Глава 48

Мы с Рамилем сидим в машине прямо возле университета. Утро выдалось хмурым и каким-то особенно нервным. Я чувствую себя разбитой уже сейчас, хотя день только начинается. На душе тревожно. Неделя без него кажется бесконечной и совершенно нереальной.

— Милаха, прекращай губы дуть, — тихо ухмыляется Рамиль, бросая на меня быстрый взгляд. Пальцами он гладит моё бедро, и от этого простого прикосновения мурашки несутся вверх по коже.

— А почему так долго? — спрашиваю тихо, стараясь не выдать голосом, насколько мне плохо от одной только мысли, что его не будет целых семь дней. — Целая неделя… Быстрее никак нельзя?

Я пытаюсь держаться, но взгляд невольно цепляется за его серьёзное лицо, и в груди неприятно щемит.

Рамиль не просто так уезжает — я прекрасно понимаю, что его дела будут не просто плохими, но и опасными. От этого по спине холодок пробегает такой, что сразу хочется обнять себя руками, словно это может меня успокоить.

— Милаха, неделя — это и так самый быстрый срок, — вздыхает Рамиль, пальцами сильнее сжимая моё бедро, будто хочет убедить меня своим прикосновением. — Я решу дела и вернусь. Не накручивай себя лишний раз.

Внутри всё переворачивается от его слов. Потому что я точно знаю, что на самом деле всё не так просто. В голове всплывают слова Никиты, и я невольно вздрагиваю. Да, Зорин был прав, когда говорил, что ради Рамиля я способна закрыть глаза на слишком многое. Но от этой мысли легче не становится.

— А что, если… — начинаю я, чувствуя, как внутри поднимается паника. Слова буквально застревают в горле.

Рамиль не даёт мне договорить, притягивая к себе и властно накрывая мои губы своими. Его поцелуй моментально растапливает все мои страхи, заставляет тело расслабиться и буквально поплыть. Я тихо вздыхаю ему в губы, чувствуя, как он ухмыляется и углубляет поцелуй, ласково и настойчиво.

Когда он отстраняется, я уже почти забыла, что хотела сказать. Щёки слегка пылают, дыхание сбилось. Мурашки сальсу вытанцовывают. Ну вот как он так умеет? За секунду меня из колеи выбить.

— Номер Алины и Демьяна у тебя есть, — произносит он уже серьёзнее, внимательно глядя мне в глаза. — Водила будет рядом, можешь в любое время позвонить ему. От охраны в хате ты сама отказалась, напомню.

Я тяжело вздыхаю, немного раздражённо закатывая глаза:

— Конечно, отказалась! Потому что я буду чувствовать себя ужасно, когда в квартире будут ходить твои шкафы-охранники! Ты вообще видел своих людей, Рамиль? Там сердечный приступ обеспечен, если на такого ночью наткнёшься, когда просто за водой пойдёшь.

Рамиль начинает тихо смеяться, и в глазах его появляется искреннее веселье.

— Смешно тебе, да? А мне потом седину закрашивать придётся. Я, конечно, понимаю, что седина сейчас в тренде, но я не готова к таким экспериментам!

Он смеётся уже громче, его плечи слегка вздрагивают, а меня эта его реакция почему-то успокаивает. Наверное, я слишком сильно привыкла к нему. Теперь любая мысль о его отсутствии кажется нереальной и невыносимой.

— Ты что, правда переживаешь, что поседеешь от моих охранников? — ухмыляется Рамиль, проводя пальцем по моей щеке.

— Да! Очень даже переживаю! И вообще, я не могу нормально спать, когда тебя нет, — признаюсь наконец-то, тихо и сдавленно выдыхая.

Его взгляд моментально становится серьёзным, в глазах появляется какая-то непривычная нежность. Он снова притягивает меня к себе, целует мягко и успокаивающе, и я чувствую, как немного расслабляюсь.

— Всё будет нормально, милаха, — хрипло произносит он в мои губы. — Просто не выноси себе мозги, я всё решу и быстро вернусь.

Рамиль медленно и уверенно скользит руками по моей спине, отчего по телу сразу несётся приятная волна мурашек. Его ладони спускаются ниже, сжимают мою попку, и я вздрагиваю, пытаясь сдержать улыбку. Тепло от его прикосновений растекается по всему телу, заставляя сердце биться быстрее.

Он уже начинает осторожно притягивать меня к себе на колени, но я тут же со смехом бью его по рукам, пытаясь вырваться.

— Ты вообще думаешь?! — возмущаюсь, стараясь выглядеть максимально серьёзной, хотя по губам всё равно пробегает улыбка. — Здесь же камеры везде!

— Милаха, не будь занудой, — лениво тянет Рамиль, всё ещё не отпуская меня и продолжая медленно гладить по спине.

— Даже не думай! — тут же выставляю перед ним указательный палец, строго глядя ему в глаза.

Не успеваю даже вздохнуть, как Рамиль наклоняется и неожиданно кусает меня за палец. Я ойкаю от неожиданности и отдёргиваю руку, а он смеётся, глаза блестят задором и озорством.

— Бешеный, ты ненормальный! — ругаюсь, но по голосу ясно слышно, что на самом деле вовсе не сержусь.

— И тебе это нравится, — шепчет он, снова приближаясь и заставляя моё дыхание сбиваться окончательно.