

Можно было и дальше подтрунивать предсказателя, однако мы наконец-то пришли к тому самому коридору, где, по идее, на полу было разлито масло. Вот только сейчас пол был стерильно вымыт. Ни капельки масла, на котором я ещё сегодня утром проехалась покруче фигуриста Плющенко.

Ничего себе. Пол сухой и идеально чистый. Кто бы так профессионально с этим потрудился? Так просто масло не выводится, особенно в таких количествах. Да, а вот мусоропровод… Который так же чист. Уверена, на них мы не найдём ни одного моего отпечатка пальца. Кто бы это не сделал, он надеялся от нас избавиться с ювелирной точностью. Убить, а после уничтожить тела.

А как часто говорит мне Сергей: нет тела — нет дела.

Неожиданно зазвонил телефон.

На экране высветилась надпись: «Коротышка».

— Да, Дим.

— Ирис, мы осмотрели комнату с хранилищем видеозаписей. А также осмотрели некоторые камеры по школе, — прозвучал голос парня из динамика.

— И? — насторожилась я.

— Пусто, — коротко произнёс Дмитрий. — Кто-то всё стёр. Абсолютно всё. И предыдущие записи, и новые. Более того, перерезали провода на камерах. Теперь они бесполезны. Кто-то очень не хочет, чтобы его разоблачили.

— Да… — согласилась я. — И тут он всё почистил после себя.

— Будьте осторожны. Мы идём к вам. Пожалуйста, не уходите далеко.

— Ладно, — отозвалась я, после чего отключила телефон.

Обернулась, чтобы передать информацию своим спутникам, но… осознала, что этого мне сделать не удастся. Влад и Джуюн потеряли сознание, упав на пол. Всё выглядело так, словно они уснули. Они не задыхались лепестками цветов, но всё равно на их телах начали один за другим прорастать и распускаться бутоны великолепных цветов. То же самое, что произошло с учительницей.

— Что за?.. Влад! Джуюн! Чёрт!.. — схватилась за голову, совершенно не понимая, как такое могло произойти. — Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Тут в коридоре гдё-то должен быть подклад. На них. Но как? Почему? Так, Ирис. Возьми себя в руки и думай. Подклад должен находиться где-то поблизости. У всех у них одно и то же правило. Уничтожишь подклад — спасёшь товарищей.

Закрыла глаза и медленно вздохнула, стараясь успокоить нервы. Нужно… почувствовать скверну. Все подклады на убийство пропитаны злобой. Вот… Что-то чувствую. Недалеко отсюда. Что-то большое…

Открыв глаза, увидела, что чутье привело меня к двери ведущую в спортзал. Он был перекрыт на ремонт. Кругом стояли рабочие инструменты, банки с краской, мешки с цементом и другие строительные материалы. Обошла всё это и вошла в спортзал.

В нос сразу же ударил резкий аромат цветов. Тут… в огромном зале, кругом стояли ящики с распустившимися бутонами невиданной красоты цветов. Такие не существуют в природе. Разных окрасов и форм, но всех их объединяло одно — скверна, пропитывающая насквозь. В ящиках с грунтом что-то было… Что-то тёмное, чем питались цветы и именно из-за этого они в дальнейшем становились подкладом.

Подошла к первому же попавшемуся ящику. Отодвинула в сторону стебли цветов и слегка приподняла корни, открывая дно. Боже… Вместо удобрения у этих цветов трупы. Трупы крыс, мелких животных, птиц и даже домашних питомцев. Вижу рыжую кошку, на шее которой висел нежно-голубой ошейник с медальончиком.

Запах трупной гнили мгновенно поднялся в воздух, заглушая аромат цветов. Пришлось отступить и сдержать резкий позыв тошноты. Чёрная магия… Кто на такое пойдёт? И кому нужно столько подкладов? Здесь же… Можно убить целый город. Столько ненависти и злости скопилось в этих ящиках с цветами… Это ненормально. Так нельзя.

— А я всё ждал, когда же ты появишься, — прозвучало у меня за спиной, после чего я резко обернулась.

Прямо позади меня, перекрывая путь к отступлению, стоял молодой человек с пшеничными растрёпанными волосами и ярко оранжевом костюме уборщика. Стойте… так за всем этим, всё это время стоял он? Тот самый уборщик, который видел меня и Диму, тогда в коридоре. Но…

— Почему? — только и спросила я.

