Глава 5

Архард по привычке встал с первыми лучами и, сидя на кухне, листал новостную ленту инфосети. Ночью опять был электромагнитный выброс от Солар, не такой мощный как накануне, однако тоже весьма ощутимый. Ньера Ольра перед своим уходом не отключила аппарат варки кофе, и тот сгорел от скачка напряжения. И вместо чашечки ароматного напитка пришлось довольствоваться растворимым.

Ожидаемо, первые полосы всех изданий пестрили о предстоящем визите делегации Федерации Объединенных планет. Журналюги мусолили эту тему уже третий день, стоило только просочиться известию на ленты информагентств. Кто-то радовался их приезду, надеясь на то, что правительство сумеет договориться и планета присоединится к сильному союзу. А кто-то наоборот высказывал опасения, что Флутон будет выпотрошен Федератами наизнанку, как некогда те поступили с многими, взять хотя бы Трион, превращенный в одну большую шахту по добыче и обогащению Триптана-топлива для звездолетов. Цветущая планета превратилась в безжизненную пустыню.

Архард относился к тем, кто был против союза, он не желал для Флутона такой судьбы, справедливо опасаясь, что федераты истощив все свои запасы триптана примутся за добычу на его родной планете с удвоенной силой.

— Доброе утро, па — пошлепал босыми ногами Киран и крепко прижался к отцу. — Я так рад, что ты дома!

Последние недели, что шла подготовка к визиту Федератов, Архард приходил домой очень поздно, порой сына видел уже спящим в кровати. Тоска и чувство вины обуревали его, и каждый раз он обещал себе, что после того, как все закончится, неделя отпуска на теплом побережье сможет компенсировать его отсутствие.

Архард отложил в сторону планшет и обнял сына в ответ.

— Я тоже этому рад, Кир, обещаю, сегодня весь день только ты и я.

— И никакой работы? — мальчик не мог поверить счастью, нечасто выдавались деньки, когда Архард из помощника советника становился отцом. Словно в подтверждение его мыслей планшет был демонстративно убран в ящик стола, часы с галасвязью полетели следом.

— Уиии! — довольно взвизгнул счастливый сынишка и еще крепче прижался к отцу — это будет самый лучший день! — Слейвер на его правом запястье блеснул в лучах солара.

После смерти матери, год назад, брачный браслет по праву наследия отдали сыну, и тот не снимая, носил его. По давней традиции, ребенок вправе подарить его на свое усмотрение.

Такой дар навсегда связывает двоих, никто не имеет права разлучить ребенка с его избранным. Это не обязывало оставшегося в живых родителя заключать повторный брачный союз, но дарило избранному право называться аси — вторым отцом или матерью, признавшего его малыша. Чаще всего, если оставшийся из родителей вновь связывал себя узами брака, покупалась новая пара слейверов, но при желании ребенок мог отдать свой, как знак принятия в семью.

— Завтракай, и полетели, — потрепал по макушке Кирана отец, — хочу сам посмотреть на новые экземпляры, про которые ты говорил.

— Ой — тут же подпрыгнул на месте мальчик — она такая забавная, на нас похожа, только маленькая, бледная, а еще кажется очень голодная — поделился своими мыслями с отцом — я ей просунул вирату, так она ее спрятала, представляешь? Давай ей еще принесем?

— Сынок, ну сколько раз я тебе говорил, что нельзя кормить животных — покачал головой Архард — у них специальный корм, от нашей еды им может стать плохо, понимаешь?

— Ну пааа, она так на него смотрела — вспомнил голодные глаза человечки Киран — точно тебе говорю, надо взять еще.

* * *

Несмотря на ранний час на входе собралась небольшая очередь. Слух о новых питомцах разлетелся мгновенно, и горожане спешили одними из первых на них посмотреть.

Архард приложил ладонь к сканеру у дверей, и тот, мигнув, сменил красный свет на зеленый, принимая оплату с чипа.

Указатели на стене направляли к началу осмотра, но никто не обращал на них внимания, все шли в другую сторону- к клетке с редким экземпляром и разочарованно останавливались у стекла-внутри было пусто. Особь была надежно укрыта за дверью, не желая показываться посетителям. Криан разочарованно топтался у стекла, он так надеялся еще раз посмотреть на нее, даже стащил пару свежих вират, пока отец отвернулся. И теперь его карманы подозрительно топорщились, приходилось постоянно держать в них руки, что бы не вызвать подозрений отца.

— И долго ее ждать?

— Мы заплатили за вход вдвое больше обычного.

— Да-да, это безобразие.

Слышались возмущенные возгласы посетителей.

