Глава 40

Глава 40

Нежная головка толкнулась в бархатистые складки.

Я вздрогнула всем телом, испугалась чего-то, может, боли или черных жестких глаз этого мужчины...

Отодвинулась, привстала на колени над ним и чуть качнулась от напряжения.

- Нет, - шепнула.

- Почему? - он тоже шепчет, словно громким голосом не хочет эту интимную обстановку разрушить. Горячие ладони все еще сжимают мои бедра, не дают отодвинуться.

Он смотрит.

И его взгляд горит от нетерпения.

- Ты хотел массаж - ты его получил, - сама не понимаю, откуда столько сил во мне, этому порочному шепоту противостоять. Но его слова, одно за другим, в памяти всплывать начали. - Ты же меня не хочешь, я на самую красивую женщину не тяну, - повторила. - Нужен секс - зови других.

Это все звучит так глупо, он лежит голый, я без одежды сижу сверху на нем, мы друг друга во всех местах потрогали...и я уже представила, как он возьмет меня.

Севастиан продолжает держать мои бедра. И от его рук, что так хозяйски крепко схватили меня, по телу бегут мурашки, я словно принадлежу этому мужчине, он обращается со мной, как со своей.

- Звать других? - переспросил он негромко, хрипло. Сверкнул глазами. И выдохнул. - Тогда иди нахрен отсюда, Рита.

Он сказал это ровно, без капли эмоций, без тени сожаления, что не получит меня сейчас.

И если бы я своими глазами не видела, как он напряжен, не чувствовала, насколько хочет меня - решила бы, что ему, правда, плевать.

Но он врет.

Просто таких, как я, не добиваются, так он думает.

Выпрямилась и медленно перебросила ногу через его бедра, вставая. Поскользнулась на масле, и голая грудь всколыхнулась под его тяжелым пристальным взглядом.

Выдохнула и подняла с пола свое изодранное платье горничной, кое-как замоталась в обрывки ткани.

Все во мне кричит, что я уходить не хочу. Но внутренний голос, назойливо и беспощадно твердит:

Этот мужчина - бандит, безжалостный убийца, он не пощадит меня, когда узнает, кто я такая. Я, глупая, выбрала неправильного человека, которому готова отдаться.

- Сладких снов, - буркнула уже на пороге его спальни.

- Дверь закрой с той стороны.

Он зол.

И это меня против воли радует.

Он огорчен, раздосадован, но гордость не позволяет за мной броситься и вернуть обратно...на свой член.

Вышла в коридор. И побежала вниз, опасаясь в таком виде нарваться на кого-нибудь. Без приключений добралась до комнаты и юркнула внутрь.

Горит ночник. Возле обеих кроватей.

Горничные расселись на постели Алены, закутанные в одеяла. Их фигуры при моем появлении завозились.

- Ну и где ты шлялась? - Лера поднялась. Ее рыжие волосы полностью высохли и распушились, так долго я пропадала с братьями. Она преградила мне дорогу, когда я двинулась к своей кровати. - Стоп. Здесь сплю я, ты не поняла? Ой...- ее рука скользнула по моему масляному локтю. Взгляд наткнулся на лохмотья, оставшиеся от платья. - Ты...что? - она растерянно оглянулась на Алену. - С гостями была?

- Не твое дело, - оттолкнула ее и плюхнулась в постель.

- Уйди с чистого белья! - Лера взвизгнула.

Не обращая на нее внимания, закрылась до подбородка одеялом.

- Утром Роза узнает, что ты себе позволяешь, - пригрозила Лера. - Твое счастье, что у тебя хватило мозгов не лезть к хозяевам. Но тебе и за гостей так влетит...в общем, прощайся с этим местом.

Мрачно усмехнулась.

Наверное, эта парочка у окна караулили. И видели, что из такси я вышла, что Тим уехал один.

- Она вся в масле, - услышала перешептывания. - Может, у Севастиана на массаже была?

С головой накрылась подушкой.

За окном рассвело, в комнату свет падает. А я забыла, когда спала и просто валюсь с ног.

Там, внизу в подвале, лежит дядя Миша.

И, возможно, уже утром...Северские приговорят и его, и меня.