— Почему?! — усмехнулся он, сунув руки в карманы. — У меня, как таковых причин не было. Причины были у Ильи. Тот ещё дурачок, которым оказывалось так просто управлять, — засмеялся, приближаясь ко мне. Теперь я видела на его груди надпись «Виктор». Но его ли это имя?

— Так Илья… вы работали вместе?

— Можно и так сказать, — пожал он плечами. — Илью всё достало. Он целыми днями как проклятый проводил время на кухне, чтобы удовлетворить прихоти ублюдков этих богатеньких прихвостней. Каждое его блюдо было пропитано кровью, потом и слезами. А что делали эти «супер» умные детишки? Да им было плевать! Таких как мы, даже за людей не считали. Раз ты обслуживающий персонал, то заткнись и обслуживай. Вот и вся «уникальность» этой школы.

— Но они просто дети…

— Нет-нет, — отрицательно замотал головой, приподняв указательный палец. — Они уже не совсем дети. Они подростки, а это совсем другое. И самым мерзким был тот парень. Первый красавец школы. Перед учителями и одноклассниками он был добрее ангела, но стоило ему остаться один на один с кем-нибудь из обычного персонала… как на поверхность выходила вся его суть. Ты когда-нибудь видела взгляд повара, который потратил на свой кулинарный шедевр последние сорок восемь часов без отдыха и сна, а после прямо перед ним этот кулинарный шедевр… просто пнули, как футбольный мячик? Чтобы посмотреть, как он весело разлетится. Всего одна секунда на уничтожение. Его даже не съели, а пнули. Сорок восемь часов труда…

— Я понимаю, это несправедливо, — обращалась к уборщику, медленно отступая назад. — Но нельзя же доходить до такого. Убийство и…

— А я особо ничего и не делал, — пожал плечами парень. — Пришёл убираться и собирать куски еды со стен, пола и потолка. Хороший был пинок. И Илья оставался со мной. Вот тогда-то мы и разговорились. Он был так зол… Так прекрасно зол, хе-хе-хе… Я ничего не делал, просто подтолкнул его на мысль о мести. И сказал, что можно было бы сделать. Но остальное он всё сделал сам, хе-хе-хе…

— Но оружие в руки дал ему ты! — начинала злиться и терять контроль над эмоциями.

— И что? — искренне не понимал он. — Эти «уникальные» дети, сами выбрали свою участь. Только и сидели в интернете, да и пересылали друг другу картинки с Ханахаки. «Ох, это так прекрасно», «Если бы я могла выбрать смерть, то наверное, именно так… Это так красиво», «Умереть от любви… Вот бы меня кто-нибудь так любил». Именно это они твердили каждый день. И я решил, пусть получают, раз хотят.

Я отходила всё дальше и дальше назад, пытаясь отыскать хоть что-то, что можно было использовать как оружие. Но пока видела одни только ящики с цветами. Так этот уборщик, Виктор, использовал слабость, боль, обиду и злость Ильи на то, чтобы создать из него убийцу? Но что пошло не так? Почему в итоге пострадал именно Илья? Виктору надоело с ним работать? И причём здесь учительница?

И где Дима с Луи? Хотя нет… Из-за аромата пыльцы цветов, им сюда нельзя. Скорее всего подклад сделан и на них. Вот чёрт! Это плохо… Рассчитывать придётся только на себя.

— Но учительница…

— Ах, она… — с некой тоской протянул уборщик. — Она мне приглянулась. Всем улыбается. Такая добрая. Вот я и подумал, а почему бы и нет? И подарил ей цветок. Если бы она от него отказалась, ничего бы не произошло. Если бы она приняла его вместе с моими чувствами, она была бы до сих пор жива. Но она приняла цветок и отказала мне. Где логика? То есть эта её улыбка лишь лживая маска? Вот я и стёр эту ложь. Люди меня ещё благодарить должны, хе-хе-хе…

— Ты ненормален! — выпалила я. — Убивать только за то, что она выбрала не тебя? Она изначально уже принадлежала другому!

— Тогда зачем давала ложные надежды? Вот видишь, это не я виноват, а она сама. Все сами сделали просто не тот выбор, вот и всё, — улыбался парень, продолжая приближаться. — Но достаточно обо мне и этом глупом деле… Скажи лучше, почему ты… до сих пор жива?

— Что? — Я дошла до стенки, облокотившись спиной, и принялась идти вдоль неё, пытаясь протиснуться между ящиками. — О чём ты?

— После того, как я увидел, как ты домогаешься учеников, то подумал, что от тебя точно нужно избавиться. И велел Илье подкинуть незаметно подклад. Ты должна была пострадать. И он сработал, но цветочной болезнью заболел сам Илья, а не ты. Как ты это сделала?