— Уважаемые ньеры, — прозвучал голос диктора, привлекая всеобщее внимание — через пять минут в бассейне цокольного этажа состоится кормление нираний. Приглашаем всех желающих.

Это хищные рыбки, собравшись группами по 20–30 особей способны за несколько минут оставить один скелет от превосходящих их в сотни раз по размеру морских обитателей. Каждое кормление этих тварей собирает вокруг бассейна без преувеличения всех посетителей экзопарка. Вот и сейчас, стоило про это услышать, как толпу словно ветром сдуло.

— Пойдем, посмотрим? — предложил Аграхард сыну, но тот помотал головой и упрямо уставился на запертую дверь. Отец вздохнул

— Я поищу смотрителя, может он поможет. Не каждый день сюда приходит помощник советника.

— Буду ждать тебя здесь, — кивнул мальчишка, продолжая прожигать двери взглядом.

* * *

Лиля

С самого утра потянулись зеленые человечки, слетелись на экзотику посмотреть. Стучали в стекло, тыкали пальцем и весело смеялись, разглядывая меня. Странное поведение, я от них отличаюсь цветом кожи, да ростом. А такое впечатление, что они считают меня какой-то обезьянкой. Некоторые особо назойливые делали селфи или фото всей семьей, стараясь поймать меня в кадр на заднем плане.

Посмотрев на толпу, которой не было конца и края, улизнула в свою берлогу, уселась на кровать и уставилась в стену. А что мне еще оставалось? Книг не было, мобильного тоже, да я бы от телевизора сейчас не отказалась. Хотя в своем мире его уже давно не смотрела.

Так и сидела бы, пока не закроют экзопарк, мне не терпелось дождаться вечера, когда обещал прийти Женек, надеюсь, сегодня он меня вытащит. Но какая-то неведомая сила словно толкала меня в спину-выйди, тебя там ждут.

Не в силах больше сопротивляться, приоткрыла дверь и с удивлением обнаружила практически пустой коридор. Перед стеклом стоял мой давний знакомый. Удивительно, но мальчишку я узнала сразу же. Сколько их проходит мимо за день? Не сосчитаешь. А этого зелененького узнала мгновенно.

При появлении неведомой зверушки, то есть меня, его печальные глаза загорелись радостью. А из кармана появилось уже знакомое мне яблоко лилового цвета. Рот моментально наполнился слюной. Стало стыдно, но Женькино печенье давно закончилось, а чувство голода как назло нет. Мальчик с опаской обернулся по сторонам и принялся просовывать заветный фрукт мне через отверстие для воздуха. Оп, и яблоко шлепнулось мне в ладони, а следом за ним второе.

— Спасибо, — как вежливый человек поблагодарила я, — ты меня спас от голодной смерти. И ничуть не стесняясь принялась за еду. Сколько восторга светилось на детской мордашке. Говорящая зверюшка, поедающая угощение.

Почему-то вспомнилось, как мы в детстве радовались, если удавалось просунуть мартышке банан в зоопарке. Нет, вернусь домой и никогда не пойду в подобные заведения. — Вкусная штука эти ваши яблоки. Странные, но вкусные. Первый фрукт закончился, от него осталась лишь маленькая палочка и несколько семечек. Второй же я приберегла на ужин.

Мальчик что-то ответил, но за то короткое время, что я тут присутствовала, местный язык оставался для меня загадкой. Шипение и рычание-очень интересно, но ничего не понятно.

— Эх, если бы я тебя понимала…— виновато развела руками я и он отзеркалил мой жест, сожалея видимо о том же самом. Мы рассмеялись, глядя друг на друга.

Так и общались с ним, каждый на своем языке, только вот по коридору послышались шаги и через пару секунд в проходе показались две женщины, одетые в форму работников экзопарка. Ничего необычного, таких я видела много раз, но мальчик почему-то напрягся при их появлении.

— Эй, это просто работницы зоопарка, ты чего? — воскликнула я, когда ребенок опасливо попятился назад. Между ними завязывался диалог, судя по интонации, они что-то спрашивали, а потом попытались ухватить мелкого за руку. Тот увернулся, проскочив между ними.

— Какого черта? — забарабанила я по стеклу, действия женщин уже были не просто странными или подозрительными, они окружили парнишку с двух сторон, пытаясь поймать, сужали пространство между ними. — Эй, кто-нибудь! — уже вовсю орала я, мне оставалось лишь привлекать внимание. Дверь надежно заперта, выбраться и помочь ему сама не могу.

