Глава 9

— Арина! Арина! — кричу, уже просто в истерике.

Я несколько раз оббежала здание студии, в окрестных дворах побывала, даже до Аринкиного садика добралась, благо тут всего два шага — у них карантин опять в группе, но мало ли…

Меня колотит, я в панике. Мне дико страшно. Страшно, потому что приходит осознание.

Сестра не убежала. Он ведь никогда не убегала! Она всегда меня слушала!

Мою сестру кто-то забрал. Увёз, украл — не важно!

Я бегу обратно в студию. Мне надо поговорить с охраной — я знаю, что на здании есть камеры.

Господи… почему я? За что? Ну почему всё это мне?

Бабушка всегда повторяла, что человеку Бог дает столько, сколько он может вынести. Так вот, Бог, я больше не могу! Не могу!

Забегаю в холл, спотыкаюсь, и лечу на пол, прямо к ногам… к ногам Да Винчи и Варвары… Реву громко, потому что больше нет сил…

— Соня? Ты что?

Он наклоняется, помогая мне встать, меня ноги не держат.

— Красовицкая, в чем дело?

— Арина… — заикаясь выговариваю, глядя на Данилу. — Арина пропала…

— Как пропала? Когда?

— Она пошла гулять… тогда… ты видел…

— Софья, ты с ума сошла? Твоей сестре пять лет всего! Как можно такого ребёнка одного отпускать? Это Москва! Огромный город! А ты…

— Варя… Варвара Михайловна, пожалуйста, — Даня тормозит её, видимо считывая моё состояние. — Соня, ты везде смотрела? Может, она уже домой пошла, пока ты тут?

— Куда, домой? Мы тут живём. В комнате охраны.

Вижу, как округляются его глаза. Не знал? Или думал мы так, временно тут?

— Я не знаю, что делать, мне страшно…

— Тихо, успокойся, я… я с тобой…

— Данила, мы… мы опаздываем. — Варвара говорит тихо, но я слышу, и в ужасе от того, что Даня уйдет.

— Варь, слушай, я не могу уйти, надо помочь, ребёнок пропал.

— Чем ты поможешь? Полицию нужно вызывать. Пусть они ищут.

Слово «полиция» вводит меня в ступор.

— Варь… я понимаю, но… Я…

Я с трудом соображаю, что происходит. Но мне так плохо оттого, что он может уйти сейчас! С другой стороны — пусть. Я тут только время трачу пока моя сестра где-то там, одна! На улице уже совсем темно…

Срываюсь с места, иду к охраннику.

— Георгий Гурамович, мне помощь нужна, у меня сестра пропала… Вы можете по камерам посмотреть?

Минута, дядя Жора щелкает кнопкой мыши, отматывая время на записи камер, задает вопросы, во сколько, где…

— Полицию надо, Софья.

— Да, я знаю, я…

Я просто дико боюсь! Особенно, после того, что сегодня наговорила Аделина. Опека. Детский дом.

Мне страшно! Очень, очень страшно!

— Соня… — чувствуя рядом его, не соображаю что делаю, просто поворачиваюсь, головой втыкаюсь в его грудь… — надо полицию… Нельзя ждать, Сонь…

Киваю, говорить уже не могу. Меня накрывает темнотой.

Пусто. Темно. Глухо…

Чудится голос бабули.

— Что же ты, Сонечка, не доглядела за Аришкой…

Не доглядела. Я виновата. Только я! Как я могу её отпустить? Почему решила, что ничего с ней не случится тут, во дворе? На что надеялась?

— София? Софья? Очнись!

Прихожу в себя на лавочке, Мария Степановна, моя коллега по клинингу тычет мне в нос ваткой с нашатырём. Чуть поодаль стоит Даня. Не ушёл…

Ирина Вениаминовна тоже тут, видно, волнуется. Еще пара педагогов, дети из разных студий.

— Вот так, нормально. Водички дайте!

Даня протягивает пластиковый стаканчик.

— Пей. Испугалась. Давай, приходи в себя. Бывает. Все дети бегают. Мои меня вечно до приступа доводили.

Хочу сказать, что Арина не бегает и не могу. Язык не шевелится.

— Всё нормально будет. Полицию вызвали, сейчас будут.

Полиция…

Я словно заледенела. С ужасом думаю, что Арину заберут. И что я буду делать?

Господи, помоги…

Меня трясет. Еще сильнее начинает трясти когда двери широко распахиваются и в холл заходят два сотрудника полиции.