— Я…

— Потом я сам лично сделал подклад и подложил его к тебе в рабочий стол. Уверен, ты брала его в руку, но вновь… цветочной болезнью заболела не ты, а кто-то другой, верно? Кто-то из твоих коллег. — Теперь я оказалась в самом углу, а Виктор стремительно приближался. Расстояние между нами было меньше двух метров. — Дальше, я намеренно спровоцировал тебя, решив избавиться физически, но ты вновь каким-то образом выбралась из мусорной печи. Что ты такое? Тебя вообще реально убить?

— Конечно! Я человек! — воскликнула я, чувствуя и страх, и злость, и панику. Голова пустая. Нет ни единой мысли. Ещё этот тошнотворный запах гнили и цветов… — Ты чуть не убил нас!

— Да, вижу… — отметил он, смотря на мою покрасневшую кожу. — И всё же этого недостаточно. Даже сейчас я по всему периметру сделал больше сотни подкладов, на одну тебя и лишь парочку на твоих друзей, но нет… Все твои коллеги уже медленно умирают, даже не осознавая этого, а ты стоишь передо мной целой и невредимой. Почему?

— Немедленно прекрати! Остановись! — требовала я, чувствуя, как тело сотрясало.

— Зачем? Я устроился в эту школу не просто так, мне просто было скучно… Наблюдать за тем, как страдают другие… довольно весело. Но вот столкнулся с тобой и понял, что веселье только начинается. — Остановился в шаге от меня, сунув руку в карман и достав оттуда нож. — А если я перережу тебе горло, то ты тоже выживешь или естественные травмы не считается? Защищена только от магии?

Он шагнул ещё ближе, окончательно сокращая расстояние. С безумной улыбкой, облизывая потрескавшиеся бледные губы от возбуждения, потянул лезвие ножа к моему горлу, наблюдая за моей реакцией. Тело всё трясло от шока и ужаса. По спине, лбу и шее скатывались крупные капли пота, а из глаз ещё и слёзы. Было страшно не просто говорить, но и дышать… Рука сама собой принялась водить по воздуху в поисках хоть какого-то спасения. Я схватила цветы… За стебли, целую копну. Потянула их, выдергивая из ящиков и влажными корнями, облепленными землёй и гнилью, ударила по лицу Виктора.

Тот гневно зашипел, отворачиваясь в сторону от неожиданности. Я, не теряя и секунды, ринулась к выходу, стараясь перелезть через ящики. Но в какой-то момент почувствовала, что меня схватили за ногу и дернули назад. С криком полетела вниз на пол. Повернулась на спину и увидела, как Виктор вновь занёс нож над головой, стремясь вонзить его в моё тело. Лицо исказилось до неузнаваемости. Он больше не был похож на человека. Он был чудовищем. Полоумным, безумным и бездушным чудовищем.

— Нет! — кричала я, прикрывая голову руками. Пыталась бороться. Вцепилась в его руку, схватив за запястье, которой он сжимал нож. Но моих сил так мало… Так мало! — Нет!

— Всё кончено, — смеялся Виктор. — Никто не замечал меня. И никто не заметит тебя… Я убью тебя и узнаю, что ты такое, ха-ха-ха…

Мышцы слабели и лезвие всё приближалось к моей коже. И вот, когда кончик пронзил кожу, выпуская небольшую каплю крови, внутри меня что-то взорвалось. Почувствовала огромный поток силы. Теперь рука Виктора казалась мне игрушечной. Однако и он заметил во мне перемены. В физическом плане, от того замер и широко распахнул глаза.

— Ты… Ты… Что ты такое?

— А ты уверен, что хочешь знать? Хех! — прозвучал грубый нечеловеческий голос из моих уст. — За информацию придётся платить, насекомое. ГР-Р-РА! — зарычала на парня, и от этого рёва, словно от невидимой воздушной волны, парень отлетел назад, падая прямиком на одни из своих излюбленных ящиков.

Одним скачком поднялась на ноги и направилась к Виктору. Не успел он придти в себя, как я со всей силы нанесла ему удар в область рёбер, как минимум, переломав парочку и заставив вновь полетать. Это было так забавно… Порхай-порхай, насекомое. Если отрывать насекомому лапки, они ещё какое-то время сокращаются… Может и этому лапки поотрывать? Они же ему не к чему, да?