Даже не сразу поняла что происходит, пол под ногами завибрировал, издавая какой-то противный гул, в клетке все закачалось, свет пару раз моргнул и погас. Тут же включилось тусклое аварийное освещение, стены уже не просто вибрировали, они ходили ходуном. Огромная люстра на потолке коридора угрожающе раскачивалась, звеня подвесами. Светильник, посередине моей клетки, заменяющий солнце заскрежетал, и я в ужасе уставилась на трещину на потолке, которая разрасталась с каждой секундой. Из нее сыпалась штукатурка или что там у них используют при строительстве.

Успела отскочить в последний момент, когда огромная балка, просвистев у левого уха, со звоном впечаталась в стекло, отделяющее меня от посетителей, которое за считанные секунды превратилось в мелкую крошку, открывая мне путь на свободу. Тем временем вокруг творилось что-то страшное, клетки некоторых животных так же оказались разбиты, и те, выбравшись на свободу, в панике метались по коридору, заваленному балками, осколками и всем тем, что находилось внутри.

Повезло, что террариумы с ползучими гадами остались невредимы. Одна из нападавших работниц лежала придавленная злосчастной люстрой, все-таки свалившейся прямо ей на голову, а вот другая, несмотря на землетрясение, загнав мальчика в угол, схватила его за шею. Тот шипел, выворачивался, пытаясь укусить нападавшую, но она проявляла чудеса ловкости.

Откуда-то сбоку слышались встревоженные мужские голоса, но из-за завала по обе стороны коридора они не могли пробраться к нам.

— Лилька, — окликнул меня кто-то сверху — давай сюда, — из разлома высунулась взъерошенная голова Женьки — он тянул ко мне руку, предлагая забраться к нему.

— Погоди, — конечно, самое лучшее сейчас вцепится в его ладонь и нестись навстречу свободе, пока хватятся нас, пока начнут искать, мы можем быть уже далеко. Но оставить ребенка в опасности я не могла.

Пошарив вокруг глазами, наткнулась на камень, лежащий у ног, и, подхватив его с пола, отправилась на помощь. Женщина одной рукой крепко держала мальчика за запястье и тянула его куда-то в бок, к клеткам, что еще оставались невредимы. Никогда в жизни до этого часа мне не приходилось бить людей, тем более камнем по голове. Зажмурившись, со всей силы приложила ее по затылку. Хватка ее ослабла, и она тут же рухнула на пол.

— Фух, получилось, — откинула я свое орудие, чтобы не напугать и без того перепуганного мелкого ребятенка — все-все, — видя как трясутся губы, а глаза наполняются слезами — слышишь? Все позади. — Отголоски землетрясения еще давали о себе знать толчками под ногами, но постепенно стихали. Некоторые выбравшиеся животные самостоятельно вернулись на свои прежние места жительства, остальные же жались к стенам, не делая попыток приблизиться.

— Лилька, ты скоро там? — послышался хруст стекла, это Женька спрыгнул вниз, он не видел меня и забеспокоился что происходит. — Бежим, давай же!

— Да-да, сейчас, — шепнула я повернувшись к Женьку, а затем присела на корточки, обращаясь к мелкому. — Мне надо идти, слышишь? Сейчас сюда придут, — звуки мужских голосов приближались, с той стороны активно работали, разбирая проход к ребенку, и если я буду медлить, то опять окажусь в клетке. Как бы мне не хотелось остаться, пора бежать.

Малыш вдруг прижался ко мне, наверное, так решил сказать спасибо, промелькнула догадка и я обняла его в ответ. Пару секунд, и он сам отпихнул меня, а затем, стянув с запястья что-то блестящее, зажал мне в кулак.

— Лилька, твою мать! — нервничал Женька — Что ты с ним возишься? Бежим, — он вцепился мне во вторую руку и настойчиво потянул к дыре из которой спустился.

Пока бежали до меня постепенно доходило, что я натворила — я убила, пусть не человека, гуманоида, живое существо. Руки затряслись, к горлу подступил ком, я тяжело задышала, пытаясь не разреветься. Докатилась, Лилька, если нас схватят, то посадят в клетку понадежнее прежней.

— Не реви, — как мог, успокаивал Женька, понимая мое состояние, — эта тетка мелкого душила, ты все правильно сделала. Шевелись, — он уже ловко забрался наверх, а я в последний раз обернулась на мальчика. Он больше не пытался реветь, и даже что-то подбадривающе рычал на своей тарабарщине, размахивая руками жестом похожим на уходи.

А услышав голоса спешащих к нему на выручку мужчин, сумевшим пробить небольшой лаз сорвался с места.

* * *

Наверху нас ждала Ратха, которая, стоило нам вылезти, зашипела недовольно.

— Знаю я, знаю, не ори, — отмахнулся Женек, — веди нас, Сусанин, вперед на свободу.