Глава 11

– Ай! – дернулась я, чувствуя, что голова раскалывается, словно колокол. – Ай… Мир вокруг меня закружился, и я упала на колени, обхватив голову руками. Боль была невыносимой, она проникала в каждую клетку моего тела, заставляя меня корчиться и стонать. Я не понимала, что происходит, но одно было ясно – это не просто головная боль. – Быстрее! В баню! – слышались голоса, далекие и приглушенные, но настойчивые. Я попыталась подняться, но ноги не слушались меня. Собрав последние силы, я встала и, не думая ни о чем, побежала за поленцами, которые, казалось, задорно скакали по дороге. Я ворвалась в баню, чувствуя, как боль отступает, оставляя за собой лишь легкую дрожь. Это было странно, но я не могла остановиться, чтобы разобраться в своих ощущениях. Внутри бани было темно и сыро, но я не обращала на это внимания. – Охохоюшки! – выдохнуло одно полено. – Что ж ты, мама, гулять пошла с утра? Мое тело все еще звенело, как натянутая струна. Я не могла поверить в то, что услышала. Нечистая сила? Банная хозяйка? Это было похоже на какой-то безумный сон. – Это что значит? – спросила я, кривясь и морщась. – А то, что ты теперь – нечистая сила! Обдериха, банная хозяйка! – вздохнули поленца. – И наша мама! Да какая нечистая! Я было зашлась от возмущения, а потом опустила взгляд на свою рубаху. Ну да, нечистая… Не самая, так сказать, стерильная сила… – А где моя одежда? – спросила я, вспоминая свои штаны и ценник на них. – Обдериха в рубахе ходит! – заметили поленца. – Нет ее! Все! Мы сожгли! – То есть, погодите… – начала я, а потом устало выдохнула. Приехали. Ну, раз рубаха последняя, то почему бы не постирать ее? Вон ушат стоит! – А где тут воду можно взять? – спросила я в поисках крана. – В реке! – послышался голос полена. Что вокруг происходит? Как меня вообще угораздило? Ни сумки, ни телефона, вокруг все как будто из позапрошлого века, какой-то красивый псих, который от меня требует детей, ни Димы, ни его семи… И да, я – нечистая сила. Сразу вспомнились далекие отголоски сказок, которые я слышала в детстве. И страшилки про домовых. – Ладно, пойду воды наберу, – вздохнула я, беря ушат и направляясь к реке. От бани до реки было недалеко, всего несколько шагов. Я вышла на улицу и увидела небольшой грубо сколоченный причал, который тянулся вдоль берега реки. Камыши шептались на ветру, а туман стелился по воде, создавая атмосферу таинственности и загадочности. Я спустилась к причалу и начала набирать воду в ушат. Тихий шелест воды и бульканье создавали ощущение спокойствия, но я знала, что это лишь иллюзия. Ой, что-то не тревожно… “Рыба, наверное!” – подумала я, спускаясь возле причала и пытаясь набрать воды. – Год от года все хуже и хуже… – послышался тихий женский вздох, и я чуть не выронила ушат. Кто это? Я обернулась, но никого не увидела. Голос доносился откуда-то из камышей, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок. – Кто здесь? – прошептала я, стараясь не выдать своего страха. Голос депрессивной личности доносился откуда-то из камышей.