— Нет… Прочь! Ты… монстр… — кашляя и задыхаясь от удара в грудь, произнёс парень, когда я подошла к нему и схватила за воротник, чтобы приподнять.

— Монстр?.. — с непониманием наклонила голову на бок. — Уверяю, я человек, хе-хе-хе… А вот ты скоро им не будешь.

Вновь швырнула парня в другой конец зала. Он полетел прямо в стенку, после чего мешком рухнул на пол, задевая очередные ящики с цветами. Больше он не шевелился. Ну вот… Такие игрушки так быстро ломаются. Даже не поиграть.

Что-то задела ногой. Опустив взгляд, заметила ведро с водой, приготовленное специально для полива цветов. Именно в отражении поверхности воды, я увидела себя… Глазницы полностью чёрные, бледная, слегка сероватая кожа, и безумная улыбка… Это привело меня в чувства. Зажмурилась, чувствуя головокружение и тошноту. А потом, когда открыла глаза, на меня из отражения смотрели обыкновенные зелёные глаза. Мои глаза.

— Ох, Господи… — прошептала я, оборачиваясь и вновь смотря на уборщика. Он до сих пор был без сознания. Но это не значит, что работа закончена. — Ребята…

Сорвалась с места и принялась собирать все бутоны цветов, с каждого ящика в центр зала. Действовала быстро, порой неаккуратно, но главное не это. Ну же… Трудно сказать, с какой скоростью я действовала. Наверное, ещё никогда в жизни так быстро не бегала. Пришлось добраться до столовой и прихватить с собой обычную соль. А после… эту соль я сыпала куда угодно, повторяя один и тот же заговор, для очищения предмета от скверны. Снова, снова и снова, пока скверны в принципе в зале не осталось.

Во всяком случае, я её больше не чувствовала.

Абсолютно все подклады были уничтожены.

Побежала обратно в коридор. Как и боялась, парни лежали на полу, словно уснули, покрываясь цветами. Правда, теперь, когда я всё уничтожила, цветы также вяли, открепляясь от человеческого тела.

— Ребята… — позвала я их, поочередно тормоша каждого за плечо. Первый очнулся Дмитрий.

— Хм… Почему у меня так голова болит, словно после похмелья? — протянул он, осматриваясь.

— О-о-ох… — застонал Влад, также обхватив голову руками.

— О-ля-ля… У кого-нибудь будет с собой минеральная водичка? — протянул Джуюн.

Луи единственный, кто молчал, но судя по недовольному взгляду, также жалуется на головные боли. Что ж… Главное они в порядке. Все в порядке.

— Ирис, — строго произнёс Дима, схватив меня за плечо, чтобы я обратила на него внимание. — Ты… нашла преступника? Где он?

— О! Точно! — всплеснула руками. — Он в спортзале. Там за поворотом. Ты бы меня видел! Я так круто с ним разделалась. Он на меня такой с ножом. А тут я ему, как «Хая!» От одного удара отлетел на несколько метров! Но он не сдавался, а потом как пошёл на меня. Но и я не робкого десятка и такая…

— Понял-понял, хватит пересказывать мне боевики из девяностых, — перебил парень, медленно поднимаясь на ноги. — Показывай, кто это?

— А… Ну пошли, — согласилась, после чего повела всю компанию в сторону спортзала.

Тут было всё, как я оставила. Всё, как и было. Все ящики, вся земля, гниль, цветы, вонь, соль… Да всё на том же месте! Кроме одного… Виктор исчез. Только несколько грязных следов на полу, в виде разводов, говоривших о том, что преступник сбежал.

— О! Нет! Его нужно немедленно поймать! — ахнула я, тут же намереваясь последовать за уборщиком на улицу. — Он сбежал!

— Ирис, стой, — остановил меня Дима, взяв за руку. Мне было всё равно, но когда это увидели Влад и Луи, они как минимум были в шоке, замерев на месте и не дыша.

— Дима, но!.. — не сдавалась я.

— Ирис, ты выяснила, кто преступник? — Я кивнула. — Знаешь, как он выглядит? — Вновь кивнула. — Знаешь, как он совершал свои преступления и что для этого делал? — Очередной кивок. — Тогда на этом наша работа завершена. Остальное передадим полиции, и пусть они ищут преступника, работая в пределах закона.

— Хоть я и не совсем понял, что тут было, — отозвался Джуюн. — Но полностью согласен с молодым человеком. Давайте выбираться отсюда.

— Ладно, — вздохнула я, медленно направляясь со всеми к выходу из школы «Уникум».

Наша работа на этом завершена.